112.ua

Влащенко: Сегодня у нас в гостях Валерий Чигляев.

Здравствуйте. Вы заслуженный артист, актер Нового драматического театра на Печерске. Как выживают эти театры?

Чигляев: Непонятно, как. Когда в Британии хотели резко обрезать бюджет на культуру, во время войны, Черчилль отказался и сказал: "А для чего ж мы тогда воюем?" Сотни театральных фестивалей, которые происходят в мире, они все дотационные. Эта система очень хорошо отлажена, спонсоры дают напрямую деньги на фестивали. Например, на Эдинбургском фестивале пивной спонсор уже больше 20 лет. Закон у них гласит, что если ты дал деньги на какое-то культурное мероприятие, то с этой суммы не берутся налоги. Идет тотальная реклама этого пива, есть деньги на фестиваль, бизнесы, которые занимаются такими культурными мероприятиями, характеризуют себя, как надежный бизнес: если ты в культуру вкладываешь деньги, значит, у тебя все в порядке. Такое количество фестивалей - это просчитанные дела бизнеса. Стабильность в обществе дает общий культурный уровень. Этот уровень формируют люди культуры. А для того, чтобы эта культурная среда жила и существовала, должны быть фестивали, встречи. Деньги там даются напрямую, а у нас нужно, чтобы они прошли через министерство и т.д.

- Многие театры не ездят на фестивали. Как сделать так, чтобы они могли ездить туда?

-Резким образом изменить политику по отношению к культуре, к театрам. Поощрять всех людей бизнеса, которые дают деньги. Нужны законы, потому что мы дошли до того, что был такой период, что если меценат давал нам деньги, в театр, то мы с этих денег платили налог, и он платил, со спонсорских денег. 

-Никто из министров культуры, даже артисты на этом посту, не лоббировали закон о меценатстве. Почему не удалось это сделать?

- Закон о меценатстве предполагает передачу денег напрямую - Минкульт не имеет к этому никакого отношения. А как дербанить? Без этого пути они не представляют себе схемы. Вот мы, например, сделали спектакль по Гоголю, где балетмейстером и сорежиссером был представитель Британии. Спектакль прекрасный. А деньги я достал у друзей, причем, пожелавших остаться неизвестными. Есть такие люди у нас.

-В Википедии про вас написано "актер-юморист". Что такое юморист, и чувствуете ли вы себя в этой жизни юмористом?

- Я не считаю себя таким "ржачным чуваком", который пытается рассмешить чем-нибудь ниже пояса. Хотя этот замечательный проект, "Золотой Гусь", который длится уже 17 лет, мы никак не можем закрыть. Мы пытаемся его закрыть, потому что катастрофически упало качество анекдотов, люди перестали общаться, перестали читать книги, перестали говорить за столом какие-то блестящие фразы. Анекдоты про задницу и абсолютно идиотские анекдоты про политику рассказывать не хочется.

- Как вы себе сегодня представляете своего зрителя?

-То, что мы делаем, это отражение народного творчества. Мы стараемся не пошлить, хотя у нас есть вещи, из которых "слов не выбросишь". У "Золотого Гуся" есть противники и сторонники, но и сторонники люди совершенно разных сословий. Каждый находит себе свой анекдот. В принципе, то, что мы делаем, это скоморошество.

- Какого юмора хочет потребитель? До меня доходят слухи, что даже плохо уже встречают Жванецкого.

-Замечательно, что встречают. Это не плохо - это значит, что залы не битком, но это никак не влияет на качество людей, которые приходят. Что не битком - грустно. Все, кто пришли - встречают хорошо.

- Как изменился рынок? Приглашают ли вас, по-прежнему, на корпоративы?

- По поводу популярности: я на праздники не могу выйти на Крещатик, потому что просят автографы, фотографируются. Помнят, подходят, обнимают. Я к этому не отношусь, как к рынку. У меня нет продюсеров, бухгалтеров, моего театрального агентства - мне не нужно. В каждом городе есть 6-7 театральных агентств, которые меня зовут. Я вхожу в тройку самых престижных ведущих.

- Сколько стоит ваше ведение свадьбы, вечера?

- Коммерческая тайна. Я не бедствую, и могу себе позволить не сниматься в плохих фильмах. Как сказала Раневская: "Сняться в плохом фильме - все равно, что плюнуть в вечность".

-Вам не нравятся сериалы, которые сейчас снимаются? Потому что кино снимается чрезвычайно мало.

- Много.

- 10 фильмов - это много?

- Для здесь нормально.

-Почему вы до сих пор все вместе - компания с "Золотого Гуся"?

- Наверное, потому что мы все очень разные, и очень независимые. Но когда мы встречаемся, нам очень хорошо. Наша энергия, наш кайф переходит через экран. Люди находят свой анекдот, своего любимого рассказчика. В анекдоте очень важно, как ты его рассказываешь.

- Как вы относитесь к событиям двухлетней давности в нашей стране?

-У меня такое впечатление, что я проснулся и меня разыгрывают, причем все. Это полное безумие. То, что происходит - ужасно. К сожалению, такое положение дел выгодно негодяям с двух сторон. У русских же: "В драке не выручим, в войне победим". Им же очень нужно вокруг кого-то объединяться. Путин пришел к власти, когда в Ростове рванули пятиэтажки. Чеченцы мне говорили, что если бы они хотели взрывать, они бы генералов взрывали. Если  у нас власть двух группировок - Днепр и Донецк, то у них четкая вертикаль: государственный капитализм, где во главе стоит военная разведка. Эта история длится еще с Горбачева. Подтягивали силы, потом с окон повываливались люди, которые знали, где золото партии. А это же не слитки, - это счета, это целые улицы в Лондоне. В приходе Путина к власти много продуманных деталей, где Путин играет определенную роль.   

- А кто же был кукловодом?

- Военная разведка. Там нет фамилий. Достаточно сказать, что как только он пришел к власти, в течение короткого времени несколько десятков минимально авторитетных генералов были уничтожены. Это паранойя, когда ради определенной ступени богатства и власти готовы уничтожить народы.

-Как вы считаете, компьютер, цифра, убили анимацию?

- Смотря, как делать. Например, второго и третьего "Шрека" пытались сделать анимацию максимально приближенной к реальности. И стала падать посещаемость. Когда мультик нарисован ручкой - энергия передается.

- У вас есть вопрос?

- Зачем вы меня позвали?

-Здесь сидят совершенно разные люди.

- А я вижу по рекламе только депутатов.

- Вы преступно мало смотрите программу Hard Talk.

- Я стараюсь смотреть вашу программу, потому что я любуюсь вами.