Виталий Малахов
112.ua

30-летняя история, несколько тысяч сыгранных спектаклей и многочисленные награды – это все Театр на Подоле. Но не благодаря этому он вот уже который месяц является самым обсуждаемым объектом в городе. О нем пишут СМИ, на него ходят посмотреть туристы, ему посвящают эмоциональные посты и мемы в соцсетях. О том, как один неоконченный фасад создал главную театральную сенсацию города и что будущее здание может дать киевлянам, в интервью редакции "Киев 112.ua" рассказал создатель и руководитель Театра на Подоле Виталий Малахов.

- Тридцать лет назад вы создали Театр на Подоле. Почему выбрали именно это место на Андреевском спуске? Кажется, там раньше был купеческий дом.

Мы эту площадку для театра не выбирали. Взяли, так сказать, то, что нам тогда предложили. Раньше здесь был маленький купеческий клуб. Мы сохранили общую концепцию: оставили два входа, один – центральный, второй – боковой, который, видимо, был построен, чтобы не смущать великосветских дам, посещающих тайно этот клуб. Потом здесь работали сотрудники автобазы. Помню, когда в первый раз пришел сюда, все напоминало сцену из книги "Процесс" Кафки: прямо на сцене сидел бухгалтер, в зале работали счетоводы. И я им благодарен, что они выселились культурно: косметический ремонт сделали, туалеты не вырывали. Хотя светлые места от висящих прежде картин остались.

Мне обидно, когда активисты сейчас предлагают переехать нам на Троещину. Это к нам изначально стали ходить люди. Раньше здесь не было ни ярмарок, ни художественных галерей – обычная пустая улица. Переехав сюда, мы первыми стали устраивать вернисажи на День города и рок-концерты. Это через год уже появился музей Булгакова, театр "Колесо", галерея "Карась".

- Но все же мог бы ваш театр существовать, допустим, на Троещине? Возможно, местным жителем такое соседство было бы более полезным, ведь на Левом берегу есть только один крупный театр.

Вот смотрите, на Бродвее все театры находятся в одном месте, и это не уменьшает, а увеличивает посещение каждого театра. Редко кто хочет выйти из дома и в тапочках пойти в театр. Нет, человек желает празднично одеться, взять семью, уехать подальше от дома. Это ложная теория: давайте построим в спальном районе театр. Я рад, что Андреевский спуск – это место, куда едут за развлечениями, где хотят потратить деньги. И важно, чтобы он застраивался различными культурными заведениями. Пришел в один театр – нет билетов, так пошел в другой. А кроме того, я прожил почти 35 лет на Подоле и думаю, что мне близки его проблемы и радости. Да, наверное, я бы мог организовать театр в другом районе, но туда ходил бы совсем другой контингент зрителей, и пришлось бы подбирать совершенно другой репертуар. Хотя мы часто играем на выездах, выезжаем, к примеру, на Теремки и собираем там полный зал.

Презентация фасада "Театра на Подоле", 29.11.16
112.ua

- Киевская писательница Лада Лузина считает, что возле Лысых гор опасно что-то строить, потому что они любят "сбрасывать" с себя здания. Столкнулись ли вы с какими-то мистическими проявлениями? Ведь совсем рядом Старокиевская гора, которую также называют Лысой.

Все мистические истории, наверное, существуют. Ничего случайного не бывает. Это связано с энергетикой живущих здесь людей. С одной стороны, можно сказать: посмотрите, вот они 25 лет строят театр, потому что он рядом с подобной точкой. А с другой стороны, наш, хоть и долго, но рождается. Так что тут вопрос подходов и взглядов. Я больше сожалею, что духом Андреевского спуска является разруха. Из 38 домов 20 завешены баннерами и разрушаются внутри. Я готов раз в неделю давать бесплатный спектакль, а деньги отправлять на восстановление спуска. Пусть уж лучше те активисты, которые собрали 10 тыс. подписей против нас, сдали бы по 20 грн, и мы покрасили бы несколько домов.

- Реконструкция театра длится уже около 20 лет. Не было ли у вас желания самому заниматься поисками меценатов? Или вы прислушивались к совету вашего "соседа" Булгакова о том, что не нужно ничего просить – сами придут и дадут?

Со мной никто из чиновников не изъявлял особого желания встречаться. Практически первой стала Диана Попова (директор Департамента культуры КГГА, - ред.). Именно она нашла нынешнего мецената. Хотя, знаете, построить театр – это не цель моей жизни. Главное для меня - счастье моей семьи. Мы с коллегами-актерами работали как передвижной театр много лет и, если понадобится, готовы еще продолжать. Ведь свой театр мы уже создали, остальное – кирпичи.

- Давно никто в Украине не обсуждал так активно театр. Вы предполагали, что новый вид здания вызовет такой резонанс?

Когда еще в молодости я впервые столкнулся с кознями против себя, мне дали совет: ты все равно проиграешь, ведь они борются с тобой в свое рабочее время, а ты после работы отвечаешь. Моя работа – ставить спектакли. Я не понимаю, как эти люди могут в два часа дня строчить посты в соцсетях! Я в этот момент работаю и могу отвечать только придя домой в восемь вечера. Вот, например, активисты волнуются, что у нас ужасное противопожарное состояние, мол, как же мы погасим пожар, если что. А я отвечаю, что для нас это важнейший вопрос. Для этого был построен бак на 180 тонн воды в помещении нового театра. Также мы возьмем на себя охрану Замковой горы, где жгут "мистические костры", которые ведь потом никто не гасит. Трава горит, а пожарные машины не могут туда добраться. Потом нас упрекают, что "вот построите вы такой огромный резервуар, а если он взорвется, то зальет весь Подол". Что бы я ни ответил, они продолжают писать и писать.

"Театр на Подоле", проект Олега Дроздова
drozdov-partners

- Какими были ваши эмоции, когда вы впервые увидели финальный проект нынешнего здания авторства Олега Дроздова?

Я предполагал, что будут проблемы, и сам много спорил с архитектором. Вот и сейчас с ним активно спорим. Он хочет барную стойку на всю длину в фойе, а я категорически против превращения фойе театра в бар или ресторан.

- Как вы стали сотрудничать именно с архитектором Олегом Дроздовым?

Этот выбор принадлежит меценату. До этого был вообще утвержден вариант красивенького "пряничного" домика, но это предполагало огромный фонтан у входа, который никуда не вписывался. Архитектура Дроздова, безусловно, современная и сегодняшняя, и хотя я хотел чего-то иного, но я, уважая Олега как опытного и титулованного специалиста, принимаю то, в чем сам дилетант. Просто у нас совершенно разные темпераменты: он - "норвежец", а я - "итальянец".

По секрету скажу: считаю, что его проект театра получился недостаточно агрессивным! Вон в Тбилиси на берегах реки Кура построили концертный зал в виде винных бутылок, и я ожидал нечто такого же особенного. Например, театр мог бы быть продолжением горы и сливаться с зеленью. Можно было устроить так, что сквозь стеклянные стены были бы видны механизмы, как двигается сцена. Или я предложил ассоциацию с вертепом. Но я не специалист в архитектуре. По поводу различных вопросов, касающихся сценического пространства и "внутренностей" театра, мы много спорили. Знаете, мне один уважаемый архитектор сказал, что Андреевский спуск требует шедевра, а Олег попытался профессионально и аккуратно вписать новое в старое. Думаю, ему это удалось. Российский режиссер Кирилл Серебренников сказал, что Россия - страна фасадной культуры. Боюсь, что и у нас так. Если общество решит, что нужно перестраивать, мы готовы к этому.

- Защитники нового здания театра много говорят о том, что он приспособлен под людей с особыми физическими потребностями и маломобильных зрителей, но само здание находится в труднодоступном месте – на довольно крутом склоне, далеко от общественного транспорта. Как вы планируете решать эту проблему?

Задам встречный вопрос: а где стоянки возле Молодого театра или Русской драмы? Мы разработали специальный проект посещения театра людьми с ограниченными возможностями передвижения. Туда входит и вопрос проезда через болларды и парковка. Для них с улицы в фойе и из фойе в буфет, а потом на третий этаж в зрительный зал будут курсировать специальные лифты. А в партере будут места, чтобы коляски могли беспрепятственно въехать туда. Для людей с плохим слухом будет отдельный балкон, а напротив него - электронная панель с текстом спектакля. Также мы планируем выпускать программки с азбукой Брайля.

- Какие еще новшества ждут зрителей?

Актеры будут хорошие! (смеется). И удивительная акустика – мы совместим живые голоса артистов с электронным звучанием для всеобщей слышимости. Также будет очень много видеопроекций. Например, мы делаем подъемную сцену, чтобы даже из партера зритель смог увидеть проекцию на пол. Ведь в том же оперном театре делают прекрасный половик, а видят это только те, кто сидит на балконе. Кроме этого, впервые в Украине появятся жесткие кулисы, как в европейских театрах. Ведь обычно кулисы представляют собой просто висящие ткани. У нас это будет жестко натянутая материя, которая может вращаться и превращать все пространство в куб или поворачиваться и выпускать актера, а потом опять возвращаться на место. Верхние технические галереи будут затянуты черной сеткой, чтоб монтировщик видел сцену, но зрители его не замечали. Также в сцене будет много провалов, в которые мы вмонтируем беговые дорожки, осветительные приборы и поворотные круги, чтоб артист мог кружиться. Кроме этого, у нас будет действовать отдельная зона – галерка с лавками, без кресел. Билеты туда будут стоить около 50 грн. Такой вот бюджетный вариант.

- Вы сами говорили, что комфорт расслабляет артистов. Не боитесь, что новое здание, выполненное по всем современным требованиям, повлияет на вашу закаленную спартанскими условиями труппу не в лучшую сторону?

Ой, да это понты, что у них суперусловия. Просто человеческие условия, которых у них никогда не было. Да, вот появился буфет, диваны, гардеробная, умывальник в гримерке, в коридоре туалет и душевая. Вот и все, пожалуй. Никто ведь не знает, что сейчас во время выступлений во дворце "Украина" нам для 22 артистов предоставляют две гримерки, где помещаются только восемь артистов. Остальные – и женщины, и мужчины – все вместе переодеваются просто в коридорах, и при этом играют там по 20 спектаклей в месяц. Так что просто то, что они теперь смогут по-человечески раздеться в гардеробе, уже вызывает у них эйфорию. Раньше у них были гримерки ниже уровня канализации Подола! Женщинам приходилось пользоваться биологическим туалетом, а мужчины мылись в ведрах.

Я сейчас, наоборот, готовлю актеров к тому, что нам многое прощалось раньше – все же знали о наших скитаниях. Теперь нужно отрабатывать механизм перфекционизма. Уже недопустимо, чтобы артист вышел в неглаженом костюме или не попал в световую схему. При наличии двухсот специально выстроенных приборов нам такого не простят. В общем, ко всем автоматически повысятся требования.

- Посоветуйте идеальный спектакль для похода со всей семьей?

Предлагаю "Откуда берутся дети". Кстати, сейчас пишем продолжение этой истории. Также советую "Фараоны" и современную интерпретацию "Ромео и Джульетты".

Беседовала Лиза Даниловская