Возрождение

Сегодня Международный суд в Гааге начал слушания по иску Украины против России. Символично, что слушания совпадают с не менее важной датой - ровно три года назад, шестого марта 2014 года Запад ввел первые санкции против РФ.

Совпадение или закономерность? Тут гадать на кофейной гуще не стоит. Важно, что Украина начала еще один этап борьбы – судебный. Однако от чего будет зависеть успех этой борьбы и что стоит уже сейчас понять украинской власти - попробую объяснить.

Всем известно, что история – циклична. Как и цикличны в своем развитии любые конфликты. Не исключение и украино-российский. Весной 2014-го года введение персональных и секторальных санкций против РФ весь цивилизованный мир воспринимал как адекватную реакцию на аннексию Крыма и агрессию на Донбассе.

Для Украины, со своей стороны, это был шанс собраться с силами, в частности привести в порядок армию и выстроить хоть какую-то линию обороны.

Новости по теме: На суде в Гааге Украина представит не только свои данные, но и данные международных организаций, - Гопко

Тогда санкции против РФ применили США, Евросоюз, а также 13 стран, среди которых Канада, Австралия, Япония и Швейцария. Всего в "черном списке" оказались 146 человек и 37 компаний.

В декабре 2016 года Евросоюз продлил секторальные санкции против России до июля 2017 года. Президент США Барак Обама продлил действие американских санкций до шестого марта 2018 года "из-за непрерывной российской агрессии против Украины и оккупации Крыма".

Таким образом международное сообщество продолжает выражать нам свою солидарность. И достаточно ли этих инструментов, и можно ли в этой ситуации предложить более действенные механизмы? Здесь мнение специалистов расходится.

Одни убеждают, что санкции и минские соглашения – единственный сдерживающий фактор дальнейшей наступательной операции Кремля. Другие же считают, что европейские лидеры не проявили достаточной жесткости и решительности в отношении Путина и его окружения, а минские соглашения – априори неэффективный механизм.

На чьей стороне правда – сложно сказать. Но факты красноречивее.

За последние три года на Донбассе погибли больше десяти тысяч украинских военных. Экономическое положение в государстве резко ухудшилось. Долгожданных реформ, на которые надеялись как наши партнеры, так и в целом украинский народ, мы не увидели.

И, конечно, ключевое – война продолжается, хоть и переходит в волнообразный, дряблый режим.

Новости по теме: Рассмотрение иска Украины против России в Гаагском суде может занять 5-7 лет, - Минюст

Вопрос Крыма – вообще на сегодняшний день даже не является центральным. В Европе и Вашингтоне, несмотря на официальные заявления, привыкли, что в Крыму – российская администрация. И это перспектива не одного года.

Да и градус интереса к ситуации в нашей стране спал. Миграционный кризис в Европе, Брексит, победа Трампа и грядущие выборы в ряде стран ЕС "перетягивают одеяло" внимания на ряд других вопросов.

Стоит четко понимать – Украина не является центром всех геополитических соревнований. Мы являемся лишь частью общего процесса. От того, как быстро реагировать на внешние тенденции, будет зависеть наша безопасность и будущее в целом.

Надеяться на усиление санкций или активизацию Минска, очевидно, не стоит. Первоочередная задача - выработка своей четкой линии поведения – как внутри страны, так и на внешнем фронте. Пока что единой логической позиции мы так и не видим. И это огромная угроза.

Как можно требовать от мира масштабной поддержки, признания преступлений РФ, если не в состоянии определиться с приоритетами у себя дома?

Воюем с террористами и торгуем с ними одновременно. Называем Россию агрессором, но не разорвали с ней дипломатических отношений, а за три года войны доля российского капитала в Украине только увеличилась, как увеличилось и количество российских СМИ в нашем информационном пространстве.

Убеждаем всех, что война с Россией – гибридная. Но как же тогда назвать позицию украинской власти в этом противостоянии? Ведь три года идет война, а мы до сих пор называем ее антитеррористической операцией. Кого хотим обмануть? По всем признакам ведем себя так же гибридно, как и кремлевские оккупанты.

Например, тот же иск в Международный суд в Гааге. Это, конечно, хорошо, что идет хоть какая-то правовая борьба. Но давайте не будем спекулировать понятиями. Ведь в Гааге еще один суд, гораздо для нас важнее - Международный уголовный суд (МУС). Только он имеет полномочия привлечь Путина и остальных виновников к ответственности за международные преступления.

Но в МУС Украина не спешит обращаться. Почему? Кто забыл, напомню, Соглашение об ассоциации между ЕС и Украиной содержит положение, которое обязывает нас обеспечить ратификацию Римского статута и сотрудничество с МУС.

Новости по теме: Луценко очертил круг лиц, действия которых предлагается рассмотреть суду в Гааге

Ратифицировать же Римский статут обязана Верховная Рада. Для этого мы приняли изменения в Конституцию, которые были предварительно одобрены Венецианской комиссией. Однако в переходные положения проекта изменений к Конституции в части правосудия была внесена норма об отсрочке ратификации Римского устава на три года.

То есть теоретически мы признаем юрисдикцию МУС, но на деле эти изменения вступают в силу через три года – в 2019-ом.

Известно, что присоединение государства к Римскому статуту является важным доказательством того, что страна имеет реальное намерение бороться с преступлениями против международного права и прав человека. Получается, что сознательно отсрочили признании юрисдикции МУС. Зато сейчас обращаемся в Международный суд в Гааге, где требуем ввести против России "временные меры по делу о применении международных конвенций о борьбе с финансированием терроризма и со всеми формами расовой дискриминации". И это все преподносится общественности под соусом "победы". Как в игре – ни вашим, ни нашим.

Есть очень простое правило, которое Запад все эти три года нам пытался растолковать: за нашу свободу никакая Америка или Европа не будет бороться. Это исключительно национальный вопрос. И чем быстрее руководство страны это поймет, тем быстрее у нас будет четкое понимание, куда мы движемся. Без этого никакие санкции, никакие слушания в Гааге не помогут стать сильнее и победить, в конце концов, всех наших врагов – как внутренних, так и внешних.

Гаага – это не венец борьбы, это лишь ее небольшая часть. Основное бремя за судьбу страны лежит на плечах власти. Остается лишь надеяться, что она наконец перестанет на гибридные атаки России реагировать таким же антигосударственным гибридным способом. Ведь "политика сидения на двух стульях одновременно" – это тупик и гарантированный период турбулентности для страны на ближайшие несколько лет.

Владимир Пилипенко

Редакция может не соглашаться с мнением автора. Если вы хотите написать в рубрику "Мнение", ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на blog@112.ua.