banner banner banner banner

Эксклюзив. Театральный режиссер и продюсер Влад Троицкий – гость "Люди. Hard Talk"

Украинский театральный режиссер, продюсер, драматург и актер. В прошлом – ученый, инженер и бизнесмен. Окончил радиотехнический факультет КПИ, затем Российскую академию театрального искусства. Создатель этно-хаус-группы "ДахаБраха", культурно-философского проекта "ГогольFest" и фрик-кабаре DAKH  DAUGHTERS. В 1994 г. открыл театр "Дах", а в 2000-м - актерскую школу. ВЛАД ТРОИЦКИЙ

112
Влащенко: Сегодня у нас в гостях маг и кудесник сцены, режиссер Влад Троицкий. Здравствуйте, Влад. Каковы ваши ощущения сейчас?

Троицкий: Безусловно, были такие романтические ожидания, что после Майдана все должно быстро поменяться. Но нам нужно понять такую базисную историю, что культура наша, прекрасная и волшебная, 95% людей остались в таком "великом" советском прошлом. Само Министерство культуры и большие национальные театры и коллективы – это все было придумано еще до войны. И, собственно, оно так и сталось. Но раньше над ним был такой надзирательный орган, как Политбюро ЦК со всей своей идеологией. А 23 года никакой идеологии в Украине не было толком, никто над ними не сидел, и они превратились в волшебные феодальные государства с крепостным правом. Более богатые (типа национальных коллективов), менее богатые (типа муниципальных), но суть – они зафиксировались в прошлом. И ни у одной этой организации – за редким исключением – нет,   вообще, органа, чтобы думать о завтра. А культура, по идее, это авангард. А у нас получилось, что культура это самая реакционная, замшелая, закостеневшая история. За редким исключением. Это Национальный музей, Мария Задорожная, Ваня Козленко, центр Довженко, Проскурня – то, что делает в Черкассах. И те, кто в сетях говорят, что у нас нет культуры, это все независимые художники. У людей, которые служат в театрах или в оркестрах, у них нет возмущения. Они на самом деле эксплуатируют образ несчастного человека. Им очень комфортно. И реформы таких организаций – они безнадежны. Мне как налогоплательщику государство должно давать какой-то сервис: безопасность, медицину, образование и культуру. Если у нас есть какие-то критерии по нашей безопасности, по здравоохранению, то по поводу культуры нет критериев. Единственный критерий – это те люди, которые это делают. То есть он смотрит на себя в зеркало и говорит: "Я – это и есть культура. Это и есть то, что нам надо". Попробуй замахнись на худрука русской драмы! Он же вечен.

- В России на культуру дают большие деньги. Но только ли дело в деньгах? Ведь уволили худрука Новосибирской оперы.

- В России все поменялось. Это была небольшая оттепель. Вопрос вообще не в деньгах. Вопрос в приоритетах. Культура, или гуманитарная сфера, это суть системообразующего общества. То, что формирует новую мифологию страны, и особенно мифологию, не направленную в прошлое, потому что Ющенко пытался Триполье (корни), не думая о листве, о цветах и о плодах. Получается подсохшая картошка, из которой дальше ничего не вырастет, если не занимаешься реальным возделыванием и думанием о завтра. Культура – это кодировка будущего, т. е. куда мы идем. До сих пор не артикулировано, куда мы идем.

- Кто это должен сказать?

- Политики у нас думают, что им надо день простоять да ночь продержаться. То, что не хватает у них сознания, что формирование будущей культуры дает им другие стимулы, другие стержни для их же политики – это их недалекость. Даже проигрыш в информационной войне с Россией – потому что надо немножко этим заниматься. Нужно гордиться не только духом народа, а еще тем, что этот народ делает. Надо формировать этот пласт новой мифологии. Благодаря Майдану сформировался целый пласт людей, который точно не находится в инфантильном состоянии. Они понимают, что рассчитывать на Кириленко, на Порошенко не стоит. Те люди, которые были на Майдане, они же никого не ждали, что им кто-то что-то расскажет. Майдан, Революция достоинства сформировали первое публичное пространство, где люди объединились и сказали, что точно "не туда". Теперь задача сформировать то пространство, где эти же люди могли прийти и сказать "куда". Найти этот вектор духовный, идеологический. Рассказывать, что мы – в Европу, это   абстракция. Здесь есть две технологии, условно, между Польшей и Литвой. Мы похожи, они наши симпатики, они наши адвокаты в Европе. Надо брать их опыт, потихонечку транслировать их институции и т. д., и культура, и все начинает двигаться. Это технологичная такая история. Вторая история – амбициозная. Сейчас Европе просто катастрофически нужен успешный центростремительный проект, который говорит за единую Европу. Украина дала феноменальную историю. Люди готовы были положить свои жизни и продолжают жертвовать своими жизнями, деньгами ради этой общей идеи. Эта их жертвенность, их готовность европейцев просто завораживает. Уникальность Майдана была еще в том, что чуть ли не самый первый проект – это был открытый университет Майдана. Это был образовательный проект – гуманитарный, гуманистический. Нигде и никогда такого не происходило, и в этом наша уникальность.

- А вы часто бывали на Майдане?

- Я был не очень здоров в это время. Но я там бывал, читал лекции. В Украине свежей, новой культуры практически нет. А с другой стороны, есть большой запрос и в мире, и в самой Украине на такого качества продукцию. И это не только театр или музыка, а и образование, новый тип менеджмента, новый тип продакшн и т. д. Это все востребовано, это капиталоемко, и куча фондов – европейских, американских, израильских – готовы это финансировать. Это большие деньги. Но единственная проблема – создать интерфейс, хаб, потому что эти фонды не готовы работать с государством – не эффективно. Частники мелкие не готовы принимать сотни миллионов долларов или евро. Нужна живая площадка, которая реально может создать новый тип инфраструктуры. Сейчас готовится, собственно, такая инициатива. Мы с инициативной группой при поддержке группы "21 ноября" разрабатываем концепцию такого хаба. Это поддерживает уже Еврокомиссия, пара американских фондов, частные европейские фонды. Говорят, что с этим начинанием они будут работать. Сейчас прошел в первом чтении закон о государственном и частном партнерстве. Государство выделяет какую-то территорию, например, киностудию Довженко, под такой-то проект. Дальше: общественный фонд или общественная организация берет это в управление, создается фонд с авторитетным наблюдательным советом, с привлечением западных экспертов, который декларирует миру об этих направлениях. 

- То есть вы делаете такую культурную долину, где будет много разных площадок.

- Эта площадка, кроме того, что она может быть абсорбентом пассионариев европейских, это открытый формат. Мне важно не спроектировать заранее, что это будет. Финал должен формироваться командой. Тут проблема ответственности.

- Там только театр будет?

- Нет. Театр это только один из объектов. Новая музыка, новая академическая и новая альтернативная музыка, визуальное искусство, архитектура.

- Так, может, это и будет площадка для реформации украинской культуры?

- Это не одна точка силы. Это сетевой проект. Аналогичные проекты сейчас начинаются во Львове, Ивано-Франковске, Харькове, Одессе.

- И повсюду есть люди, которые могут это делать?

- Есть активные группы. Когда это запускается на стратегию, можно серьезные инвестиции везти, и тогда появляются уже какие-то другие люди. И тут мы уже можем говорить о другой России. Те люди, которых сейчас вытесняет Россия за ненадобностью, т. к. им не нужны креативные, свободные люди, они готовы за свой счет приехать и создать пример успешного, свободного.  

- Когда вы будете разворачиваться?

- Сейчас идет накопление. И тут со стороны государства, безусловно, должен шаг быть. 5 апреля в Париже громадный фестиваль украинского искусства начинается. Месяц украинского искусства на главных площадках. Пять концертов, спектакли, неделя украинского кино, украинская литература, две большие выставки.

- Кто организатор?

- Там много людей, но государство не дало ни одной копейки. Там будет, например, программа композитора Валентина Сильвестрова. Спектакли показывать будет только "Дах". Мы будем показывать десять спектаклей  "Собачья будка" в рамках одного из крупнейших фестивалей Франции, крупнейшего в Париже, на который нас пригласили. И потом будет концерт Dakh Daughters. Это уже третье выступление в Париже. Недавно выступали в театре Питера Брука. В этом же году мы будем выступать в Авиньоне. И параллельно "ДахаБраха" - месячный  тур по Америке, потом Латинская Америка. Все эти проекты успешны. Сейчас будет премьера совместного проекта с французами - "Антигона", и уже есть контракт на тур по национальным сценам Франции на 16-й год.

- Что нам делать с государственными театрами и с огромным количеством людей в них?

- Я уже один раз поруководил  Государственным театром и понял весь этот ужасный ужас. Для того чтобы делать реальную реформу в государственной культуре, нужно предъявить успешный, стационарный, большой амбициозный проект. Заточить его сразу на коллаборационные проекты, потому что понятно, что ресурса особого на культуру в Украине нет. И запустить, чтоб этот продакшн выпускал 15-20 спектаклей в год. Здесь, в Украине, но с французскими, английскими и т. д. режиссерами. И это сразу вписывалось бы в мировой контекст. Допустим,  попросив у театральных фестивалей рекомендаций для молодых режиссеров, они приедут, поставят, а программные директора этих фестивалей приедут посмотреть, что сделали их визави. Мы получим сразу пул молодой режиссуры, другого театрального языка, и они волей-неволей будут приглашены на официальные программы этих фестивалей. Одновременно запускается и школа режиссуры, и молодые ребята, понятно, со знанием языков должны стать ассистентами этих режиссеров. И через два года, получив реальную работу в поле, они уже сами претендуют на гранты. И параллельно существует менеджер, который это все сопровождает, потому что новый тип продакшн, новый тип эксплуатации спектаклей, организации спектаклей. У нас это все потеряно. И тогда через три года во всех государственных институциях должны пройти публичные конкурсы, на которые может претендовать команда, а не просто худрук. Худрук и финансовый директор должны представить программу художественного и экономического развития той структуры, на которую они претендуют. Конкурс – публичный. И экспертный совет – не украинский, а комбинированный, для того чтобы не было провинциального кумовства. Но у нас уже появляется та площадка, которая подготовила кадры, конкурентные, и, главное, у них за спиной реально успешные проекты. Потому что сейчас на самом деле нет кадров, которые могут что-то предложить.

- Эксперты говорят, что надо в театры вернуть Жолдака, Богомазова и т. д., и вся машина заработает.

- Не заработает. Жолдака в Харькове тогда поддерживал Кушнарев, это была чисто политическая воля. Но чуть-чуть он расслабился – и его сожрал его же коллектив. И сейчас о харьковском театре никто и не слышит. Богомазов – прекрасный режиссер , но ему уже 50. Он уже должен был бы руководить каким-то театром. Украине пора перейти от отношения к своим детям, как к байстрюкам. Украина – это мать и реально сильная женщина. Надо начать ценить своих детей, и тогда эти дети ее будут держать.  

- Редко у нас у нас в стране встречаются люди, которые объединяют талант художника и талант менеджера, как наш сегодняшний гость Влад Троицкий. Была б моя воля, я б ему отдала самый амбициозный, самый лучший проект, который он просит.

Спасибо большое, Влад. 

Источник: 112.ua

видео по теме

Loading...


Новости по теме

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>