Эксклюзив. Украинская журналистка и писательница Ирэн Роздобудько – гостья ток-шоу "Люди. Hard Talk"

Украинская журналистка, писательница и поэтесса. Была заместителем главного редактора журнала "Натали" и главредом журнала "Караван историй. Украина". Автор двух сборников поэзий, детективов, триллеров и психологических драм. Пишет сценарии для фильмов. Неоднократная победительница литературных конкурсов "Коронация слова". Вышивает бисером, играет на гитаре

112.ua

Влащенко: У нас в гостях известная писательница, журналистка Ирэн Роздобудько. Здравствуйте. Вы очень похожи на Мадонну. И характер у вас тоже, наверное, такой – властный, энергичный?

Роздобудько: Вероятно, что так в плане характера. Когда меня бьют и я падаю, я всегда поднимаюсь. Еще не было ни разу, чтобы я не поднялась.

- А вы до сих пор главный редактор украинского варианта "Каравана историй"?

- Да. И сейчас "Караван историй. Украина "полностью перешел на своих авторов, свои материалы, отказавшись от российской части.

- Почему все истории в вашем журнале клишированы? Хотя авторы пишут хорошо.

- Такова концепция журнала, и, кстати, она не наша, и мы, собственно, будем продолжать в том же духе, потому что есть формат. И люди любят читать такие душевные истории. Это караван жизненных историй, а они состоят из любви, ревности и т. д. Но это не главная моя работа. Я 15 лет в этой команде, которую очень люблю, но не все подхватывают этот формат. Формат достаточно сложный: это беллетристическая, беллетризованная биография, и не все въезжают, как надо писать.

- А что бы вы написали о себе в "Караване историй"?

- Я никогда не была бы героиней любого журнала, чтобы раскрывать там свои сокровенные истории. Но если выбирать, то выбрала бы свое безумное детство в окрестностях Донецка с безграничными приключениями. Рассказала бы, конечно, о любви, как надо не бояться менять свою жизнь.

- А у вас первый брак?

- Третий. Поэтому мне было бы о чем рассказать. Об актерах людям интересно читать, потому что они их знают, любят, видят. А я не настолько интересный человек, хотя и публичный. Мне лучше, чтобы читатели почитали мои книги. Там я вся полностью. Для актеров это хороший формат, это реклама, а я не люблю рекламы. У нас такая концепция, что мы не берем людей бизнеса и людей политики.

- А почему?

- Некоторые политики, кстати, к нам обращались, чтобы мы написали, но мы отказываем. Мы считаем, что нашей аудитории интересны люди искусства. У нас режиссеры, актеры, художники, скульпторы – не распиаренные люди.

- У вас на 80% женская аудитория?

- Считается, что аудитория, которая наиболее читает все журналы и книги, это женщины.

- Какую историю из собственных браков вы считаете наиболее литературной? Хоть одна любовная история, которую вы описываете в романах, была вашей личной историей?

- Нет, я напрямую никогда не "раздеваюсь", мне лучше как-то обобщить, отождествить некий собственный опыт. Для меня это невозможно, писать о себе.

- А если бы пришлось писать киносценарий, какая история из ваших браков самая кинематографичная?

- А у меня вся жизнь достаточно литературная.

- А вы авантюрный человек?

- Да.

- А что вы вкладываете в слово "авантюра", и почему вы такой человек?

- Если сказать метафорически, то я могу идти сейчас прямо, потом развернуться на 180 градусов и тем же веселым шагом пойти в другую сторону. Или воспользоваться шансом, который сейчас, на этой дороге мне выпал. Я никогда не отказываюсь от каких-либо шансов. Если посмотреть мою трудовую книжку, то она у меня с вкладками, потому что мои профессии не уместились в моей книге.

- Вы когда-то сказали, что женщины покупают глянец из-за одиночества и бессилия, то есть вы признаете заранее, что вы ориентируетесь на виктимность своей аудитории?

- Конечно, целевая аудитория – что в кино, что в каждом журнале – это позиционирование себя. За многие годы моих наблюдений (а я была журналистом, отвечала на письма в женских журналах), очень большой процент наших женщин – это женщины несчастные, нереализованные, которые стремятся реализоваться. Это журналы для тех, кто испытывает комплексы и не может, не находит выходов преодолеть их.

- То есть глянцевые журналы подсказывают им, как надо жить?

- Да. Когда я пришла работать в глянец, я думала, что буду учить женщин, как не ревновать или как влюбляться. Но когда я начала получать письма и поднимать проблемы домашнего насилия, вывоза наших женщин за границу, наркомании, женского алкоголизма, семейного инцеста, то есть о том, о чем не принято говорить, то пошел шквал писем. Я начала работать с очень хорошими психологами и поднимать такие темы, на которые был сумасшедший отклик. Я поняла, что это нужно, потому что нас воспитывали неправильно, и до сих пор нас воспитывают неправильно.

- В чем эта неправильность?

- В Украине очень много мужественных, сильных, успешных женщин. Несмотря на это, у них куча комплексов. Когда они приходят домой, они чувствуют дискомфорт в семье. В своих книгах и журналах я призываю и говорю одну очень банальную вещь: жизнь одна, и если вы чувствуете дискомфорт хоть где-нибудь, то надо что-то менять или в себе, или в работе, или в семье. Надо разворачиваться на 180 градусов и идти, потому что пройдет еще 5 лет – и ты засядешь в болоте.

- Основная аудитория ваших читателей, ваших книг – женщины?

- Я горжусь тем, что у меня появилось очень много мужчин-читателей, и я, наконец, немножко отмылась от клейма "детективщица" и "глянцевая дамочка".

- Какие  основные составляющие успеха романов? Вы прагматично подходите к написанию книг?

- Я подхожу физиологически. Есть такие строки Пастернака: "… строчки с кровью – убивают, Нахлынут горлом и убьют!". И вот когда я чувствую, что я или разорву себе горло (так я хочу говорить о том или об этом!), я не могу не писать. Литературная деятельность связана с психикой, физиологией. Я пишу с 6 лет.

- А вы записываете что-то, что услышали, что увидели, что вам понравилось?

- У меня это все в голове. Мне есть что сказать, есть о чем говорить, есть с чем обращаться. И я очень благодарна тем людям, которые подходят и говорят: вы меня спасли или помогли сделать свой выбор. Это, в принципе, писательское счастье. Я сканирую людей, мне хочется их обнять и сказать: "Давай иначе, жизнь коротка".

-  Я прочитала, что у вас есть клуб "шанувальників". А кто эти люди?

- Я об этом прочитала у одной журналистки. Я тогда начала рыться в интернете и, действительно, их нашла. Я не знаю, кто это, я просто счастлива, что они есть. Они следят, они добавляют в Википедию новинки все, они выписывают цитаты. Возможно, они ходят на мои встречи.

- Вы в жизни ничего не боялись и работали не только журналисткой и официанткой, но и шпрехшталмейстером в цирке. Что это за профессия?

- Это тоже такая авантюра. Это человек, который открывает цирковые программы. Я ее открывала несколько месяцев в донецком цирке. Когда я узнала цирк изнутри, я влюбилась в этих людей. Это свой мир, параллельный. Я победила на конкурсе чтецов в донецком смотре – читала "Реквием" Ахматовой. А в жюри сидел режиссер цирка. И он мне предложил поработать в цирке. И два месяца я бегала в цирк открывать представления. И это была такая цирковая сказка, пока не умер Брежнев. А потом сказали, что такого глуповатого шпрехшталмейстера им не надо.

- Вы рисуете, вышиваете бисером. Это для вас расслабление или это творчество?

- Это для меня психотерапия. У меня есть графика, и я вышиваю бисером. Каждая бисеринка имеет свою жизнь, свое имя. И я таким образом реанимируюсь. Я это поняла еще лучше во время Майдана: когда я туда не бегала, я рисовала ангелов. Это было безумие! Я рисовала за два часа 3-4 картинки витражными красками. Я иначе не могла выжить. Так же рисунки и бисер. Я всем советую этим заняться, это не сложно.

- У вас есть какие-то слабости? Чем вы в себе недовольны?

- Я пофигистка и очень люблю лежать на диване. Для меня это счастье. Лежать, смотреть в потолок или какой-то хороший фильм и ни о чем не думать. Я очень ленивая и в плане писательства. Когда я успеваю – я не знаю. Я суперинтроверт. Это недостаток, хотя, может, и не очень заметный.

- Ваш тип мужчины? Покажите на общественных примерах, которые все знают.

- Мне повезло встретить человека, которого я ждала всю жизнь. И я никогда не влюблялась в экранных героев или в актеров.

- Я имею в виду психофизику, типаж.

- Это сложный вопрос. Но когда-то в юности это был Мягков из "Иронии судьбы". Не секс-символ, не красавец, неудачник, с мамой все время, но тот момент, когда он застегивает молнию ей на ноге… Вот здесь есть и сексуальность, и нежность, и предыстория. Вся его психология в одном жесте.

- А какую книгу Ирэн Роздобудько вы читали?

- Ваша двоюродная сестра приносила мне несколько романов. Но это было 3-4 года назад, и сейчас просто не вспомню названия. Но я обратила внимание, что в ваших романах есть неженская энергетика и авантюрный дух, что очень редко встречается в женской глянцевой прозе. Уже по этому можно было понять, что вы настоящий писатель, а не глянцевый журналист.

Спасибо большое, Ирэн.

Источник: 112.ua

видео по теме

Новости по теме

Новости партнеров

Загрузка...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>