banner banner banner banner

Эксклюзив. Украинский художник Анатолий Криволап – гость ток-шоу "Люди. Hard Talk"

Самый дорогой художник Украины. Мастер нефигуративной живописи. Окончил факультет живописи Киевского Государственного художественного института. Был участником АРТ-ГРУППЫ «Живописный заповедник». Его картины продаются на престижных аукционах по более чем 100 тыс. долл. Сегодня он работает в жанре пейзажа. Лауреат Шевченковской премии. Человек года в области искусства

112.ua

Влащенко: Сегодня у нас в гостях, я бы сказала, лучший сегодня художник Европы, знаменитый украинский художник, самый дорогой украинский художник - Анатолий Криволап.

- Здравствуйте, Анатолий. Что такое творец? Какая происходит магия, когда человек становится больше, чем профессионал?

Криволап: Наука художника идет минимум лет 10. Для этого нужно закончить художественную школу - 7 лет, и 6 - институт. Или художественное училище, и еще институт. И в конце концов выпускают профессионала, который знает, как уметь правильно нарисовать. Но дальше начинается перерождение художника, либо не перерождение. Как кому повезет. Как в сказке - «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». И после этого, то, что приносит человек, или лицо, закончившее институт - это может быть интересным или не интересным. Но, без таких вещей, как интересные предложения и также узнаваемость, трудно говорить насколько состоялся художник, как художник. Не как профессионал, а как художник.

- Как у вас, у художников, происходит сам процесс?

- Художник - это машина по переработке чувств, интуитивных каких-то всплесков, или интеллектуальных идей: в переводе на звуки, как композитор; в слова, как поэт; на краски, как художник. Но и здесь есть большая разница. Есть художники, которые имеют замысел и они методично, спокойно выполняют его. Каждый день какую-то часть этой работы делают, как пишет, наверное, писатель. Все решает какая-то интеллектуальная вспышка, во время которой ты видишь, что должно быть. А путь к тому может быть совершенно разный. Это может произойти в любую минуту, ты можешь работать из месяца в месяц, и из этого ничего не получается. Ты просто работаешь, как профессионал, придерживаясь формы. А когда вспышка - тогда не стоит вопрос, насколько ты быстро его делаешь. Я отношусь к той категории - ожидание той самой вспышки, видения. Художник планирует тему - потом он с ней живет, он ее делает, он углубляется. Это тоже творчество, которое интересно. Но это зависит от характера. Например, Врубель - это вспышка. Видно, что его работа выполнена за час, или полчаса. Такое не может родиться просто от замысла. Это интуитивные выходы, которые затем находят связи.

- Популярность художников идет от их подлинного таланта, или от их агентов, которые сумели раскрутить их имя, или от того, что они сами оказались колоритными продавцами собственного творчества? Чего здесь больше - таланта, или всего, что вокруг?

- Очень короткий ответ - и, и, и. Все зависит от характера художника, от удачи. И все эти компоненты, названные вами - они все действуют. Просто в каждом по-разному. А когда они все совпадают, то получается неплохой результат. Потому что, если все идет хорошо, то появляются и дилеры хорошие, и заинтересованность людей. До 20-го века существовали каноны. И тот канон, который был - он определял лучшего. В искусстве, все же, остался авторитаризм. Когда Пикассо ткнул пальцем в Шагала и сказал, что это хороший художник - он стал знаменитым. Так было всегда. И так, наверное, будет и дальше. Но в 20-м веке уже начал работать имидж, а после того, как США искусственно сделали Полака фигурой мирового масштаба, где была включена полностью реклама, (это была государственная программа по созданию фигуры мирового масштаба - художника) используется и этот ход также. И сейчас тенденция в знаменитых галереях - они могут взять любого художника с улицы и сделать его знаменитым. Это легко проследить, как вдруг Корея, или Китай, которые имели совсем другие традиции, и тут вдруг они стали стоить миллионы. Это уже технологии, с которыми связаны очень большие деньги.

- Говорят же специалисты, что как только Китай, Корея или Индия сделали у себя развитие культуры приоритетным, то их художники, дизайнеры, модельеры сразу вошли в мировой ТОП, потому что все в этом мире требует внимания и денег.

- На сегодняшний день, да. У каждого складывается его творческая жизнь и карьера финансово по-разному, но здесь много факторов.

- А может ли сегодня или вообще исключена такая история, которую любят показывать в голливудских фильмах, когда человек без роду, без племени, но с большим талантом вдруг вырывается на вершины мировых художественных чатов только благодаря таланту? Или такое может быть сегодня только в кино?

- Это очень хороший сюжет для кино, но с другой стороны Кагасян нашел художников, рисующих в метро, ​​в Нью-Йорке, их взял, раскрутил, и сделал их дорогими.

- Творческие люди осмотрительно сомневаются в том, что они талантливы. Когда вы почувствовали этот вкус своего первого успеха и сказали себе: «Видно, я кое-что могу»?

- Я помню, как после долгих поисков прописал работу и меня всего как прожгло. Это было как мираж непонятный. Я потом пережил бессонную ночь и тогда почувствовал: таки оно! А в 1992 году, когда меня пригласили в Германию, и наши работы двухметровые покупал «Градобанк», он делал коллекцию, и коллекционеры уже покупали у меня работы, которые стоили 150-200 долларов, а здесь продается работа большого формата за 12000 марок, и тогда я почувствовал, что это уже чего-то стоит.

- С 2011 года начались ваши рекорды, когда ваши работы стали продаваться за сотни тысяч долларов?

- Оно постепенно шло. С тех пор я уже работы меньше чем за 2000 уже не продавал. С тех пор я практически был лидером в ценах и постепенно их поднимал вверх дважды в год.

- А как это происходит?

- Я скажу почему. Потому что покупали работы. Слишком много продаж было. И меня всегда зацепляло том, почему всегда в Украине не ценится талант художника. Это что-то феноменальное. Например, перед поездкой Казимир Малевич делает выставку в музее русского искусства - ничего не покупается. Он говорит: «Купите хотя бы одну работу». Никто не купил. Теперь ни один украинский музей не имеет работы Малевича. Какая-то инфантильность. Даже Терещенко покупал больше передвижников и российских художников, то есть, я хотел сказать, что меценатство в Украине - это самая слабая позиция вообще Украины. Я хочу сказать конкретно, что в Украине никогда не ценили талантливых людей, поэтому они шли в Россию, они шли за границу. Я привожу вам два примера. Шевченко - крепостной, которого практически выкупил царь, купив картину «Портрет Жуковского». Франко. Он был на субсидии Австрии, начиная со школы, колледжа и все остальное. Нет примера, чтобы кто-то из украинцев, богатых вельмож, или сегодня - других - нет ни одного примера, чтобы кто-то работал над кем-то, чтобы создать какую-то достойную величину.

- Это очень грустно, что так и осталось до сих пор. А вот эти знаменитые коллекционеры наши - Воронов, Пинчук, который держит галерею, еще кто-то, насколько они интегрированы в понимание того, что такое жизнь художника в Украине?

- Некоторые подвижки в этом вопросе есть. Но радикально я не могу назвать. Я очень уважаю Игоря Воронова - он имеет десяток моих работ, но его заявление о том, что наши художники стали слишком дорогими, и он считает, что это необоснованно, то если бы я не прочитал это собственными глазами - я бы просто не поверил. Человек, который в начале больше всех сделал в этом деле, вдруг делает такое заявление. Можно было бы понять его, если бы он сказал, что «я исчерпал свои возможности по приобретению дорогих работ». Но ставить под сомнение - это уже антиакт.

- Я понимаю. А если говорить о ценах, кто определяет, что эта картина стоит две тысячи, а эта двадцать пять, а эта триста тысяч? А как вы определяете цену картины?

- Чтобы не «западать» на такую ​​ерунду - я продавал работы в зависимости от формата. Потому что можно себе очень много нафантазировать: вот я сделал, это шедевр, и т. д. Художники, как и все творческие люди, имеют богатую фантазию, особенно в отношении оценки собственной работы. Но все стоит столько, сколько за эту работу платят. Художник может ставить любую цену. Если работа не покупается - значит она завышенной цены.

- У вас есть многолетний куратор, или агент по продажам. Как правильно он называется?

- Наверное, менеджер.

- Это Игорь Абрамович?

- Я бы так не сказал. Мы работаем с ним последние пять - шесть лет.

- Как много зависит от таких людей?

- Очень много. Я не знаю, как это определить в процентном соотношении, ведь это зависит как от художника, так и от менеджера. Если это качество не соответствует какому-то измерению, или не интересно для потребителя - здесь не сработает и лучший дилер, или в то надо вкладывать миллионы.

- Я знаю, что сейчас «Мистецький Арсенал» и «Книжковий Арсенал» и там будет представлена ваша книга. Расскажите о ней.

- Эту книгу выпустило издательство «Родовид». Написала аннотацию американский искусствовед - Фенифер Кан. Она написана только на английском языке, в сокращенном виде - монография и она была представлена ​​на Нью-Йоркском арт ярмарке таким образом, чтобы продолжать эту программу дальше. После меня кто-то будет другой, и таким образом будут представлены украинские художники на американском арт рынке.

- А как вы считаете, на украинском рынке есть хороший арт журнал, который бы интересно рассказывал об искусстве, об украинских художниках, о том, как обстоят дела в цехе?

- «Интересно» пишут много. Но очень мало аналитики. У нас, практически нет арткритики с аналитическим направлением. Есть искусствоведы, которые умеют писать очень хорошо, среди них есть такие, которые могут определиться в направлениях, но арткритики с глубоким анализом - нет вообще. Как по мне, то лучшим журналом пока что является тот, что выпускает «Арсенал» - «ArtUkraine».

- А может у нас нет генерации этих критиков-аналитиков, потому что на Западе эту роль выполняют галереи. Там же галерейная жизнь другая. Это такие арт центры, а не только комиссионные магазины по продаже картин, при которых существуют влиятельные критики, где возникают новые идеи. У нас же ничего этого нет. У нас же нет арт жизни - поэтому, может и критиков этих нет?

- Это может быть, но с другой стороны надо понимать, что наше академическое образование, культуроведческое осталась на базе советской и по ее окончанию наши искусствоведы едут учиться в Лондон, Вену, Нью-Йорк, то есть, надо переучиваться или доучиваться. И школа, которая была - хорошая. Но взять ту школу и перевести на совершенно другое искусство - там нет точек соприкосновения.

- А как учат художников?

- Та же самая ситуация. Эти знания, академические, что получат наши студенты являются лучшими в Европе, если не в мире, но дальше это нужно снова делить на какие-то направления, которые близки в поисках. То есть, искусство не является однозначным - там очень много направлений. Я знаю, что сейчас Тиберий Сильваши работает с группой молодых художников с тем, чтобы они базировались на каких-то новых идеях. Я думаю, что это очень полезно. Я думаю, что его место, как раз, в Академии, чтобы была такая мастерская, где бы они могли бы после окончания профессиональной подготовки переходить на какие-то другие базовые познания искусства.

- Многие художники сейчас уезжают работать на Запад. Это такая профессия, что вам язык не нужен. Вы вообще ни от кого не зависите. Главное, чтобы был инструмент. Почему же вы остаетесь в не очень благоустроенной Украине?

- У меня наследственная болезнь - ностальгия. Я не выдерживаю больше трех дней нигде. Я действительно имею возможность жить где бы я захотел, но там со мной происходит что-то невероятное: я перестаю спать, я не нахожу себе места, я понимаю тех людей, которые кончали жизнь самоубийством. Это невыносимо.

- То есть, ностальгия - это не выдумка писателей?

- Нет. Тем более, что я имел эту возможность во время моей первой поездки в Германию, тем более, что моя мама с немецкой фамилией и я вообще бы там не имел бы проблем. Сейчас моя дочь, так же. Ей тоже наследство досталось. Она живет в Сараево. Работает там ее муж, живет там. Но она там просто в отчаянии. Хотя она там живет в идеальных условиях. Им снимают дом. Она имеет мастерскую, краски, но она звонит каждый день, считает дни, сколько их осталось до приезда сюда. Так же, как моя мама поехала к родственникам в Ростовскую область, где мой дядя стал «Криволапов», и они с отцом поехали на 2 недели, так мама пробыла три дня и поехала назад.

- Можете мне задать вопрос.

- Откуда у вас достаточно неплохие знания в искусстве?

- Я когда-то преподавала. Я была, возможно, одним из первых преподавателей Истории искусств, когда начинался этот предмет. И, вообще, я люблю искусство. Я им интересовалась в детстве. Мой любимый период - 20-30-е годы прошлого века, и русский и западноевропейский авангард.

 Спасибо большое, Анатолий. Сегодня у нас в студии был человек, которым мы можем гордиться - Анатолий Криволап.

Источник: 112.ua

видео по теме

Loading...


Новости по теме

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>