banner banner banner banner

Александр Кузьмук: Россия не хочет полномасштабной войны с Украиной, но от своих планов она тоже не откажется

Александр Кузьмук: Россия не хочет полномасштабной войны с Украиной, но от своих планов она тоже не откажется
112.ua

Александр Кузьмук

Экс-министр обороны Украины

Мага: Первым моим собеседником, с которым мы появились на экране, был настоящий боевой маршал – для меня всегда маршал – Александр Иванович Кузьмук.

Я вас приветствую.

Кузьмук: Приветствую, Петр Петрович. И все же генерал армии Украины и, действительно, первая встреча. И убежден, что не последняя.

- Я поймал себя на мысли, что не знаю, кто у нас сейчас министр обороны в воюющей стране. Оно вдруг отошло, очень сильно, на задний план. Что происходит со страной и с ее армией, по вашему мнению?

- Я сегодня оцениваю свое состояние, как "за все болеешь, но, к сожалению, ни за что не отвечаешь". И не потому, что я сплю и смотрю на все со стороны. 28 декабря прошлого года меня торжественно провели из ВСУ и я благодарен тогдашнему министру обороны и начальнику Генштаба, нынешнему, что они устроили такие почести. А все, что жизнью добыто, оно сегодня не нужно. Я стараюсь помогать советом, консультацией, но там, где оно нужно, все думают, что они сделают сами. Так не бывает и так не будет. Я должен констатировать, к сожалению, что каждый день пребывания власти во главе с президентом у руля управления государством подталкивает нас в пропасть. В пропасть, из которой выбираться десятилетиями. Это во всем: и в кадровой политике, и в хозяйствовании, и во внутренней политике – во всем мы катимся вниз. И это еще остановить нельзя. Вооруженные силы (это воюющая держава) – второй министр обороны. Первый никакого представления не имел о вооруженных силах, но он старался. Второй – профессиональный военный, добросовестный офицер, но он не политик, не стратег, не полководец и не военачальник. Вот и кадровая политика. У министра обороны восемь заместителей. Некоторые из них не имеют серьезных департаментов под своим креслом. И это при том, что заканчивается сентябрь. Полтора миллиарда на жилье, где критическая ситуация, не распределено. 10 млрд грн на материально-техническое обеспечение лежат – конец года практически. Какое же мы воюющее государство? Бюджет: на национальную оборону он не изменился. А с таким подходом он еще уменьшится.

- Вы обладаете самым большим в мире ресурсом – огромным опытом. Он каким-то образом востребован? Я знаю, что при предыдущей власти вы приходили, когда была ситуация с Дебальцево, с Иловайском, и на колене на карте рисовали, показывали, откуда будут атаковать. Вам тогда сказали, что позвонят. Теперь пытаются выяснить, кто виноват, почему не доработали, кого наказывать. Не пользоваться вашим опытом – по крайней мере глупо.

112.ua


- Я тщательно слежу за процессами, которые происходят в государстве и прежде всего в ВСУ. Мы – воюющая страна. Сегодня ситуация очень сложная. Это хорошо, что проводят учения. И с хорошей тематикой, и с достойной динамикой. Но это еще не все. А как будут обустроены наши войска на переднем крае в зимних условиях? А сколько военных городков имеют те бригады, которые созданы? Здесь огромная проблема. Поэтому я и говорю о тех деньгах, которые должны были быть на те вещи использованы. У нас что, снизилась угроза взрывов складов, баз, арсеналов? Абсолютно нет. ВСУ сделали первый шаг – они создали центр мониторинга. Но проходит год, потрачены деньги, а вот дальнейшее развитие, чтобы знать в любое время, что делается на складе, на базе, – современная аппаратура стоит. Минобороны не желает этим заниматься. А я предупреждаю: это может быть в любое время. У нас сегодня есть большая сила – профессиональные вооруженные силы. Профессиональные, наверное, с авансом. Они еще выходят из положения контрактных. Уже нет добробатов и всех остальных, которые только мешали, уже есть те, кто сознательно служит Родине. И текучесть меньше.

Новости по теме

- Все-таки добробаты, которые отошли от пребывания на передовой, свою великую историческую миссию в свое время выполнили. Надо ребят поблагодарить, поклониться.

- Безусловно. Добробаты добровольно в критический момент встали на защиту с оружием в руках. И слава им. Другое, что их участие не было длительным. И правильное решение было, чтобы как можно больше добровольцев, которые этого пожелали (к сожалению, не все), внести в списки ВСУ и других военных формирований. Узаконить их – это было сделано.

- Когда начинается ад, когда ребята находятся под обстрелами, то нетрезвый воин - это сразу мертвый воин. Когда ты отвечаешь за свою жизнь, за свою родину – это одно. Когда количество обстрелов уменьшилось сегодня фактически до минимума, то говорят, что людям на 1-3 линиях надо поддерживать дисциплину, делать так, чтоб у них были и хорошие отношения с местным населением, чтобы не было мародерства. А так называемые небоевые потери, когда у кого-то взорвалась граната там, где не надо, - это говорит о том, что не дорабатывают в плане воспитания воинов или просто включается человеческий фактор?

- На любой войне часто и позорные вещи происходят. И не только в нашей армии. Хочу отметить, постоянно находясь на фронте с 14-го года, что руководство ВСУ достаточно уделяет этому внимания. Представьте: 400 км фронта, кто-то на передовой, кто-то в тылу, разные соблазны. Есть неосторожность, соблазны. Но это работа командиров всех уровней день и ночь. В каждой бригаде есть подразделение по связям с населением. И вот тут постоянная работа, чтобы, не приведи Бог, обидеть какого-то человека, ограбить. Вести себя невежливо по отношению к местным жителям – это страшно. 14-й год – около 80% людей на подконтрольных территориях к нам были настроены враждебно. 2-3 года проходят – уже другая статистика, уже около 50%. Это самое главное – удержать доверие, уважение местных жителей на подконтрольной территории к ВСУ.

- Когда опрашивают людей, то говорят, что наибольшее доверие к военным. Когда вы были министром обороны, то не было необходимости в постоянных учениях. По крайней мере стрельбы на полигонах проводили достаточно редко. Я пытаюсь это объяснить тем, что тогда все только начиналось и в том не было необходимости, потому что мы даже не рассматривали каких-либо наших соседей как потенциального противника. Где оно изменилось?

- Это очередной миф, что у нас не было армии. ГБР определило, что виновата армия и виновато правительство Януковича в том, что сдали Крым и Донбасс. Извините, но с декабря были подготовлены 5 десантных бригад численностью 5 тыс. человек для действий в Крыму. 25-я бригада вошла в Крым, провела обучения и вышла. Просто тот министр обороны Тенюх, которого назначили, перепутал, что 5 тыс. - это подготовленные для мгновенной переброски на Крым, а не в ВСУ. Это было подхвачено, это было выгодно в начале войны списать неудачи на готовность армии. Армия была готова. Сил в Крыму хватало. 5 тыс. на усиление хватало, чтобы перекрыть 5 возможных проходов, направлений и закрыть проходы в Крым. И этого было бы достаточно. А еще 40 тыс. в короткий срок ничего не мешало подготовить, перебросить к восточным границам Украины. Этого не было сделано, а затем началась мифология. А техника? Подождите, мы семь лет воюем, а техника не закончилась. И это тысячи единиц. А сколько оставили на поле боя. Так же и с подготовкой. У нас более интенсивная боевая подготовка была и в 90-е, и в 2000-е годы. Да, мы меньше летали, потому что денег на топливо не хватало. При мне была армия – 680 тыс. Бюджет – 1 млрд. 900 – 2 млрд 400. Не хватало топлива для бронированной техники, выкручивались, как могли, но что касается подготовки войск, то она продолжалась. А боеприпасы до сих пор не использованы. Столько их жгли, они взрывались, но они еще есть. Потому что мы понимали, что государство не в состоянии закупить нам все новое. Сегодня воюет техника 83-го, 84-го и новейшие 87-го года выпуска. Так какие невероятные усилия военных, чтобы все это держать в исправном состоянии – об этом вы думаете?

112.ua

- Мы видели, как в Крым зашли "зеленые человечки". Если они были "ничьи", то можно было сказать, что это террористы, которых можно было бы уничтожить в одно мгновение. Но не было политической воли сказать: огонь. Можно было тогда, чтобы все пошло по другому сценарию?

- Я приехал в Крым 3 марта 2014 года как народный депутат по собственной воле и в военной форме рейсовым самолетом с одним помощником. Пробыл я там три дня в наших войсках, и мне все стало понятно. Мы опоздали на несколько дней. 28-29 февраля – это были наши дни, когда мы могли все нейтрализовать. А вот после того, как уже были подготовлены заблаговременно и казаки, и местное население, которое согнали и которым окружили каждый военный городок, – уже было поздно. Я приехал в Перевальное – собрались все командиры частей Крыма сами. Каждый на мой вопрос, какое задание получил, что говорят вам из штаба, из командования Вооруженными силами, говорили "держитесь". А в то время бегают высокие русские генералы по каждой воинской части и разговаривают с командирами, с личным составом. Но это все начиналось не в феврале и не в марте. Начиналось за несколько лет до того. Поэтому так легко СБУ, МВД перешли на ту сторону. И часть военных.

- Вы были депутатом ВР, вы были в мощной партии ПР. Если это происходило на протяжении не одного года, почему на это не реагировали раньше? Почему не замечали ту огромную, масштабную, комплексную работу, которая была проведена, почему не били тревогу?

- Ее не могли заметить. Надо понимать, что такое фракция и ПР. Кстати, я не был членом Партии регионов – я был во фракции. Это была достаточно закрытая структура – только для определенного круга людей. Большинство членов фракции вообще не знали, какие решения принимаются и как на самом деле развивается ситуация. Это никогда не выносилось на заседание фракции, никогда не обсуждалось в узких кругах. И когда мы узнали о письме Януковича, это был просто шок. Мы не верили, что такое вообще возможно, что по стране разгуливают агенты ФСБ и уже целая система налажена по Крыму и по Киеву. Мы этого знать не могли. А кто СБУ возглавлял? Гражданин России, который для этого и был назначен. И так везде. А вот во внутренних войсках это не прошло. В ВСУ это прошло частично – на территории Крыма. 3 марта я был в Крыму, а 4 апреля – уже в Луганской области, где еще ничего не начиналось, а в Луганске состоялся один митинг, и то небольшой. Но у нас выходили войска, немногочисленные подразделения, для прикрытия государственной границы. Они уже начали вытягиваться. И так до 2019 года, до своего освобождения.

- Колонне Гиркина дали возможность спокойно перебраться из Славянска в Донецк. Летали наши штурмовики, и единственное, чего они ждали, это приказа начать атаку. Что это нерешительность, отсутствие политической воли, страх или просто непрофессиональные люди на тот момент возглавляли соответствующие органы?

- Трудно и мне объяснить, как можно было выпустить Гиркина. Ведь путь его колонны проходил мимо высот, которые были заняты ВСУ, с воздуха было наше преимущество. Значит, что-то случилось такое, что военные не открывали огонь. Я думаю, что они бы это сделали с удовольствием, потому что у них был боевой дух, желание воевать – в них все кипело. И там бы ничего не осталось от того Гиркина и всей его банды.

- Вы видите сейчас хотя бы какую-то политическую волю разобраться в том, что тогда произошло? Понять, кто виноват в том, что мы потеряли территории, не открывали огонь. Мы когда-нибудь узнаем, что происходило на самом деле, или такая ​​возможность уже навсегда утрачена?

- Я убежден, что не утрачена. Да, для этого нужна политическая воля, чтобы разобраться, как мы потеряли Крым, как мы оказались на линии соприкосновения на Донбассе, и еще во многом, что произошло в течение последних семи лет. Кстати, мы не проиграли эту войну. Ведь нам понятно, что планы России предусматривали проход по приазовско-черноморской полосе, чтобы выйти к Дунаю – к границам с НАТО, объединение с Приднестровьем и создание Малороссии (Новороссии, - ред.). Но мы сорвали эти планы и остановили противника на том рубеже, на котором держим оборону. Мы не проиграли.

- А опасность этого уже миновала или постоянно нависает над нами?

- Она и будет нависать. РФ от своих планов никогда не отказывается, и она не отказалась. Другое дело – она ​​не хочет полномасштабной войны с Украиной. Во-первых, она будет сложной для России. ВСУ дадут серьезный, мощный отпор. Потери будут огромные. Сопоставлять Вооруженные силы Украины и России бессмысленно – и по численности, и по качеству оружия. К тому же ядерное оружие, и абсолютное преимущество в авиации, флот. Они могут это делать даже без пересечения государственной границы. Но отпор будет такой, что дальнейшие военные действия Россия себе не позволит. Это изменит, перевернет мир. А планы остаются, значит их реализуют другими путями – расшатывание внутренней ситуации в государстве, содействие росту преступности, помощь каким-то радикальным движениям – они же это делают. Вопрос ослабления экономики, перехват рынков – это нынешние действия России, чтобы достичь своей цели: довести Украину от состояния полураспада к распаду. И тогда цель будет достигнута.

- Все военные вашего поколения так или иначе проходили через Россию чаще всего через академии. Узнаем, что тот или другой генерал жил в одном общежитии с теми, кто сейчас командует с противоположной стороны. Ранее между ними было хорошее общение, нормальные переговоры, были дружеские встречи. Когда мы с вами разговаривали впервые, вы сказали, что они по-другому заговорили и больше там не с кем разговаривать. Не было ли попыток выйти на вас, поговорить, рассказать что-то?

- Понятно, что за 48 лет службы у меня было много друзей, причем в высшем эшелоне Вооруженных сил РФ. С 3 марта 2014 года все было обрезано – и мной, и ими. В течение этих лет – ни одного звонка. Я пытался позвонить одному удивительному человеку, но, к сожалению, он ушел из жизни, я об этом не знал. Ничего не знаю: кто еще жив, а кого уже нет – звонков нет. Это высшие эшелоны, а как быть в Севастополе? Рядом жили украинские и российские моряки. Строевой смотр у российских моряков - они бегут к нашим за кортиками. Строевой смотр у украинских моряков - они бегут к своим коллегам. И в один день все изменилось. Это свидетельствует о том, что для большинства офицеров Родина, ее защита - это первично. Сегодня мы наблюдаем другое - когда измена становится просто бизнесом. На разных уровнях: и на государственном, и на негосударственном. Можно продать какие-то тайны, какую-то информацию, и это не считается каким-то преступлением, потому что никто за это не наказывается.

- Это перестало быть чем-то чрезвычайным.

- Понятие чести, ответственности нивелируется. Измена становится и стала уже в нашем государстве бизнесом.

- И нормой. Сейчас мы понимаем, что на Донбассе махать шашкой поздно. Там живут украинские граждане, большинство из которых говорит: "Мы не просили нас отдавать. Мы платили налоги, чтобы СБУ, армия, МВД нас защитили". Ваш прогноз: что мы имеем на своей территории - это новое Приднестровье? Это надолго или есть вариант, что может закончиться раньше?

- В Крыму, когда едешь через перевалы, красивые трассы, а вправо идет дорога, и написано: "Улавливающий тупик". Вот мы сегодня находимся в таком тупике. Подписаны минские договоренности, одобренные Совбезом ООН. Пришел новый президент, и в прошлом году подтвердили их. Но совершенно нельзя выполнить. Мы сгубим государство. Следовательно, нужно искать какие-то дополнения, предложения от Украины. Будущее минских договоренностей сегодня очень сомнительно. Наверное, будет другой формат или другой город. После вчерашних заявлений случилось страшное - мы потеряли приятного соседа, который никогда не отворачивался от нас. Лукашенко тысячи километров границы с Украиной охранял от России. Об этом кто-то подумал?

- А заявления Лукашенко, что буквально Украина с европейцами и с натовцами - это враг.

- Это сейчас. А во время активных боевых действий: "Ни один танк не перейдет границу Беларуси и Украины - только тракторы". Это было сказано и. о. обязанности президента Турчинову в начале 14-го года, на пограничной встрече. Он не сказал: "Да я не буду с ними встречаться, они незаконно пришли к власти". Он хотел покоя для Украины. Одно дело - отношение к украинской власти, а другое дело - к народу и самому государству. Но Лукашенко не тот человек, который будет как-то мстить. Он разделяет власть и государство, соседа, народ. Тем более что у нас уже и соседей практически не осталось, с которыми мы бы имели хорошие отношения.

- Мы со словаками нормально живем разве что.

- Мы и с Китаем неплохо живем.

- Вы считаете, что в Беларуси все наладится и нам оттуда угрозы пока нет?

- Нам нет угрозы от самой Беларуси и никогда не будет. Вот сегодня проводятся учения - российско-белорусские, как и наши с Британией. Разница в том, что мы заявляли на весь мир, по крайней мере, два президента, что мы на фронте, на передовой и охраняем Европу от России, а вчера выяснилось, что мы "задний проход России", как заявили британцы, они высадились на заднем дворе России, в Николаевской обл., на полигоне. И вот теперь мы от фронта, защитников Европы стали черным двором России - так нас назвали. Такое к нам отношение. Хотя эти учения проводятся с 97-го года, и я вместе с министром обороны Великобритании, который затем стал генсеком НАТО, начинал их на том же Широком Лане, в духе взаимопонимания и желания дальнейшего сотрудничества. Так сегодня нас оценивают.

- Это почему так? Потому что появились политики, которых можно потрепать по щеке? Я не представляю ни британского, ни американского генерала, который бы подошел к генералу Кузьмуку и потрепал бы его по щеке: "Как дела, Саша?"

- Летел бы в Вашингтон. Это отношение к власти, которая руководит Украиной, это отношение к преобразованиям, которые есть в государстве - оно не движется вперед. Мы можем быть бедными, потому что такое время наступило, такие условия, но мы не можем быть не гордыми. Когда у нас есть гордость, а не показуха, что мы сами преодолеем все беды, которые у нас есть, тогда нас будут уважать, и реально это делать. А с протянутой рукой ходить, выпрашивать, затыкать дыры - будет это вызывать уважение у наших соседей? Вот в Польше позорный фильм вышел, и вся Польша аплодирует украинским проституткам и наркоторговцам. Как так может быть, что мы сами рады под кого-то лечь?

112.ua

- Воюющая страна, во время больших государственных праздников – военные парады. Те, кто смотрел эти парады, говорят, что ощущали гордость, когда видели, кто идет по Крещатику. Ваша точка зрения?

- Парады могут быть. Потому что парад – это не показуха. Парад – это демонстрация решимости, готовности защищать свое государство. И войска не просто выходят на парад – они год борются за это право – стать участниками парада. Это и подготовка техники, и обучение, и состояние дел в тех подразделениях, которые участвуют. И они демонстрируют украинскому народу, что они могут, на что способны. А что касается того, что техника должна быть на фронте, то мы уже насмотрелись, как техника с заводов после ремонта не доходит до фронта. Это я своими глазами видел, как она стает на станции разгрузки и дальше не двигается.

 - Это саботаж?

- Это не саботаж, я не верю. Это человеческий фактор. У нас уже нет специалистов, которые качественно сделают ремонт. На заводах, танковых, авиационных, остался дядя Вася, которому уже 83 года, а молодых нет, потому что они в Польше, Венгрии на тех же заводах. Они первичное обучение проходят у мастеров, а потом увольняются и уезжают. И уже есть явный дефицит квалифицированных конструкторов, инженеров, рабочих. Второе – запчасти. Третье – уменьшенная роль военного приема. Нарушена система, облегчена, вот вам и результат.

 - То, что перестали почти стрелять, это позитив однозначно. Может с этого начаться следующий шаг, который приведет к урегулированию?

- Какой здоровый человек не может приветствовать то, что не погибают на фронте, есть тишина? Я не хочу сказать перемирие – война продолжается другими средствами. Но есть тишина, и она дает результат. Как дальше наращивать эту тишину? Разве способствует ситуации на фронте, когда лишили права голосования на местных выборах? Нет. Мелкими шагами завоевали доверие людей, а сейчас их просто обидели.

Новости по теме

- Это при том, что, когда были активные боевые действия, провели и парламентские, и президентские выборы.

- Да войска обеспечивают тишину в надежде, что будут органы власти – мир приходит. Насколько мы отвергаем этот мир? А та сторона смотрит и аплодирует: нас что, хотят заманить в Украину такими вещами? Нас хотят заманить в Украину, где нападают на автобусы, стреляют в телеканалы, грабят на улице? И уже хватит использовать термин "сепаратисты" – их нет на фронте. Там люди, мотивированные российскими паспортами, с автоматами, гранатометами, в траншеях, – какие они сепаратисты? У них российские паспорта. Практически это армия РФ. Время прошло – 7 лет.  Началась война – ему было 12 лет, а сейчас уже 19. Они учатся по учебникам таким же, и у кого-то убили брата и мать – вот те люди, еще и с паспортами.

 - Теряем время?

- Мы его катастрофически быстро теряем. В то же время уходят из жизни люди, которые родились в Украине. Получили образование, работали. А подрастает то население, новое, никак не связанное с Украиной. И до войны люди из Донбасса чаще ездили в Россию, чем в Украину, по своим делам. Вот "Большая стройка", я думал, что она начнется с востока Украины, развернется там. И дороги, и больницы, и школы на контролируемой территории, чтобы видели разницу. И чтобы не турки строили, а украинцы зарабатывали деньги. А дети на подконтрольной территории учились бы в лучших, оборудованных школах, детских садах. Вот это был бы лучший показатель, что в Украине может быть так.

 - Для тех, кто не знает, Александр Иванович знает очень хорошо украинскую поэзию, украинские песни. И я знаю, насколько вы человек этой земли. Могли жить не здесь, а в других условиях и с другими доходами, но всегда оставались в этой стране. Вопрос, который я задаю всем гостям: верят ли они в будущее этой страны и будет ли оно счастливым?

- В другой стране я бы не жил. И сын, и дочь окончили школы и вузы здесь. Внучка окончила с золотой медалью гимназию и поступила на бюджет в национальный университет на факультет психологии. Сын – полковник медицинской службы ВСУ, недавно он был награжден огнестрельным оружием, что для офицера является наивысшей наградой. И я благодарен министру обороны, Андрею Васильевичу Тарану, и главнокомандующему ВСУ, Хомчаку Руслану Борисовичу, что они сделали такой сюрприз: наградили сына пистолетом, который был моим служебным. У нас офицерская династия, поэтому у нас даже взглядов не может быть на другую страну. Поэтому и верю в будущее. Уйдут эти, выберут людей – начнутся сейчас местные выборы, и это очень важно. Так произошло сегодня при нынешней неопытной власти, губернаторы стали такими, что они вообще ничего не решают. А центр принятия решений переходит к городам, поселкам и т. д.  Вот они и дадут настоящих лидеров, честных, сильных, подготовленных. Пройдет время, но если мы хотим Украину, то надо иметь терпение.

 - Будем иметь терпение. По крайней мере я верю Александру Ивановичу Кузьмуку и благодарен за эту встречу. Возможно, не так много было оптимистичного, но было много правдивого, честного и с честью настоящего украинского офицера. Искренне благодарю.

- Спасибо.

Источник: 112.ua

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>