banner banner banner banner

Данилец и Моисеенко: Если Крым наш, то почему мы не можем поехать и выступать там?

Данилец и Моисеенко: Если Крым наш, то почему мы не можем поехать и выступать там?
112.ua

112.ua

Редакционный блог

Кужеев: Сегодня в "Большом интервью" народные артисты Украины Владимир Данилец и Владимир Моисеенко.

Юмористический дуэт народных артистов Украины Владимира Данильца и Владимира Моисеенко, более известен под названием "Кролики", был создан в 1987 году. Это название к ним "приросло" само после выступления с юмористическим номером под названием "Кролики прилетели!" еще в начале карьеры. “Кролики” ­- это не только ценный мех, но и целых 2 часа позитивного и легкоусвояемого юмора". Так можно перефразировать известную миллионам зрителей цитату из этого хита. Прожив на эстраде двадцать пять лет, они не утратили присущей именно им "изюминки", а напротив – с каждым выступлением их творческие таланты раскрываются все больше и ярче.

Добрый вечер! Приветствую вас и нас с тем успехом, который у зрителей канала "112 Украина" получил ваш концерт во время праздничного прайма в рождественско-новогодние праздники. Как говорят: рейтинги – песня.

Моисеенко: А мы выражаем огромную благодарность каналу "112 Украина" за то, что показали нас в такой прайм.

Данилец: Мы были просто удивлены, что показали нас в праздники – для нас это огромное счастье, спасибо.

- Но еще небольшая ложечка дегтя: что это за история с отменой ваших выступлений на Киевщине, все эти непонятные скандалы – это о чем?

Моисеенко: Это, видимо, кому-то неймется. Во-первых, мы хотим сказать людям, которые всю эту историю пишут: в этих всех обвинениях в наш адрес нет практически ни слова правды. Мы никогда не жили в РФ, мы никогда не работали в Крыму – с того момента, как это стало делать нельзя. Мы никогда не поддерживали оккупацию Крыма. Единственное, что там было правдой, и мы узнали из этих публикаций, – что мы находимся на сайте "Миротворец". Оказывается, мы попали на этот сайт благодаря тому, что мы высказались за телемост "Надо поговорить" было обсуждение, нужен ли телемост, надо ли нам разговаривать, и мы сказали: да, надо разговаривать, чтобы восстановился мир у нас в стране. Вот за это мы попали на этот сайт, и там такая потрясающая формулировка: совершили осознанные деяния против национальной безопасности Украины, мира, безопасности человечества и международного правопорядка.

Данилец: Бед Ладен отдыхает.    

- Круто.

Моисеенко: Шутка не шутка, но Трамп за такую формулировку может и ракету прислать.

- А дальше что?

Данилец: А дальше блокируются наши концерты. Мы с 13-го года ни одного концерта в Крыму не давали и даже не отдыхали там. Но кто-то снял "Ленин, партия, комсомол" они хотя бы готовились к этой лжи. Там ясно, что я – это не я, а Володя – это не Володя. Они написали, что мы якобы давали грамоты от Иосифа Кобзона, а он умер в 18-м году, в сентябре, а это было в октябре. Это во-первых, а во-вторых, нас там не было. Они просто взяли и сделали чистый фейк.


Моисеенко: Единственное, что мы не можем понять, – кому и зачем это нужно?

- Это бизнес-история или о политике?

 Данилец: Мы вообще не знаем, почему это делается. Мы действительно живем в Украине, мы никуда не выезжали. У нас здесь репетиции, мы ходим в магазины, наши семьи здесь. Моя дочь рожала в Киеве моих внуков.

- Говорят, актеры – как дети. Мало интересуются политическими перипетиями, но мы знаем, что если вы не интересуетесь политикой и историей, то политика заинтересуется вами и можно вляпаться в какую-то историю. Насколько вы следите за тем, что происходит сейчас в Украине, на востоке?

Данилец: Мы здесь живем. Мы смотрим все время и "112", и NewsONE, и ZIK.

Моисеенко: Мы знаем, что происходит в мире, мы же не в капсуле живем.

112.ua

Данилец: Нам инкриминируют еще, что мы выступали на Новый год и аплодировали Валерии, Газманову и Кобзону. Мы уже рассказывали об этом и расскажем еще раз. Как снимаются новогодние программы? Выходят артисты, отработали, потом им говорят: садитесь в зал и будут досъемки. Сразу включаем фонограмму: смейтесь. Когда мы закончили нашу съемку, пришли сниматься Валерия, Газманов и Кобзон. Мы поздоровались и ушли. На следующий день вылетели в Киев. Это был чистый монтаж. Режиссер в Москве перед нами извинился, сказал, что думал, что это будет весело, а получилось наоборот. Когда мы в последний раз выступали в Чернигове, то там на всех столбах было написано: если дадите выступить "кроликам"-сепаратистам, то завтра пойдут российские танки, БТР и сапоги российских солдат. Шоу сделали колоссальное – казаки били в барабаны, пели, громкоговорители работали, приехали два автобуса людей в камуфляже, хватали этих бедных женщин, заставляли, чтобы они не шли на концерт. Женщины их били сумками, говорили: ходили и будем ходить – если вам что-то не нравится, поезжайте в АТО, воюйте. И там какие-то интересные люди оттеснили всех этих ребят, и немножко пообщались с тем человеком, который испортил наш концерт. И когда он увидел, что могут быть неприятности, сказал: "Ребята, мы понимаем – у вас своя работа, у нас своя". Дайте нам заработать по 300 евро – и разойдемся. А мы говорим: а ты что, не за идею? Они сразу собрались и уехали. Вот что происходит: люди зарабатывают на этом деньги. А страдают артисты, зрители. Нам просто не дают выступать в Украине. Мы с удовольствием выступали. Этой весной мы поехали в Полтаву. За три недели был полностью продан зал – Полтава, Кременчуг. В Кременчуге тоже собрались какие-то общественные объединения и тоже запрещали, чтобы билеты продавали. Мы их пригласили на концерт – они сказали: можете приезжать, вопросов нет.

Новости по теме

- А вы наблюдаете определенную избирательность? Я тут вспомнил про актера Добронравова, который снимался в сериале "Сваты". Сначала ему был запрещен въезд в Украину, а затем отменен этот запрет. И уже после отмены этого запрета он был в Крыму, принимал участие в спектакле.

Моисеенко: Да, как-то выборочно происходит эта история. Как-то эти ребята нас очень "любят". В Николаевской, Полтавской области мы работали, а в Киевской и в Черкасской почему-то какие-то вопросы. Летом у нас отменился концерт в Василькове, в Пирятине.  Непонятно. У нас нет никаких личностных дел и оскорблений – добрый юмор, ни к чему не привязанный. Мы считаем, что люди получают достаточно негатива из новостей. Поэтому наша задача – чтобы люди пришли и отдохнули два часа у нас на концерте, попытались отключиться от всех проблем, которые их окружают. 

- А над чем сейчас люди смеются? Куда исчезли политические анекдоты? В советские времена шутили, что мы самая читающая нация в мире, а народ добавлял: между строк. Над чем сейчас смеются люди?

Моисеенко: Мы, наверно, перестали быть самой читающей нацией в мире.

- И запретов нет таких – говори что хочешь, если с эстрады.

Моисеенко: Люди смеются – смешные ситуации возникают везде. Наша задача – найти такую ситуацию, которая была бы близка зрителям. Как правило, это в основном бытовая тема.

Данилец: Мы вообще боимся показывать такие номера. У нас когда-то был номер "Граница на крючке", где стояли россиянин и украинец и общались друг с другом. И мы накаркали – граница есть. Затем у нас был номер о болельщиках. Где один болеет за сборную России, а второй – за сборную Украины, и друг друга не любят (тоже накаркали). Но в конце они пошли по рюмке – и мир, дружба, любовь. Мы все время "каркаем" – мы показали номер "Бегущие в Европу" в 2008 году. То, что случилось, все есть в том же номере. И мы сейчас очень опасаемся еще что-то писать и делать в таком стиле.

 - Сейчас исследуют мультфильм о Симпсонах, что там тоже происходят какие-то пророчества – и о президенте Штатов, и о других событиях. Можно ваш репертуар полистать и там тоже...

Данилец: Спокойно – там одни пророчества. Но хочу сказать, что в России артистам-юмористам запрещено что-то плохое говорить об Украине. И даже если они что-то выдают об Украине – это вырезается. За-пре-ще-но. И каждый раз, когда мы приезжаем на съемки, будь то "Аншлаг", или "Юморина", или "Смеяться разрешается", или "Измайловский парк": "Об Украине у вас ничего нет?" – "Нет". – "Хорошо". Это не только нам – это всем российским юмористам запрещено.

112.ua


Моисеенко: Мы бы этого никогда и не показывали – мы считаем, что наши проблемы – это наши проблемы. Мы бы никогда нашу страну не обидели и не оскорбили.

Данилец: Мы не имеем права смеяться над своей страной за рубежом.

- Вы упомянули о ваших коллегах по цеху. Насколько сейчас высока конкуренция на юмористическом рынке?

- Она всегда была, есть и будет. И основной показатель – это уровень отношения к своей работе. Ты должен показывать хорошие, смешные, профессионально сделанные номера. Если не будет конкуренции – не будет прогресса.

- Вы же видите, сколько появилось проектов, и на телевидении тоже, которые зарабатывают на юморе. Каким-то образом изменился тон, стиль, содержание?

Данилец: Изменился. Во-первых, много КВН сейчас. Тон? Например, "95 Квартал" – такого не было в Украине, чтобы так высмеивали руководителей Украины. Кстати, нам инкриминируют то, что мы выступали в "95 Квартале", как зло. Но мы никогда, к большому сожалению, в "95 Квартале" не выступали. Нас туда никогда не приглашали. Один раз, когда мы работали, это был 2012 год, на телеканале "Интер" в одной программе. Больше они нас никогда не приглашали. Когда был наш фестиваль – мы их приглашали, они у нас выступали. Люди с потолка – а давай напишу вот это. Более того – отменяются концерты, и пишут, что отменяются концерты, потому что билеты не проданы. Там уже было много продано – Фастов весь продан и т.д. Пришли люди и сказали: отменить! А за что? Живем в Украине, платим налоги в Украине. Здесь наши дети, наши родители, друзья. Почему мы не имеем права выступать в Украине? Причем приходят три человека – и 600–700 или 1000 людей не имеют права смотреть своих любимых актеров, которые ничего плохого об Украине не сказали, которые ничего плохого Украине не сделали, которые прославляют Украину везде, не только в России, но и в Беларуси, в Израиле, в США, в Канаде, в Италии. Что это такое? Что это делается в нашей стране? И они такие счастливые, те интернет-издания, что они делают такую "каку", простите меня, – вот как мы "делаем этих "кроликов", а там никакой правды нет. Все ложь, что там пишут. Я бы очень хотел, чтобы наши концерты состоялись, и если у людей будет желание с нами пообщаться – мы с радостью после концерта, не выходя со сцены, ответим на все вопросы, которые интересуют наших зрителей.

- А это не напоминает тот печально известный анекдот о крысе и морской свинке, что, мол, у тебя просто пиар плохой? Возможно, вам стоит каким-то образом и свою пиар-кампанию построить, чтобы сыграть на опережение, если уж до того дошло?

Моисеенко: Как это сделать? Вот взяли и сказали: к нам из России приезжают юмористы Данилец и Моисеенко. Как это? Я живу на Соломенке. 

Данилец: Я не защищаю российских артистов, но все, кого вы знаете из нашего цеха, и не только, очень переживают. Ни одного плохого слова об Украине нет. Мы приезжаем в Красноярск, Барнаул, после концертов - автографы, и все люди: "Когда это закончится?" Не хотят люди ни Украины, ни России, чтобы были такие плохие отношения. Я говорю: "Все вопросы к нашим политикам. В этом только их вина, но не народа". Народы никогда не хотели воевать - народам всегда хотелось жить в мире и дружить.

- Я нашел ваше интервью газете "Факты" за 12-й год. Я процитирую: "В телевизор нас в Украине не сразу приняли. Мы были молодые, инициативные, но никому не известные артисты. Просили: "Покажите нас, раскрутите". Накрывали нужным людям столы, важные товарищи приходили, плотно кушали, обещали и уходили. В Москве же мы никого не просили и не унижались. Просто показали свой номер в "Аншлаге", и закрутилось. В один миг перед нами открылись все двери - вот такой парадокс. Сколько талантливых украинских артистов, художников, писателей оказываются не нужны своей стране. Даже не хочется вспоминать об этом. А теперь говорят: "Да это же наши".

Моисеенко: А теперь наоборот, говорят: "Да это же не наши". Теперь мы, оказывается, "не наши".

Новости по теме

- Если вы говорите, что для кого-то это способ заработка, то с вас деньги, возможно, требовали?

Данилец: Был один случай - нас, правда, там не было. В одном городке, где нам тоже запретили работать, наш директор приехал к тем, кто запретил. Там сидит женщина, которая якобы ими командует. Он ей говорит: "Как вы относитесь к нашим ребятам?" Она говорит: "Отлично. Я их очень уважаю". - "Так давайте, чтобы они выступили у вас". – "С удовольствием. Но они должны выступить у нас в госпитале бесплатно". Он говорит: "С удовольствием - выступят. На наших концертах всегда сидят ветераны, инвалиды". - "Но перед концертом вы должны встать на колени, покаяться, что вы говорите по-русски, а потом вы должны перевести нам на нужды АТО какой-то процент от концерта". Он говорит: "А откуда мы знаем, что эти деньги пойдут на АТО?" - "Это вас пусть не беспокоит. Вы, главное, сделайте это и будете выступать". Мы сказали: "Нет, такого не будет".

- Это действительно непростая история. А как вы чувствуете - как люди изменились за последние шесть лет?

Данилец: Люди уже устали от всего этого. Люди поняли, что и война никому не нужна. И что та война, которая идет, или этот конфликт - он сделан для нескольких семей в Украине. Люди уже это понимают. Я каждый год приезжаю к себе в деревню, то раньше было: "Ты смотри, что москали творят, что это делается"? А сейчас уже: "А за что наши ребята гибнут? Что, наши руководители не могут договориться?" При желании все можно сделать. Пленных же освободили, потихоньку и этот конфликт можно погасить. Наши родители - русские, украинцы, мы друг друга понимаем - это все можно решить. Но, видимо, это кому-то нужно.

112.ua


- "Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан" - насколько актуально для вас это?

Моисеенко: Абсолютно. Мы живем в этой стране, и нам совершенно не все равно, что в ней происходит. Здесь живут и учатся наши дети.

- А по поводу юмора - у вас есть какие-то табуированные темы?

Данилец: Есть. Похабщина и смеяться над своей Родиной - это табу.

Моисеенко: И на религиозные темы мы никогда не будем шутить. Это святое для каждого человека.

- Вы на эстраде уже более 30 лет. Как зритель изменился за это время?

Данилец: Жизнь изменилась, юмор изменился. Руководители государств меняются - юмор меняется.

Моисеенко: Но в любом случае люди, раз они ходят на концерты - они хотят праздника, радости. Мы, когда приезжаем на концерты, всегда говорим службам: "Давайте света максимум. Концерт - это праздник, шоу, фейерверк, поэтому света должно быть много. Должно быть ярко". Люди хотят света на сцене, в головах, в душах. Они хотят отключиться от того, что их окружает, перенестись в какую-то сказку, потому что искусство - это сказка, мечта, пусть даже невыполнимая. На концерте у нас была замечательная история - у нас был номер, который назывался "Ручечка - карманчик", о взяточнике. Приходит предприниматель и говорит, что я хочу пончики... Пожалуйста, но нужно "ручечка - карманчик, денежка - папочка". А предпринимателю непонятно. И этот взяточник начал ему показывать, все свои деньги выложил, подпись поставил, и предприниматель ушел. А он: "Стой, отдай мои деньги". И я бегу за ним за кулисы. И тут голос из зала: "Так ему и надо". Зрители в зале заводятся и участвуют в этой истории, реагируют, как дети. Они хотят купиться на эту сказку.

Данилец: Но трудно немножко выбирать. Люди же приходят на концерт без настроения, со своими проблемами, и за два часа надо все сделать, чтобы они начали смеяться и забыли о том, что делается за окнами дворца. Мы работаем два часа, но можем и три. У нас на сегодняшний день до 300 номеров в репертуаре. Мы можем месяц-полтора работать каждый день новую программу. Двухчасовая программа, и люди кричат: "Мало, еще давай". Мы говорим: "А что бы вы хотели?" У людей любимые номера - это "Кролики", "Трактор", "Галина Карповна", и еще кто-то что-то просит. Это хиты. Если мы не устали - мы делаем. За эти пять лет мы сделали еще две с половиной программы. Украинцы этих номеров, к сожалению, не видели. И сейчас готовятся еще новые и новые.

- То есть в Украине не дают выступать, а когда выступаете за рубежом, вам это предъявляют как предательство.

Данилец: Как вину, как предательство. А мы пропагандируем Украину, и нигде ни слова об Украине плохого не сказали. Кстати, к нам подходят и спрашивают: "Чей Крым?" Мы говорим: "Наш". Но чего мы в наш Крым не можем поехать? Там же живут наши украинцы. Мы каждый год давали там минимум 10-20 концертов. Почему мы не можем поехать и показать, что здесь вас ждут, любят? Причем тех, кто Крым отдал, - там все нормально, их не трогают. А причем здесь "Кролики" вообще? Причем здесь другие артисты? Но почему-то из нас делают виновных. Дебет с кредитом не сходится, к сожалению.

- Вопрос "чей Крым?" завалил участие Украины в Евровидении.

Данилец: Ведущий, который это делал, не имеет права этого делать. За это надо выгонять с работы и не давать больше выходить на сцену.

Моисеенко: Надо просто элементарно понимать: это был конкурс песни или политическая акция?

Данилец: Люди выходили и не работали, а думали, что ему ответить. Ты не имеешь права этого делать. Нас учили нести культуру. Мы - артисты культуры. А не опускаться до того, что сейчас выйдет кто-то из Крыма - бейте его. Даже если эти девушки приехали из Крыма - они приехали в Украину и сказали, что они украинские певицы. За что их надо выгонять? Этот ведущий не прав. Ведущий должен каждого артиста вывести, сказать о нем хорошие слова. Когда ходили на ведущих: как он откроет того или иного исполнителя, какие он слова скажет, как пошутит. Скажем, были артисты среднего пошиба, но шли на ведущего, например, Борис Брунов. У нас был прекрасный ведущий Алексей Попов. И задача Притулы была - не обкакать каждого, кто выступает, а поднять его в глазах тех, кто его слушает. И в результате Европа ничего не потеряла, а мы потеряли и сами себя втоптали в грязь.

- Вы говорите, что артисты культуры. А какие у вас контакты с Министерством культуры?

Данилец: Никаких. Они нам не мешают - мы им не мешаем. Это, слава Богу.

Моисеенко: У нас были отношения, когда мы делали наш фестиваль. Тогда министром культуры был замечательный человек - Богуцкий Юрий, царство небесное - его недавно не стало. И Остапенко Дмитрий. Мы общались, но отношений каких-то, чтобы мы от них зависели... Они нас приглашали на какие-то мероприятия, мы ездили на дни культуры в Казахстан, в Узбекистан. А сейчас уже очень давно никаких. Мы параллельно идем.

Новости по теме

- А вообще уместность существования такого института, как вам?

Моисеенко: Я считаю, что это должно быть. Может, эстрада, к которой мы относимся, и не должна подчиняться Минкультуры, и вряд ли наши курсы могут где-то пересекаться, но очень много заброшенных абсолютно дворцов культуры, в городах, в районных центрах. Где хозяин какой-то - там что-то есть, но очень много в совершенно ужасном состоянии.

Данилец: Сарайчик. Минус пять в зале.

Моисеенко: Думаю, что Министерство культуры должно как-то на это реагировать. И еще там краеведческие музеи, библиотеки - они должны этим заниматься.

112.ua

Данилец: Мы выходим кланяться, а не слышим, как люди аплодируют, потому что сидят в рукавицах. Это ужас - такого не было. Когда нашему коллективу было десять лет, мы ездили в 97-м году - по три концерта в день давали. Мы приехали в Полтаву - дали четыре сольника, поехали по области. В Кременчуге за четыре дня сделали 10 концертов, а потом снова вернулись в Полтаву и на Певческом поле собрали 17 тыс. зрителей. Вот как люди ходили на концерты. Полные залы, тепло, а сейчас ты уже осенью боишься. Культура никому не нужна.

- А от кого это зависит? Это из Киева должны дать какую-то разнарядку или это от местной власти зависит?

Данилец: От местной власти в первую очередь. Ты здесь живешь - у тебя дома же все хорошо.

Моисеенко: Есть такая инстанция, как городское управление культуры, районное управление. Им, наверное, должно давать команды Минкультуры. Как командуют, так и выполняют.

Данилец: Сколько раз нам говорили: "Мы бы так хотели сделать ремонт, но нам денег не дают".

- А такое явление, как меценаты, присутствует сейчас?

Данилец: Наверное, есть. Там, где есть хорошее предприятие, - там да. Глобино - нормальный дворец, нормальный отель. Люди следят за тем, чтобы людям было где отдохнуть. Красноград - шикарный дворец. Должно быть желание. Надо любить тех, с кем ты живешь рядом, и все будет так, как надо. И деньги найдутся, и все будет хорошо.

- Поисковая система Google сделала аналитику по тому, что искали украинцы в интернете в течение 19-го года. Самые популярные запросы были: 1. "Игра престолов", 8-й сезон, 2 Зеленский, 3. Началова 4. Заворотнюк, 5. Результаты выборов-2019. По фильмам: "Джокер", "Мстители. Финал", "Аквамен", "Оно 2", "Полицейский из Рублевки", "Новогодний беспредел". По персонам: Зеленский, Заворотнюк, Порошенко, MARUV, Потап. Возможно, стоит показывать тем, кто приходит блокировать ваши концерты, что на самом деле интересует украинских граждан? О чем это говорит? Это уже не прибегая к музыкальным предпочтениям, где присутствуют сплошь российские рэп-исполнители? И все, что производится в Москве, сейчас здесь, в наушниках у молодежи.

Данилец: Людям надоела война и все эти склоки. Они стали равнодушными к тому, что делается в нашей стране. Все прекрасно понимают, что их обманывают. Как к ним государство - так и они. У каждого своя жизнь, у каждого свои взгляды. Должна действовать государственная машина, которая должна работать с молодежью, а с ней никто не работает.

- Почему вы не в парламенте? Певица Полякова говорила, что создаст свою политическую партию, полушутя Иво Бобул говорил, что пойдет на президента. Могли бы вы запрыгнуть в этот вагончик?

Моисеенко: Запрыгнуть для чего? Чтобы что? Сейчас опрашивали молодежь и около 80% сказали, что хотят быть чиновниками. Для чего? Чтобы пойти в парламент и заработать деньги, как считают многие? Потому что в парламент сейчас идут, чтобы заработать деньги, сохранить бизнес. Я очень мало знаю людей, настоящих, мы с ними дружим, которым не все равно, что происходит в государстве, и они идут туда работать, чтобы принимать законы. Идти туда зарабатывать этим мы не хотим и не будем, бизнеса у нас нет. Мы зарабатываем нашими концертами и нашим трудом, а пойти туда и мычать, как некоторые наши известные лидеры фракций, было бы стыдно.

Данилец: Если бы была бы команда, в которую мы бы верили, и мы бы знали, что действительно эта команда хочет что-то сделать, мы, может, и пошли бы - это 100%. Но если бы были бы уверены в том, что это по совести, по душе - сделать страну нашу процветающей. Но пока что те, кого мы хотим, нас не приглашают, а к другим у нас нет желания куда-то идти. А мы и не напрашивались, никогда.

- А приглашали на такое, например, явление, как "чес", по городам и высям в поддержку той или иной политической силы?

Данилец: "Чес" нет, но мы в свое время поддерживали "Трудовую Украину". И президентов поддерживали. Но мы никогда не поддерживали тех, кого не уважаем, в кого не верили.

Моисеенко: Лично людей поддерживали.

- При какой власти творилось, выступалось комфортнее?

Данилец: При Кучме Леониде Даниловиче. Тогда всем хватало работы: мы за месяц делали 57 концертов. На одной площадке было по 10 концертов. Мы никуда не ездили, нам не нужна была Россия. Нам хватало с головой. Когда нам "отбили" все концерты здесь, мы просто сели и год нигде не работали. Кланяться мы ни к кому не пойдем. Просить прощения нам не за что, унижать себя: мы не так воспитаны. И мы потихоньку начали переводить рельсы на Россию. А что нам делать? Нам надо жить, мы ничего не сделали такого нашей стране, за что надо бить себя головой об стенку. И когда мы увидели, что в России совсем другое отношение к нашей стране, то мы потихоньку начали. Сначала у нас было в год 20 концертов, потом немножко больше. Было очень трудно начинать все сначала. Но мы сделали то, что сделали.

- Помните в свое время травлю Андрея Данилко за то, что он, мол, позорит своим образом "Сердючки" Украину и украинство.

Моисеенко: Это началось не сегодня. Это еще началось с Тарапунька и Штепселя, когда Юрия Тимошенко всю его жизнь...

Данилец ... что он хохла дразнит. А там чистый украинский язык, литературный.

Моисеенко: Он тогда говорил на украинском языке чище, чем многие наши апологеты сегодняшние.

- После введения квот на украинскую музыку в эфире радиостанций, а также украинского языка на телевидении многие отмечают успех. А вы как к этому отнеслись? Кто-то говорит, что отсутствует фильтр по качеству этой продукции, которая выходит в радиоэфир, а кто-то говорит, наоборот, отсеялось много русскоязычного контента, и это дало толчок для украинских исполнителей. Количество и качество как соотносится в вашем понимании?

Моисеенко: Я в любом случае думаю, что на радиостанциях должен быть фильтр в сторону качества. Не количества, а качества. Больше украинского - это не значит больше хорошего. Если будет много хорошего, я только буду рад и счастлив. Появилось много интересного. Я смотрел отборы на Евровидение, с гордостью, и думал, что вот поперли наши. Но не всегда. Я много езжу в машине, слушаю наши радиостанции. Бывает какая-то запредельная история - просто ниже плинтуса. Я понимаю, что только в угоду этому выполнению процентного отношения украинской музыки они попали в эфир.

Данилец: Музыка - это понятие интернациональное. Наши украинские песни звучат и в Канаде, и в Америке, и никто не говорит, что запрещаем украинскую музыку. Русская музыка также, белорусская музыка тоже. Нельзя - наше и все. Должна быть качественная музыка. В Советском Союзе было много музыки. А отношение чиновников при той власти к украинской музыке? Выдающийся наш певец, № 1 в Украине, Василий Иванович Зинкевич, лауреат Государственной премии им. Т. Шевченко, народный артист Украины, Герой Украины - и его никто не поздравил с днем рождения, с 70-летием. Вот тебе и отношение к нашей украинской песне. А это титан украинской песни. С него надо учиться, как надо любить Украину, как надо петь, как надо относиться к своему делу. Это гениальный певец, а его практически никто не крутит. А его должны на руках носить. И музыка должна быть качественная - как украинская, так и русская, английская. Но должен быть отбор хорошей музыки. Так же, как и отбор хорошего юмора. Все равно никто не запретит слушать музыку ту, которую захотят.

- В чем сейчас секрет юмористических проектов, которые могут держать на крючке зрителя? Это зависит от возраста, от степени понимания, о чем юмор?

Моисеенко: Я считаю, что успех всех этих шоу - это хорошие эфиры. Раскрученность и возможность подложить смех там, где надо. Есть определенная технология, которая работает. Она бывает абсолютно бессмысленна, когда быстро делают, показывают каменное лицо зрителя и подкладывают смех. А бывает сделано хорошо. Юмор, как и хорошая музыка - это товар штучный. Невозможно выдавать раз в месяц двадцать равнозначных номеров. А когда они становятся на конвейер, им становится довольно трудно. В нашем жанре все очень просто: ты приезжаешь, и если на тебя билеты купили, значит, ты интересен, если не купили - не интересен.

Данилец: Когда мы работали в "Кривом зеркале" (пришли мы туда в 2003 году, а ушли в 2006 году), то репетиции начинались у нас в 10, а заканчивались в 2-3 ночи. Мы приходили в отель и засыпали с текстами. Авторов было человек 20, если не больше. Причем отдельно по монологам, диалогам, песням, шуткам. У руководителя программы Петросяна было жесткое постановление: "Через 15-20 секунд зритель должен смеяться. Но если за минуту раза 3-4 зритель не засмеется - я это не принимаю". Там был очень жесткий подход к работе. Мы работали очень много, и сейчас, когда я смотрю те наши съемки - там подкладываний смеха не было. Там зрителя доводили просто до истерики. "Кривое зеркало" было первым. Затем начались "Уральские пельмени", "95 квартал", "Дизель Шоу", "Comedy Club". Мы были одни из тех, кто начинали это все. Тогда это было интересно - это была индустрия. На нас работал целый канал: лучшие юмористы работали на "Кривое зеркало". За две недели мы делали четыре спектакля, которые шли от двух до четырех часов.

Моисеенко: У нас еще была такая обязательная программа - до съемки у нас было пять проверочных концертов. С этой программой, которую мы готовили на съемку, мы выезжали на зрителя, зритель покупал билеты, и мы на нем отрабатывали, понимали, какой будет возврат, какой будет реакция. К съемке у нас уже все было отточено, отработано до секунды нахождения на сцене.

112.ua

- А случался "дубовый" зритель? Что ты его никак расшевелишь?

Данилец: Там не было - на съемку уже приходили заряженные люди.

Моисеенко: Бывала история такова, что когда 5 часов концерт, проверочный, когда мы полностью съемку прогоняли на живом зрителе, то они приходили "живые", а потом уже те, кто оставались, которым негде было ночевать, то те уже были немного такие - уже не воспринимали.

Данилец: А там, когда текст уже знал, все обкатано было, то даже было такое, что мы друг друга подкалывали на сцене. Когда ты ждешь одну фразу, а тебе партнер выдает другую, начинался "раскол" - все начинали колоться, кто стоял на сцене. Были такие случаи.

- Сейчас очень популярен такой формат, как Stand Up.

Данилец: Американская штучка. Есть очень много талантливых актеров. Есть самородки, которые лучше работают чем специалисты. И у каждого есть свой зритель.

- Тот, кто пойдет на Жванецкого, не пойдет на "Кроликов", и наоборот. Такое присутствует?

Данилец: Но есть и те, кто ходит и на Жванецкого, и на "Кроликов".

Моисеенко: Те, кто пойдут на Жванецкого и на "Кроликов", не пойдут на Stand Up. И наоборот. И на какую-то молодежную историю, потому что да, мы, конечно, более 30 лет этим занимаемся, и мы уже традиционная эстрада. Мы такой традиционный театр миниатюр. То есть у нас есть персонажи, у нас есть мизансцены, и в отличие от многих современных течений у нас есть обязательный железобетонный финал. У нас каждый номер - это законченное драматическое произведение, сыгранное и отрепетированное. Мы, конечно, очень много импровизируем в самих номерах, но я знаю своего персонажа.

- Лучший импровиз - это хорошая заготовка.

Моисеенко: Да.

Данилец: Но иногда бывало, что и на концертах рождались такие ...

Моисеенко: Очень много происходит импровизаций у нас в любом концерте. Поэтому и номера у нас живут довольно долго, потому что я не вспоминаю, как я работал вчера - я работаю сегодня.

- Зритель тоже должен быть подготовлен. Если взять "95 квартал", то там не надо было объяснять, кто такая Тимошенко, Кличко. У нас люди просто живут в политике. Если среднестатистический американец минут 20 в сутки думает о политике, то рядовой украинец где-то часа три-четыре. Так что в этом направлении зритель подготовлен. А если ему рассказывать какие-то другие истории, то может быть, и не поймет. Бывало такое?

Моисеенко: Нет. У нас всегда понятные персонажи, понятная ситуация, понятный конфликт.

Данилец: Бывает, что мы немножко готовим зрителя: такая-то и такая-то тема. И люди сразу начинают с нами работать - смеяться.

- А шутить можно научить?

Моисеенко: Есть такая фраза: "Ум - это врожденное, а талант - нарабатываемое". Если есть какой-то задаток, если есть какая-то божья искра... Во-первых, если человек умеет рассказывать анекдоты, это очень важно. Если человек нестандартно мыслит, если он может сам шутить, то это можно развить.

- Значит, чувство юмора - дело наживное?

Данилец: Нет, оно либо есть, либо его нет.

Моисеєнко: Я думаю, что чувство юмора все-таки к уму относится.

- Можно поставить знак равенства: нет чувства юмора – значит, нет и разума?

Данилец: Это как если нет слуха, то нечего петь.

Моисеєнко: Мы считаем, что чувство юмора это все-таки прерогатива интеллектуальных людей.

- Мы знаем о существовании британского юмора. А украинский юмор каким-то образом отличается от других юморов других народов?

Моисеєнко: Думаю, что да. Даже если брать наш коллектив, то мы больше украинский юмор. Даже если мы на русском языке.

- С "Мистера Бина" хохочет весь мир – на каком бы языке кто не разговаривал.

Данилец: Там все выставлено так, что все понятно. Там "бытовуха", а "бытовуха" везде одинакова. Поэтому люди и смеются. Это английский юмор. Украинский и российский юмор – он почти одинаков. Это бывший Советский Союз, у нас практически и проблемы одинаковые. Но есть менталитет: есть украинский, есть российский. Например, когда у нас были сугубо украинские программы – писали украинцы (сейчас таких номеров никто не пишет). У россиян такого уровня юмора нет, чтобы показать так, как мы показывали украинскую ярмарку, украинскую свадьбу, как на вечерницах украинских пели, отдыхали. Это чисто наше. В Беларуси был театр "Христофор". В своей основе это был где-то "95 Квартал". Но они не трогали ни в коем случае Лукашенко. Там был замечательный автор и у них был свой юмор, к Беларуси приближенный. Они работали на русском и белорусском языках. У каждого народа есть какие-то отличия.

- А "шароварная галушковость" когда отойдет? Потому что как-то обидно, как украинцу, как гражданину своей страны, смотреть на тот образ немного пьяненького, немного глупого хохла, у которого жена с макогоном, полная пазуха сисек, и она его бьет и так далее. Смотришь и понимаешь - это не так. Не такие украинцы.

Моисеенко: Конечно, не такие. Нам иногда пишут номера авторы и говорят: вот мы написали лично на ваш номер о том, что дядя из деревни приехал впервые в жизни в супермаркет.

- Это же было у Глазового.

Моисеенко: Когда-то взяли и назвали Павла Прокоповича Глазового отцом украинского юмора. И с этого все началось: помирились – поссорились.

Данилец: Причем интонация не менялась у всех разговорников.

Моисеенко: "Оженився дурний і взяв дурнувату. А райрада їм дала комунальну хату", гы-гы, "а коник без ноги". Четвертый год подряд я в приемной комиссии университета культуры, и люди поступают на режиссуру эстрады и читают басни Павла Прокоповича Глазового. Неужели нельзя найти современный монолог, прозу или басню? "Раз пішов я на концерт у Палац культури. Скільки ще живу – не бачив такої халтури. Потім вийшла балярина, руками махає, ніби вона білий лебідь і ніби здихає". Это юмор. Отсюда и шароварщина.

Данилец: Когда мы проводили большой фестиваль юмора, то приехало 216 конкурсантов из 14 стран. Мы ездили по стране (и в Беларуси были, и в России) и искали талантливых артистов юмора. Могу сказать, что мы их не нашли. Мы много открыли певцов (например, Alyosha, Баян Mix), цирковые номера были великолепны, а юмора, такого достойного, чтобы показать, мы не нашли, как когда-то мы нашли Андрея Данилко. Мы сидели в жюри, он выступал, мы подошли и сказали: "Андрюша, давай в Киев". Были хорошие из института культуры – они стали лауреатами нашего фестиваля, но они поработали и разъехались.

- Странно, потому что едва ли не в каждой школе КВН.

Моисеенко: Это другое дело – КВН.

Данилец: Вот, например, наша эстрадно-цирковая академия. Блестящие педагоги. Сколько они подготовили выдающихся выпускников. Практически все лауреаты Гран-при du Soleil, Монте-Карло. Артистов разговорного жанра делали, есть очень талантливые, но они все шли в театр, а на эстраду никто не шел. К большому сожалению, прекрасный, замечательный педагог, народный артист Украины Давид Бабаев скончался. Я не знаю, кто сейчас чем занимается и будут ли артисты-юмористы. Юмор... Это очень тяжелая специальность - юморист.

- И не востребована.

Данилец: А юмора хорошего всегда мало. Мы можем посчитать, сколько юмористов, а сколько вокалистов. И тогда поймешь, что хороших юмористов очень мало.

- Эти исполнители, которые живут в России. Здесь была история с концертом Повалий, который был сорван. И сколько "ласковых" слов было сказано в адрес Ани Лорак и прочих. Здесь понимание каким-либо образом возможно? Ну, поет себе человек и поет.

Данилец: Так должно быть. Тая Повалий, как и Ани Лорак, ничего плохого Украине не сделали. Ну, ладно, Повалий была депутатом ВР, была в ПР. Так сколько людей там было, а сколько певиц, спортсменов было в ВР! В чем она виновата? Что, она что-то решала в ПР? Нет. Она просто сидела, как, кстати, сидят многие ее коллеги. Она не делала столько зла, сколько делает сейчас ее коллега - "честный и порядочный" рок-певец. Тая поет украинские песни где бы она ни выступала. Ни слова об Украине она не сказала. Ей сделали то, что и нам: сделали из нее изменницу. Так же, как и с Ани Лорак. Причем Повалий живет в Киеве.

Моисеенко: Была еще такая история. Когда-то в одном из городов Украины нам, Гришко, Валевской запретили выступать. И кто-то подошел и спросил: а почему вы этим запрещаете выступать? Если нельзя выступать на русском языке, то тогда всем нельзя. А ему ответили: на тех придет 250-300 человек, а на этих полный зал. Мы же там не пропиаримося.

- Искусственная конкуренция?

Данилец: Кому-то нужно, чтобы эту первую линию - Повалий, Лобода, Ани Лорак, Данилко, мы, Дорн - сделали изгоями. Когда на нас начались гонения, ни один артист-коллега не сказал о нас плохого слова, потому что они знают, что мы честно работали, никого не раздвигали локтями. Мы делали свое дело. Как и делаем сегодня. И так, как ее делают и Тая, и Лорак, и Лобода. У них переаншлаги повсюду – они позиционируют себя как народных артистов Украины повсюду. А здесь они не нужны. Здесь из них делают изменниц. Кто дал право на это? А кто дал право на нас такие поклепы делать?

- Наверное, вам приходилось слышать такое сравнение: представьте себе, что во время ВОВ Клавдия Шульженко поехала бы в Берлин с гастролями?

Данилец: Был такой народный артист Украины Гмыря, и звание ему давал Сталин. Он работал при Гитлере здесь, в Киеве, в Оперном театре. И его не посадили, потому что он артист и он пропагандировал украинское. Скажите, а как бы мы посмотрели на то, если бы в Берлине Сталин открыл свою фабрику конфет? Так кому можно в Крыму свои магазины держать, а мы не имеем права выступать? Так кто тогда предатель? Почему нас делают виновными?

Моисеєнко: А Герберт фон Караян, великий дирижер, дирижировал лично Гитлеру, будучи гражданином другой страны, и никто его за это не расстрелял.

- Николай Бажан тоже написал: "Людина стоїть у зореноноснім Кремлі" о Сталине, и его именем назван проспект в Киеве. Это раздельные дела или это все же винегрет? Или как у Оруэлла: все животные равны, но некоторые равнее? Некое переосмысление должно произойти, или сколько власть будет меняться, столько и будут переписывать учебники?

Моисеенко: Этому надо уже конец положить. Мы – артисты.

Данилец: Территория Украины не такая уж и большая для артистов. Мы можем проехать ее 20 раз, но людям хочется и нового. А нам надо расширять рамки: нам нужно, чтобы на нас ходили зрители. И если есть запрос в Беларуси, в России, Казахстане, Узбекистане, мы будем ехать и работать. Это наш заработок, другого мы не умеем делать. Для артиста чем больше территория, тем счастье больше. Зацикливаться на Украине – это здорово, мы всегда выступали на всех правительственных концертах, когда нас звали, мы откладывали гастроли и приезжали. Мы всегда позиционировали нашу Украину и прославляли ее. И сейчас мы делаем то же самое. Мы выступаем очень много. Только не в своей стране. Чем больше народа тебя любит – это счастье, гордостью для Украины должно быть. Кличко, как боксер, Усик, Ломаченко – гордость Украины. Спортсмены наши рядом с россиянами. Ну и что? Это спорт. В том, что сейчас между Украиной и Россией получилось, виноваты не народы. Пусть политики разбираются. Нас сюда вмешивать не надо – мы тут ни при чем. Ни ты, ни мы, ни люди, которые нас видят на экране.

- Хотелось бы на юморной ноте закончить. Ваши творческие планы на будущее?

Данилец: У нас когда-то было, когда спрашивали о ваших планах, - план один: "надоить от каждой свиноматки по 300 центнеров свеклы". Нам очень хочется выступать у себя на Родине, и очень хочется, чтобы те люди, которые возводят на нас ложь, чтобы их просто не было. И чтобы люди ходили на наши концерты, на всех тех артистов, на кого они хотят ходить. Вот наши планы, наши желания. Чтобы не было войны, чтобы был мир, чтобы мы ездили друг к другу, были рады успехам друг друга. Чтобы мы жили хорошо, чтобы хорошо зарабатывали, чтобы украинцы были богаты. И чтобы зарабатывали больше, чем зарабатывают президенты и наши министры. Чтобы была жизнь, чтобы люди рождались, чтобы мы не завидовали, а уважали, помогали друг другу. И чтобы был только мир и мирное солнце над нами. План один.

- Благодарю вас за беседу.

- Благодарим.

Источник: 112.ua

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>