Это не нормально, когда губернатор занимается таможней

АНАТОЛИЙ МАКАРЕНКО - украинский государственный служащий высшего ранга. В 2009-2010 годах председатель Государственной таможенной службы Украины. До 2015 года был заместителем председателя Государственной фискальной службы Украины (куратором таможенного направления). Окончил Киевское высшее военно-морское политическое училище и Харьковскую национальную академию городского хозяйства. В 2007 году президент Украины Виктор Ющенко присвоил ему почетное звание "Заслуженный экономист Украины"

Это не нормально, когда губернатор занимается таможней
112.ua

Наташа Влащенко

Журналист

АНАТОЛИЙ МАКАРЕНКО - украинский государственный служащий высшего ранга. В 2009-2010 годах председатель Государственной таможенной службы Украины. До 2015 года был заместителем председателя Государственной фискальной службы Украины (куратором таможенного направления). Окончил Киевское высшее военно-морское политическое училище и Харьковскую национальную академию городского хозяйства. В 2007 году президент Украины Виктор Ющенко присвоил ему почетное звание "Заслуженный экономист Украины"

Влащенко: У нас сегодня в гостях бывший глава таможенной службы Украины Анатолий Макаренко.

Здравствуйте. С осени 2015 года фискальная служба уволила около 300 руководителей таможенных служб. Как вы оцениваете этот процесс?

Макаренко: Я очень осторожно отношусь к рапортам об увольнениях очередных сотен украинских чиновников. Немного напоминает 37-й год, когда доводились планы сначала по увольнениям, а потом по расстрелам. Поэтому, когда рапортуют, что уволили столько-то, следующим рапортом должно - во сколько раз улучшилась работа. А кто пришел на место уволенных? Как правило, на эти вопросы нет ответов. Увольняются, на мой взгляд, самые профессиональные, самые достойные кадры таможенной системы, которые, фактически, были фундаментом этой системы, в лучшем смысле этого слова. Это те люди, которые создавали таможенный тариф Украины, таможенное законодательство Украины, это те люди, которых знают в таможенных организациях, экономических союзах. Они почему-то первыми попали под увольнение, под люстрацию, которую я называю "лжелюстрацией". Среди таможенников уволены почему-то те, кто отказался выполнять те или иные команды руководителей, считая их незаконными. И на их место приходят кадры, на мой взгляд, с достаточно мутной таможенной репутацией. В этом есть проблема.

- Что было бы для нас наиболее эффективным в проведении реформы на таможне?

- На днях в Украину приехала миссия американских консультантов – 11 профессиональных американских таможенников. Было сказано, что эти американские консультанты будут учить украинских таможенников европейским стандартам. Три года разрушали украинскую таможню под британскую модель, сливая с налоговой администрацией, создавая сначала Минсдох, потом его преемник ГФС. А сегодня мы уже делаем новую модель? Очередные переформатирования таможни за последние три года кроме как к стагнации и разрушению нормально функционирующего государственного механизма не привели. Я знаю, какой был уровень украинской таможни еще 5 лет назад. Мы пользовались авторитетом и хорошей репутацией во всех международных организациях. Когда взяли за пример британскую модель, так называемую, где таможня объединена с налоговой администрацией, хотя пользуется колоссальными правами, функциями, полномочиями, правоохранительной составляющей – у нас всего этого нет, но как оболочку – давайте сольем и назовем это британской моделью. Я тогда сказал: "А почему мы не хотим поехать за опытом в Варшаву?" Польша на 10-15 лет раньше нас пошла в ЕС – и моя позиция – давайте учиться у наших ближайших соседей, у поляков. Польская таможня – это хороший пример для подражания.

Новости по теме

- Почему польская модель для нас более приемлема, чем британская?

- Польша – страна с похожей историей, традициями, границами, страна, которая прошла похожий путь евроинтеграции. Если британской таможне около 700 лет, то польской таможне – 90 лет. Украинской таможне – 25 лет. Ментально, организационно, функционально нам ближе эта таможня. Кстати, и работа французской таможни очень похожа на работу польской таможни. Работу этих таможен можно взять как образец для украинцев: где таможня самостоятельна, пользуется большим правоохранительным комплексом, имеет хорошую социальную защиту. Но, ни в коем случае ее функционал не размыт среди других государственных органов, как это происходит в Украине.

- Как можно разорвать порочный круг коррупции на таможне?

- Коррупция - не на таможне. Коррупция и контрабанда – на границе. И в этой коррупционной цепочке находятся силовые структуры, местные политические элиты, таможенники, пограничники, прокуроры и т.д. Коррупционные составляющие этой цепочки тянутся в тень. Менялись модели, пытались, особенно после Майдана, и Науменко, который руководил таможенным направлением, и я, и Ликарчук, как-то это цепь разрубить. В итоге все оказались "не пришедшими ко двору" - мы ушли.

- Насколько покончить с коррупцией зависит от воли десятка человек?

- Необходимо посадить за один стол всех силовиков Украины и сказать им: "Уважаемые подчиненные, работаем так". Посадить рядом экономический блок и сказать: "На таможне работают таможенники, вы их контролируете, наказываете, арестовываете. Но вы  не контролируете бизнес. Никакие подразделения, Служба безопасности Украины, никакая собственная безопасность, МВД и т. д. не имеют права вмешиваться в таможенный контроль, таможенные досмотры. Контролируйте таможенников, боритесь с контрабандистами, воюйте с коррупционерами - не трогайте бизнесменов". Но, почему-то все хотят контролировать бизнесменов. Если бы команда была достаточно жесткой – ее бы услышали.

- У нас есть несколько контрабандных "дыр" в стране: зона АТО, Одесса, Харьковская область, Закарпатье.

- Зона АТО и то, что мы называем контрабандой, в правильном понимании, не есть контрабанда. Контрабанда – это незаконное перемещение между странами. У нас незаконное перемещение внутри. Поскольку таможенного контроля там нет, то контрабанда – это условное название перемещения товаров в зоне АТО. Поэтому, я пока этот элемент исключаю. Но я не исключаю другой момент – 600 км  границы с востоком у нас, фактически, открыты. Это территории так называемых "ДНР/ЛНР", и мы не знаем, какие объемы товаров и чего вообще заходят туда и оттуда. Южное направление всегда было проблемным. Тот же вопрос наркотрафика всегда нас беспокоил – ростовское направление, выход на Азию, Афганистан. Это сегодня наша уязвимая точка, но таможенники там службу не несут так же, как и пограничники. На внутренней границе службу несут силовики, а от фискальной службы – налоговая милиция. Поэтому о таможенном контроле пока здесь речь не идет. Но я подтверждаю, что это уязвимая точка Украины в плане незаконного перемещения оружия, товаров, наркотических веществ не только для Украины, но и для Европы. Что касается других направлений, традиционно -  это Одесса. Буквально за последний год я не слышал ни одного задержания или контрабанды, или каких-то не разрешенных для перемещения в Украину товаров именно в этом направлении. Это меня настораживает – мы там, вообще, что-то контролируем или нет? Таможня - это прежде всего контроль. Проблемным регионом остаются Сумы. Те кадровые назначения, которые там состоялись, не позволяют мне сказать, что эти руководители могут занять принципиальную позицию.

- По поводу Одессы говорят, что Марушевская – это фасад, а там командуют люди с команды Саакашвили, которые называют себя волонтерами.

- Я считаю, что многие шаги, которые сделаны в Одессе – правильны. Это шаги навстречу бизнесу. Об этом говорят бизнесмены, особенно "прозрачные", которых пытались кошмарить - они ощутили на себе упрощение. Весь остальной бизнес, у которого были там проблемы и который мог решать проблемы в одесском регионе - или убежал в другие регионы, минимизируя свои риски, или же пошел каким-то другим путем, который мы не видим. Возможно, уйдя в контрабанду. Это – ненормально. Одесская таможня вытолкнула большие объемы грузов, которые она должна была контролировать в одесском регионе, в другие регионы – и это ненормально. Фактически, отсутствует правоохранительная составляющая – мы не видим ни задержаний акцизной продукции, ни наркотических веществ. Все, что происходит в одесской таможне, это, прежде всего, воля губернатора. Я уверен, что если произойдут какие-то кадровые решения, связанные с губернатором Одесской области, то вся конструкция работы одесской таможни на следующий день рухнет. Это плохо, это не работа системы.

Новости по теме

- Вы что-нибудь знаете о Закарпатской таможне?

- Моя оценка следующая: на смену одному клану, который очень долго сидел на потоках и на принятии кадровых решений в Закарпатском регионе, пришли другие люди. Достаточно принципиальная позиция губернатора столкнулась с сопротивлением местных элит и киевского лобби. В эпицентре, почти как всегда, оказалась таможня. Сегодня регион лихорадит, таможню трясет, и, на мой взгляд, это не есть нормальным, когда губернатор области занимается таможней. Губернатору есть чем заниматься. Когда губернатор считает, что чопская или ужгородская таможни – это компетенция Закарпатской области и его, а одесский губернатор считает, что одесская таможня – это его компетенция, – это неправильно. Это подрыв суверенитета государства.

- У вас есть понимание, как это все прекратить?

- Необходимо убрать из зон таможенного контроля, из процедуры таможенного контроля всех "пассажиров". Когда создавались эти уже анекдотичные "черные сотни", туда включили представителей МВД, СБУ, налоговой милиции, я сказал: "Давайте создадим черные сотни по борьбе с незаконной вырубкой леса, по борьбе с проституцией, и туда включим таможенников". Таможенным делом, таможенным контролем должны исключительно заниматься таможенные подразделения. В редких случаях – пограничная служба, как это происходит во всех европейских и иных цивилизованных странах. У нас в таможенный контроль вошли все уже. Это нас погубит. Поэтому я ратую за самостоятельную вертикаль таможенной службы. Не самостоятельную, с подчинением первым лицам государства, а министру финансов. Это должна быть понятная служба, с четкой компетенцией. Руководитель польской таможни, который ее создал, новую, и руководил ею 8 лет, сказал мне, что у него все получилось, потому что было доверие и лимит времени. Для того, чтобы украинскую таможню привести сейчас в чувство - необходим месяц. Для того, чтобы провести функциональные изменения в работе службы, при наличии политической воли руководства страны, прежде всего премьер-министра (достаточно распоряжений и постановлений правительства – не обязательно законы для этого), - 3-4 месяца. И последнее – влияние президентов на силовиков, где они будут посажены за один стол, и им скажут: "Уйдите из зон таможенного контроля. Займитесь стрельбой на улице, незаконной вырубкой леса, угоном автомобилей", и посмотрим, что получится у таможни. А уж когда таможня не будет показывать результат - будем тогда что-то делать. Каждый суслик сегодня себя в таможенном поле считает агрономом.

Новости по теме

- Существует ли какой-то закон, который бы описывал ситуацию реформирования таможни?

- У Украины есть замечательный Таможенный кодекс. Но после того, как создали Минсдох, а потом ГФС, фактически, вертикаль таможни ликвидировали – она рассыпалась. Для того, чтобы ее воссоздать, группа депутатов предложила проект закона "Про національну митницю України". Шансы прохода его через зал – невысоки. Я был внутри процесса, когда этот закон создавался. Я считаю, что он был бы очень мало затратным для каких-то необходимых финансовых издержек, мало затратным для страны, но чрезвычайно эффективным. Мы бы получили сильную, рабочую таможенную службу, хороший экономический эффект. Американцы после 11 сентября¸ когда они увидели, что им необходима новая система безопасности - объединили таможенную и пограничную службы. У них это сильный правоохранительный орган с огромным набором прав, с серьезным влиянием. Неужели сейчас американцы согласятся с тем, что украинская таможня должна быть размыта и просто быть сервисным окном на границе?

Новости по теме

- Помогут ли нам деньги МВФ для реформирования таможни, или для этого нужны какие-то другие вещи?

- МВФ пока не дал ни одного цента для реформирования украинской таможни. Пока мы слышим намерения. Но при той системе контроля за финансами, которую мы имеем сейчас в стране – это будет проблемный вопрос. В таможне сейчас работает 9800 сотрудников. В польской таможне – 15000, во французской - 18000, в белорусской - 5000. За последние 8 лет мы сократили в два раза таможенную администрацию Украины. Ни один силовой орган так не сокращен, как таможенная служба. Нужны совсем не большие деньги для того, чтобы мотивировать таможенника. Дайте таможеннику зарплату от 800 до 1000 евро. Это достаточно нормальные деньги для того, чтобы с него потребовать исполнения обязанностей. Если таможенник эти деньги получит – установите систему премий: обнаружил контрабанду - получи условный процент от обнаруженной контрабанды. Тогда будет мотивация. Дайте социальную защиту – тогда он себя будет чувствовать комфортно. Надо просто легализовать те деньги, которые, фактически собираются. (Только собираются еще большие суммы.) Но тогда у государства будет официальное право таможенников "ложить в асфальт". Мой польский коллега говорил, что он целые смены арестовывал на границе – у него было право, он начал им платить. А тратить деньги на экспертов, на тренинги, на таможенные фестивали мы можем до бесконечности.

Новости по теме

- А есть ли какие-то новые тенденции в организации работы таможенных служб?

- У нас был, и, к сожалению, его уже нет, департамент международного таможенного сотрудничества. Инновации, которые происходили в мировом таможенном пространстве – мы о них знали, они аккумулировались. У нас была таможенная академия, в Днепропетровске – ее сейчас нет. Фактически, мы хозспособом собираем все те новации, которые происходят сейчас на мировом таможенном пространстве. Мои наблюдения показывают, что таможни становятся более собранными. Французские, американские таможенники службу несут с оружием. Мир все больше думает о своей безопасности. Каждая, уважающая себя страна, все больше думает об этом элементе. Почему-то только Украина считает, что таможня должна быть сервисной службой, где должны сидеть девочки в белых рубашечках и просто улыбаться пришедшим бизнесменам. Нет – неправда. Таможня – это защитный механизм суверенитета страны, границы страны. Я думаю, что тенденции будут не к белым рубашечкам, а, к сожалению, к оружейным кобурам.

- Спасибо большое.

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>