Когда депутаты приходят в Раду защитить свой бизнес, это маленькая беда. Гораздо хуже, когда они приходят туда делать бизнес

Когда депутаты приходят в Раду защитить свой бизнес, это маленькая беда. Гораздо хуже, когда они приходят туда делать бизнес
112.ua

Виктор Пинзеник

Народный депутат

Мага: В моем родном Закарпатье нет людей ординарных и обычных. Они или очень хорошие, или плохие. Сегодня у меня в гостях очень хороший человек, родившийся в моем родном крае, выдающийся экономист и финансист Виктор Пинзенык.

Приветствую вас. Я артист, актер, я совершенно не разбираюсь в финансах, экономике, но я понимаю, что мы живем в обществе, в котором без этого всего просто жить нельзя. А когда я вижу вокруг непрофессионализм во всем, даже в подметании улиц, мне становится очень грустно. У нас грязно, потому что у нас подметают улицы непрофессионалы. У нас бьются маршрутки, потому что их водят непрофессионалы. Вам, человеку с таким блестящим образованием, с таким профессионализмом, не становится грустно и страшно от того, что на местах работает очень много непрофессиональных людей?

Новости по теме

- Пинзенык: А что вы имеете в виду под местами?

- Я когда-то говорил с Витольдом Павловичем Фокиным. И когда он разложил всю свою чиновничью, исполнительную большую карьеру, практически нет такой веточки, которую бы он пропустил. Сейчас достаточно быть лояльным к какому-то лидеру какого-то политического движения, и ты можешь стать министром, руководителем госпредприятия - всего, чего угодно. Главное, что ты принадлежишь к тем, кому принадлежит квота. Мне от этого страшно.

- Вы затронули две проблемы. Под местом вы имели в виду не ниже уровень, а вообще, должности, которые занимают люди. И второе - опыт. Мы имеем и одну, и вторую проблему. Уровень компетентности, к сожалению, даже не знаю, какое слово употребить, но есть серьезные проблемы. Например, проблема обменного курса национальной валюты. Потребовалось несколько кризисов пройти для того, чтобы принять очевидное простое профессиональное решение: отпустить курс. Мы не имели бы таких колебаний, не имели бы двузначного числа курса - это признак непрофессионализма. К сожалению, это во многих сферах. Есть более сложные сферы, где недостаточно профессионализма, но есть и проблема опыта. Человек должен иметь какой-то опыт. Должен пройти какую-то школу. Не так легко становиться на какие-то высокие должности - я это сужу даже по себе. Мне пришлось очень быстро учиться. К сожалению, не всем это удается. Более того, часть людей считает, что вступив в определенную должность, действует замечательное правило: "Я - начальник, ты - дурак". А на самом деле учиться надо всю жизнь, включая любые должности. Я учился на всех должностях. И особенно хорошая школа обучения - это Министерство финансов. Ведь на самом деле нет людей, которые знают все. И нет предела познанию, совершенству. Поэтому даже этот третий аспект: учись всю жизнь, продолжай учиться - он чрезвычайно важен для прогресса Украины.

- Кто-то сказал: "Если ты почувствовал, что ты гений - проси себе отдельное место в палате". А у меня полное впечатление, что очень много гениев вокруг. Я очень серьезно готовился к этому интервью и думал, каким одним словом можно назвать Виктора Пинзеника: "вы - антипопулист". Просто, наверное, самый большой антипопулист в Украине. Вы говорили такие вещи, которые могли вам поломать карьеру, и они вам ломали карьеру. Что вам мешало, как и всем остальным, где-то похвалить, где-то добавить, где-то на что-то согласиться. Это принцип, или это, как вы говорите о курсе: "Надо было отпустить, и все было бы не так". Это ведь тоже популизм в свое время сработал?

- В том числе. Говорил мой один коллега: "Пинзеник не фамилия, а должность". Я не хочу менять фамилию. Невозможно изменить страну, говоря о сладкой конфете. Если у нас есть проблемы, если мы хотим в доме навести порядок, то надо взять метлу, или молоток, или краску, и наводить порядок. А не говорить об этом. На самом деле, нам в стране всегда не хватало разговора с обществом. Гораздо проще говорить такими словами: завтра мы вам поднимем пенсии, заработные платы. А с чего поднимать? Гораздо труднее объяснить, как это сделать, хотя на самом деле это цель любой политики, это цель развития Украины. Очень многие привыкли зарабатывать дешевый авторитет на этом популизме. К сожалению, в нашей среде есть много людей, которые готовы его глотать. Но мы так далеко не пойдем. Потому что уже давно должны были пройти много испытаний, которые мы переживаем. А мы еще раз возвращаемся к тем же проблемам. Если глубоко проанализировать то, что происходит сейчас, то, конечно, есть отличия. Но мы уже не в первый раз в такой ситуации. И причины, им подобные, как были в начале девяностых годов, как были в 2000 году, так есть и сейчас. Мы должны их решить и больше никогда не допускать.

- Но у популизма такая скверная отрицательная штука - этими обещаниями приучают людей быть абсолютно бездействующими. Недееспособными. Я в этой студии веду программу "Голос народа" и вот звонит человек из подъезда, в котором 94 квартиры, и говорит, что мы уже уничтожили ЖЭК, сделали ОСМД, и он ждет, чтобы кто-то пришел и сделал козырек над входом. Рискуют, ходят с маленькими детишками, я уже обращаюсь к мужчинам с этого подъезда: "Неужели среди вас нет ни одного сварщика, хотя бы человек, который бы заплатил, чтобы там поставили железную трубу и покрасить ее". Это вот убивание в людях желания сделать. В нашем родном краю это так бы не произошло. К нам советская власть пришла значительно позже, и это ощущение хозяина не убили настолько. Когда-то Украина была богата хозяевами и людьми, которые хотели что-то делать. Как быстро это уничтожилось, по вашему мнению?

- Я думаю, что здесь пошел крен в недобрую сторону и в последнее десятилетие особенно. Людей приучают к тому, что кто-то о них позаботится. Но давайте упростим задачу и увидим, насколько фальшивые эти обещания. Я не говорю об инвалидах, о многодетных семьях, о тех, кто попал в трудную ситуацию, я говорю о тех, кто обещает поддержать всех. Представим себе, что мы живем в квартире или в доме. Кто должен навести порядок в нашем доме? Конечно же мы. Мы живем в большом доме, который называется Украина. Кто должен это сделать? Жители этой страны, или за их счет. Чуда же не бывает.

- Почему они перестали это воспринимать, как свой дом? Есть, конечно, огромное количество людей, которое сейчас, наоборот, стало более сознательным. Которое готово идти бить морду тому, кто высыпал машину мусора в лес. Но есть и другая часть, которая эту машину мусора высыпает. Мы видим с вами, когда заезжаем в Закарпатье - многострадальная река Латорица. Не дай Бог поднимается вода: мы видим, сколько мусора там. Почему это сознание о том, что это мой дом, оно не приходит к людям?

- А говорят ли об этом с людьми? Я очень редко слышу серьезные разговоры с людьми, я редко вижу призывы к людям. Для того, чтобы ставить какие-то вопросы, каждый из нас должен посмотреть на себя. Ты требуешь от других. А ты сам укладываешься в эти правила? Если мы не посмотрим каждый на себя, то мы не можем иметь от других. Прекрасно было бы, если бы политики, или те, кто руководят страной давали образцы, примеры такого же поведения.

112.ua

- Перед выборами можно дерево посадить, можно мусор собрать, можно пополивать что-то с людьми.

- Очень плохо, когда это перед выборами. Здесь уже чувствуется фальшь. Если оно все время идет, то пожалуйста, надо это и перед выборами делать. Но это стандартное поведение людей, независимо от того, что выборы, или не выборы. Но если этого не делать, оно не возьмется ниоткуда. Об этом нужно говорить, и так надо поступать.

- Вы были во всех созывах парламента, кроме одного. Депутат это законодатель. Когда спрашивают людей, они очень мало знают, кто и как делает законы. Они больше замечают окрашенные лавочки, приобретенный троллейбус, и еще что-то. По вашему мнению, депутат должен заниматься только законотворчеством или, если он мажоритарщик, он должен делать и то, о чем мы говорили, или одно и другое?

- Если меня наняли дворником, то это моя ответственность, как дворника. Если общество наняло кого-то в парламент, а это орган, где творятся правила, по которым должно жить все общество, то, очевидно, он должен заниматься правилами. Причем, правилами для всех. И есть, конечно, проблемы, на которые надо реагировать и депутат должен реагировать. Но задача депутатов не готовить законы, а принимать законы. Если бы меньше депутаты готовили законов, было бы лучше. Сейчас в парламенте около 12 тыс. законопроектов. Это не радоваться надо - это ужасная ситуация. Не может быть 400 центров выработки решений. Центр должен быть один. Проекты законов должно готовить правительство. Я не говорю об оппозиции. Оппозиция должна иметь право, потому что у нее нет своего правительства. А коалиция и правительство должны работать, как одно целое. Я не говорю, что депутат не имеет права подготовить проект закона, но он должен идти через один центр. Потому что если у нас будет много центров выработки решений, мы никогда не будем знать, куда мы движемся. Если кто-то хочет разобраться в логике того, что мы рассматриваем в парламенте, то бросьте глупое дело. Вы ее не поймете.

- Люди идут делать что-то для государства. Так было в первом созыве, возможно, в третьем, даже немножко в третьем. У нас половина ВР должна была признаться в том, что они приходят потому, что боятся рейдерских атак, боятся, что не имея неприкосновенность они сядут, а у семьи все заберут. А сейчас вообще приходит эпоха того, что в ВР будут пытаться попасть, чтобы, в первую очередь, спасти себя. Уже даже не бизнес. Потому что, если, все-таки, придет тот, кто начнет наводить порядок в государстве, то очень многим светит тюрьма. Будет ли в дальнейшем дееспособным парламент? Как менялся парламент с первого по восьмой созыв? Какие метаморфозы произошли?

- Возможно, иногда депутаты и приходят защитить свой бизнес. Это была бы маленькая беда. Но они приходят делать бизнес, что гораздо хуже, потому что это означает использовать возможности, которые дает место, для лоббирования собственных интересов. К сожалению, происходит досадная вещь, и она не ослабляется, это называется "коммерциализация власти". Преобразование власти в бизнес. А власть не имеет права быть бизнесом. Власть - это место, где люди не имеют права заниматься бизнесом. Ты должен создать правила, которые, видимо, и твоему бизнесу помогут. Кому нужно чье-то мясо, если его никто не будет покупать? Если рядом с тобой люди не начинают жить лучше? Поэтому твоя задача - создать правила, при которых страна поднимается. И это не только людям поможет, это и твоему бизнесу поможет. Но здесь надо думать немножко, что улучшение общих правил для всех помогает всем. И у тебя должно быть чувство, что рядом с тобой люди есть, а не это место, где пришли зарабатывать деньги. К сожалению, страна не отошла от тех проблем, и эти вещи меня очень раздражают.

- Маленький Витя Пинзеник родился в Иршавском районе и пошел в первый класс, когда Гагарин полетел в космос. Все дети хотели стать космонавтами. Вас тянуло совсем в другую сторону. Львов, Москва, Киев - три города, которые формировали вас. Университет Ломоносова тогда и сейчас - уровень образования тогда, когда мальчик из Закарпатья мог дойти до докторантуры Московского университета, и сейчас? И вы с таким образованием попадаете в ВР, где был цвет нации. К тем людям, которые заносили огромный флаг и радовались тому, что есть Украина. Нет ощущения, что все уменьшилось?

- Гагарин еще не летал, когда я пошел в школу. Я пошел в школу, потому что не было куда деться. Поскольку родители учителя, а я оставался один, меня забрали в шесть лет в школу. Поэтому школу я закончил раньше. Политикой я никогда не занимался и не интересовался. В мое формирование, как специалиста, каждая частица давала свой вклад. Прежде всего моя родная школа, моя родная земля, где меня учили думать. Наибольшую школу я прошел в Киеве, когда начал заниматься и политикой, а главное я занимался уже профессиональной работой, которая меня очень интересовала и в которой я старался вникать в глубину. Это долгий путь, где и образование было важно, но сверхважным было самообразование. Если говорить о парламенте, в который я попал, то с точки зрения интеллектуальной это был высокий уровень. В этом парламенте можно было выступлением изменить голосование. Причем, довольно радикально.

112.ua

- Вас слушали, слышали и они были в зале.

- Иногда и здесь слушают, но здесь изменить выступлением невозможно. Здесь нет логики - она ​​не воспринимается. Здесь решения принимаются не в зале: оно принято вне зала, а здесь послушно выполняют команды. Я очень часто веду кулуарные разговоры. К сожалению, очень часто выступить ты не имеешь возможности. А кулуарно я по многим законопроектам разговариваю с людьми. Часто я нахожу понимание - есть люди, которые логику воспринимают. Но их немного. И это очень обидно.

- Но воспринимают, слышат, приходят и голосуют так, как им говорят по телефону.

- Было и такое: они слышат и делают по-своему. Есть часть людей, которые не хотят слышать логики, не хотят ее воспринимать. Я, слава Богу, стараюсь научиться объяснять очень просто даже сложные вещи. Это позволяет понять, почему то или иное решение нужно принять.

- А как вы отходите от этого? Раньше говорили, что можно ходить и жить где угодно, только не в кабинете Пинзеника, потому что он докуривает одну сигарету и прикуривает от нее другую. Сейчас девять лет вы не курите. Откуда радость в жизни?

- Я не только курил там, я жил там. Когда старший сын маленький ехал мимо в автомобиле по Грушевского, то показывал знакомым: "Здесь живет мой папа". Я действительно жил работой. Потому что когда я видел интересные задачи, интересную команду, людей, которые нацелены что-то делать - очень хочется работать.

- А вы точно сразу воспринимали тех людей? Мне говорили, что вы всегда были не очень доверчивым. Говорили, что если Пинзенику приносили на стол пачку бумаг, которые он должен был подписать, он перечитывал абсолютно все и визировал каждую страницу.

- Было такое. Не все бумаги. Приходилось визировать каждую страницу и даже позади, потому что иногда исчезали страницы в конечном документе. Но я не скажу, что я не доверял, потому что это невозможно. Очень это важно - подобрать команду, которой ты доверяешь. И очень важно сформировать запрос. В чем я убедился, управляя достаточно большими командами. Там есть хорошие специалисты. На них нет запроса. Его не так легко разбудить, но когда ты разбудил запрос, и люди об этом знают, то ко мне уже приходили с бумажками и показывали, на что я должен обратить внимание, где есть проблемные места. То есть одна из ключевых проблем, которая должна быть решена в стране - проблема запроса на изменения, или желание перемен. А это огромный шаг к успеху.

- Я знаю, как вы этим горели. Я знаю, что вы иногда можете не удержаться и сказать то, что думаете в этот момент. И вам приходилось уходить, по-разному. Был момент, когда с вами очень несправедливо поступили, и вы тогда ставили вопрос: "За что?" И был момент, когда вы сами ушли. Можно сравнить моменты в жизни, когда ты идешь и когда ты уходишь? Когда ты чувствуешь, что с тобой поступили несправедливо, не так, как должно быть, а когда ты гордо можешь сказать: "Я так не работаю, я ухожу".

- Я не знаю, что значит "несправедливо поступили". Очевидно, в политике трудно найти грань между справедливо и несправедливо. Но мне приходилось уходить и не раз. Я не скажу, что я простой человек, что я человек, с которым легко работать. Я реагирую на все. Может и на то, что не надо. В правительстве, по любым вопросам, если я видел неправильную позицию, я высказывал свою позицию. Я добивался изменения этой позиции. Ты никогда не можешь добиться того, чтобы твоя позиция воспринималась всеми. Но есть такие принципиальные вещи, которые нельзя переступить, и если ты остаешься на месте, ты становишься уже элементом системы. Ты перестаешь быть борцом за те ценности и идеалы, которые являются твоим внутренним убеждением. Они не всегда являются публичными. Потому что в органах власти дискуссия должна вестись не на экране телевизора. Она должна вестись на заседаниях Кабмина, где ты должен отстаивать свою позицию. Просто может наступить момент, когда ты не можешь ничего изменить, и ты не имеешь права остаться. Тогда ты делаешь публичную позицию, но ты должен покинуть правительство. Мне пришлось это делать не один раз. Последний раз, когда я был министром финансов - одобряется проект бюджета против позиции министра финансов и без подписи министра финансов. Это вещь, которую я никогда не переступлю.

112.ua

- Так, как принимали бюджет сейчас, со всеми нарушениями, которые только могут быть - все налоговые вещи должны были приняться за полгода до того, до 1 июля. С точки зрения буквы закона он просто незаконный. Зачем Пинзеныку это нужно?

- Должность такая. Не могу я поступать иначе. Я понимаю, что очень часто я не повлияю на решение. Иногда удается, но очень редко. Тем не менее, я буду пробовать до последней минуты пребывания в должности. Но когда мы вспоминали бюджет, то я говорил на стороне того органа, который подает, так как этот орган должен готовить профессиональный документ. Другое дело перипетии, которые происходят в зале ВР, и мне очень не нравится то, что происходит - круглосуточное голосование, где никто ничего не может воспринять. Где можно вносить изменения вопреки тому, что проголосовано.

- Где госбюджет читала одна десятая часть, если читала.

- Боюсь, что вы большой оптимист. Есть люди, которые читают. В нем не так просто разобраться. Но это возможно. Для этого нужно давать время. И время было. Поэтому я не понимаю, для чего это надо было делать ночью, потому что можно было вполне спокойно утром проголосовать. Кстати, закон о бюджете был, в основном, готов. С ним должны были коллеги ознакомиться. Проблемы делал Налоговый кодекс, который принесли горячим и таким голосовали. Где было почти 700 поправок, почти два тома документов, и на это никто не способен физически, включая меня. Их надо было голосовать. Так нельзя готовить очень принципиальные законы. Парламент не должен рассматривать в год сотни законов. Парламент должен рассматривать десяток законов. Иногда неделями голосовать, обсасывать их, а не соревноваться, кто больше даст законов. Я призвал общество, граждан, чтобы не оценивали депутата по количеству поданных законопроектов. Оценивайте по позиции - как он голосует за то или иное решение.

- К сожалению, такие вещи приводят к тому, что наш народ не начинает воспринимать всю картинку в целом. Когда провели исследование, то по рейтингу недоверия на первое место поставили ВР. Коллективная ответственность. Не хочется все это отправить к черта маме, вернуться домой, пару елей посадить, или еще что-то?

- Во-первых, домой мне всегда хочется. Не бывает лета, и не только лета, чтобы я не был в Карпатах. Лучший для меня отдых это горы. Я отдаю дань жене, которая любит море, но и она отдает дань: мы каждый год бываем в горах. Я люблю ходить пешком - это уникальный, замечательный край. Но вернемся к нашему парламенту - это место, где принимаются решения. И это место формируем мы. Мы должны больше реагировать не на конфеты, не на сладкие обещания, а должны разбираться. Если кто-то ремонтирует что-то перед выборами, то почему он, добрая душа, не делал это до того, как хотел стать депутатом? Значит, человек идет немножко с другими целями. Если он хочет помогать, то он независимо от того, депутат или не депутат, это делает. Я не пессимист с точки зрения того, что мы эту ситуацию не разрулим. Разрулим! Мне всегда жалко времени. В таких подобных ситуациях мы бывали уже не раз. Мы были в дефолте в 2000 году, мы были в периоде гиперинфляции. Но жизнь заставила принимать очевидные решения. Одно из очевидных решений, которое все понимают - жить по средствам. Правда, понимают до тех пор, пока не пойдет разговор: "А где сокращать расходы?" Как только уже идет речь о сокращении расходов, каждый примеряет это на себя. И когда доходит до решения, принять его почти невозможно.

- Я вообще в шоке, Виктор Михайлович, от того, что вас выбирали когда-нибудь депутатом. Вы же не обещаете пенсию по 500 долл., не обещаете зарплату по 1000-1500. У нас популизм стал нормой жизни. Обещания снизить цену на газ в четыре раза - они абсурдизируют все это дело. Но популизм, популизм, и как показывает опыт, они достукиваются к сердцам людей. Затем быстренько все это забывается. Когда Пинзеник реально говорил, что откуда это взять, они вас в данный момент не любят. Они любят того, кто обещает.

- Это можно говорить о персоналиях, но нельзя говорить об обществе в целом. Очевидно, что есть ответственность, в том числе и моя, ваша, и сотен других людей, которые мало говорят обществу другое. Я не верю, что в обществе все клюют на популизм. Это не так. Я когда-то избирался три раза по одному округу. Я разговаривал с людьми - это не так просто. Я разговаривал честным разговором. Очевидно, что у нас очень проблема правой реформаторской партии, которой, к сожалению, нет. Я уверен, что такая сила, которая бы говорила о серьезных вещах, серьезным простым языком - есть в обществе люди, которые это поймут. Но откуда им взяться, если с ними никто не разговаривает. А эти вещи нужно объяснять. Многие вещи надо объяснить. Говорят, что надо поднять пенсии, и я говорю, что надо поднять. Но я говорю, каким образом это надо сделать. Мы должны поднять экономику, а через поднятие экономики поднять зарплаты и пенсии. Я говорю о том, как поднять экономику. Конечно, это сложнее понимать. Пообещать можно не только 10 тыс., а и 100 тыс. Бумага все стерпит.

- Когда смотришь результаты голосований, то впечатление, что людей, которых воспитывали книги, как воспитывали вас, что таких людей остается все меньше. Падает уровень желания самообразования у людей. Им нравится, чтобы им что-то пообещали, и пошли, и сделали.

- Я имею еще одну работу, разрешенную законом. Я ее никогда не покидал. Я учитель. И работаю учителем уже десятки лет в университетах. Это совсем другая аудитория. Я читаю лекции в бизнес-школах. Это аудитория на голову выше. С ней очень легко разговаривать. Эти группы людей прекрасно понимают эти проблемы, им легко объяснить. Что очень важно - самоорганизованность этих групп. Потому что в одиночку никто ничего не добьется. Когда-то в парламенте была фракция партии "Реформы и порядок". Нас не было много - 24-25 человек, но та группа уже могла на многое влиять. Конечно, хотелось бы, чтобы таких было значительно больше. Появление таких правых реформаторских политических сил, которые говорят честным, понятным языком, и главное, сами ведут себя честно - очень важно для прогресса страны.

112.ua

- Есть люди, которые пугают весь мир кризисом. Говорят, что в 2020-м может произойти что-то очень скверное. Связано с банковской, финансовой системой. Вы, как человек, который разбирается в этом, чувствуете хоть какие-то предпосылки этого всего?

- Я скажу, что нас не запугать.

- Я говорю не об Украине - о всем мире. Они и сейчас не очень обращают на нас внимание, а если у них появятся свои проблемы глобального плана, то Украина для них отойдет на 546 место.

- Нам надо бояться не мировых кризисов. Я не говорю, что они не влияют на нас. Тем более, что мы на это повлиять не можем. От нас это не зависит: мы не настолько мощная экономика, чтобы влиять на мировые экономические процессы. У нас больше рисков здесь. Кризис 2008-2009 гг. - огромный спад в Украине. Но есть страны в Европе, которые не упали - Польша, Албания. Они выросли. Внутренняя экономическая политика позволила минимизировать последствия, а также расти. Китай, как всегда, рос: темпы были значительно меньше. Поэтому, не имея возможности повлиять на мировые процессы, если они будут, надо смотреть на проблемы внутри страны. Потому что если они накладываются на внешние проблемы, то просто усиливается глубина кризиса. Мы пережили очень серьезные испытания. Этот кризис наиболее глубокий кризис последнего периода, который очень затяжной. Он начался не в 14-м году. Он начался в 9-м году, и мы с него так и не вышли, хотя начинался он не как бюджетный кризис, но перерос в бюджетный кризис с огромными долгами. Сегодня страна переживает серьезный кризис долгов. Страна сталкивается с постоянной проблемой невозможности занять деньги. 10-15 лет назад таких проблем страна не знала. Но мы же вышли когда-то из такой ситуации, и мы обязаны это сделать, потому что такая турбулентность, неопределенность относительно курса, по инфляции - это то, что отбивает охоту инвестору вкладывать деньги здесь. И поощряет украинских инвестировать в других странах. А без инвестиций не может быть стабильного экономического роста.

- Самый большой инвестор всегда это внутренний инвестор. У нас был момент, когда один за другим лопались банки. А потерять доверие к банкам очень просто. И сейчас, наверное, на руках у населения огромная куча наличности, которую они никуда не понесут, потому что очень серьезно потеряно доверие. Есть вариант, в вашем видении, что люди понесут деньги в банки? И делает ли государство для этого что-то, чтобы они это сделали?

- Если задеть аспект банковый, то есть хороший прогресс. Недоверие появилось потому, что полно банков были трупами. Это зараза, которая отравляла и всех остальных. Их ликвидировали не потому, что кому-то хотелось ликвидировать, а их надо было вырезать из системы, или заставить оживиться. Происходила и вторая часть - не все же банки трупы. Я клиент банков, которые не являются трупами. Я никогда не гонялся за высокими процентами. Смотрел на риски и держал в более консервативных банках, где меньшие проценты, но меня не зацепило банкротство некоторых банков. Поэтому то, что с рынка вывели многие банки, я не говорю о том, как это делалось, - здесь, очевидно, есть вопросы, - это правильная часть работы. А как раз это восстанавливает доверие. Я вам приведу пример. Перед введением гривны у нас сбережений было на уровне 500 млн гривен. Сегодня это сотни миллиардов гривен. И сразу, как только были сделаны какие-то правильные стабилизационные вещи, люди понесли деньги в банки. Но это требует времени. Доверие легко потерять, восстановить его значительно труднее. Но это очень важно. На самом деле, когда мы говорим об инвесторе, я не употреблял слово "иностранный". Я говорил - инвестор. Потому что для нас, в принципе, не имеет значения, кто инвестирует в Украину - здесь или извне кто-то. Но, если нет извне, то нет и внутри. Это одинаковая среда. Если есть условия для инвестиций, то и украинцы несут деньги, и несут деньги из-за рубежа. А поле для инвестиций у нас большое. Поле для заработков большое. Проблема в огромных рисках. И задача страны заключается в том, чтобы уменьшить эти риски. Был период, когда экономика Украины росла, и довольно неплохими темпами: 7-8-10%. Это прекрасные темпы роста. Но тогда инвестиции были 25-30% от масштабов экономики, к ВВП. Сейчас они держатся на уровне 15% - такой объем инвестиций не является хорошей опорой для стабильного экономического роста.

- Если говорить об иностранных инвестициях - у нас страшная имиджевая составляющая Украины. У нас хроники одного нашего дня хватило бы на хроники катаклизмов швейцарцев лет на 20 вперед. И когда они смотрят на то, что происходит здесь, плюс "братья" наши с севера добавляют свое, кто захочет сюда идти?

- Имиджевые вещи требуют опоры, почвы, на которой ты стоишь, потому что это главное. В 2005 году мне приходилось занимать деньги для правительства Украины. Мы заняли 600 миллионов евро по ставке менее 5%. Никогда Украина так не занимала. Мне было очень легко говорить, убеждать. У меня были факты. Я говорил, что вы можете спокойно покупать украинские облигации: долга Украина почти не имеет, причины долга – дефицита бюджета – нету, резервы у нас большие. Поэтому имиджевые вещи очень работают, когда вы сделали реальные изменения. Тогда вы очень легко убеждаете, спокойно разговариваете с инвесторами. И он это чувствует. Они знают об этом, они следят, потому что Украина уникальное место для хороших заработков. При правильных действиях. Здесь можно очень хорошо заработать. А это значит, что это место, где можно привлекать деньги.

- А теперь представляете, как нынешнему министру финансов идти и одолжить что-то? Мы страна с огромным внешним и внутренним долгом. Где они берут аргументы и как они заставляют проклятых буржуинов нам еще что-то занимать?

- Аргументы видны. И это не упрек коллегам из Министерства финансов, где работают квалифицированные люди. Это цена, которую мы платим. Я на днях смотрел, близкие страны нам Латвия, Литва. Они занимают деньги по ставке 0,55% годовых. Пятилетние облигации, правда, это евро, а евро немного дешевле. А мы заплатили последние займы 9,7% и почти 9%. Не хотел бы я, чтобы моя родная страна занимала такие деньги. К сожалению, для этого есть причина. Именно по этой причине Украина не может самостоятельно обеспечить свое финансирование - она ​​должна привлекать экстраординарное финансирование, которое идет со стороны МВФ. Но мы же когда-то обходились без МВФ. Хотя был период, когда мы пользовались его услугами, а потом не нужно было. И не потому, что отказались, а потому, что это не нужно было Украине.

- Есть такое выражение, я его придумал, "когда макбуком забивают гвоздь". Мне кажется, что вы макбук, который не до конца используется в данный момент. Что в вас есть столько и сил, и знаний, что могло бы пригодиться этому государству. Я понимаю, что вы и так заняты. И преподавание, и ВР, и округа. Но очень хотелось бы, чтобы весь ваш опыт был использован по полной.

- И мне бы хотелось. Проблема ведь не во мне. Проблема: кто покупатель? Кто заказчик? Есть ли кто-то, кому вещи, о которых я говорю, нужны? Тем более, что многие вещи не являются приятными. Это проблема, к сожалению, уже политическая. И она не от меня зависит, она от всех нас зависит. Я не имею в виду, что нет запроса у людей. Я убежден, что большое количество людей, если бы я имел возможность постоянного общения с ними, я бы убедил в необходимости тех решений, которые часто называют непопулярными. А этот запрос на уровне общества есть. К сожалению, он не трансформируется в те институты, которые затем те решения принимают.

- Вы верите в счастливое будущее Украины?

- Верю. Никто не остановит прогресс, это невозможно.

- А он есть?

- В определенной части мы отошли от проблем. Таких, которые переживали четыре года назад. Мы далеко ушли? Нет, недалеко. Проблем у нас много. Но невозможно остановить прогресс. Все равно общество мобилизуется и приведет политические силы, которые примут решение. Мне трудно сказать, когда это произойдет, но то, что произойдет, я не сомневаюсь.

- Я очень вам благодарен за этот разговор. Крайнее, что хочу спросить. В слове "пинзенык" для венгров есть два корня: - "пин" - это деньги, и "зене" - это музыка. А что в Викторе Пинзеныке больше - денег или музыки?

- И то, и другое. Я узнал об этом недавно - мне кто-то сказал. Но мне приятно услышать о второй части, я невероятно люблю музыку.

- Значит, музыка денег и деньги музыки. Я вам очень благодарен за этот разговор.

- Спасибо.

видео по теме

Новости партнеров

Загрузка...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>