banner banner banner banner

Надежда Савченко: С точки зрения государственности, помощь западных партнеров является большим злом и долговой кабалой

Надежда Савченко: С точки зрения государственности, помощь западных партнеров является большим злом и долговой кабалой
112.ua

Надежда Савченко

Депутат Верховной Рады VIII созыва

Кужеев: Сегодня в "Большом интервью" народный депутат Украины 8-го созыва, Герой Украины Надежда Савченко.

Приветствую вас. 24 августа независимой Украине исполняется 29 лет. У вас есть какие-то воспоминания о тех событиях?

Савченко: Есть, и они радостные. Ожидание чего-то необычного, чего раньше в твоей жизни еще не было. Я помню активность своих родителей, соседей. Флаг был желто-голубой, а потом почему-то стал сине-желтым, и это тоже обсуждалось. Историческая память наших родителей помнила свои корни и понимала, что рано или поздно будет свободной. Это были тревожные, но радостные дни.

- А когда нужно начинать с детьми разговор о патриотизме, о любви к Родине?

-  С того, что когда проснулся – не ленись, помогай родителям, не бросай бумажки от конфет. Напевая колыбельную, мать уже вкладывает в ребенка генетический код своего рода. Я не считаю патриотизмом то понятие, которое у нас сейчас появилось, – в политических спекуляциях. Надо учить ребенка давать отпор, когда на тебя нападают, защищать свою точку зрения, защищать слабого. Это все, чему учили меня, и я это вкладываю в понятие патриотизма.

- Мы видим, как взрослые дяди и тети в ссорах доходят до того, кто больше любит Украину – сцепляются и устно, и физически.

- Это история. В зависимости от того, что помнит твой род, насколько глубоко он помнит историю. Мне рассказывали о том, как мои бабушки, дедушки на панщине пшеницу жали. Помнили о революции, о Второй мировой войне. Я все это понимала не из учебников в школе и не по тому, как об этом говорят политики, а по тому, как жил мой род. Рассказывали истории, которые пересекались с жизнью в Закарпатье, в Донецке – они жили немного по-разному, но все равно это была большая история Украины. Каждый учитель истории должен думать как педагог, а не как политик, должен понимать, что в ребенка даже из худших уроков истории надо вложить лучшее. Чтобы это ребенка сделало сильнее, а не только угнетало. Если говорить о том, насколько было патриотичным наше время, то на нашу долю выпала война. У нас есть много героев, которые не побоялись защищать территориальную целостность Украины.

 - А откуда взялась эта приватизация патриотизма?

- Это идет от сути человека и зависит от того, как человек хочет прижиться во власти. Сегодня надо надеть вышиванку яркую – завтра надо будет снять вышиванку и надеть пионерский галстук. Идеология патриотизма усиливается во время войны – это людей объединяет для борьбы с врагом. Это может быть мощный кулак, направленный против врага. Но наши политики умудрились направить этот кулак друг против друга. Мне кажется, это время пройдет, и будем надеяться, что уже в 30-ю годовщину независимости мы вообще на все эти события будем смотреть по-другому. И самое главное, надеюсь, что уже начнет заканчиваться война.

 - В вышиванке, да еще и с песней, комфортнее "контрабасить" лес-кругляк или янтарь.

- "Контрабасить" его удобнее в одежде стиля "хаки", чтобы не так было заметно в лесу, а вот когда идешь в церковь, то уже в вышиванке и на "майбахе". Это все началось, к сожалению, не вчера, а когда у нас началась приватизация народного добра в свои карманы. Я росла в Житомирской области, и, конечно же, лесники и тогда тихонько подворовывали. У лесника и мента был лучший дом, как и у прокурора. Но тогда был закон, и еще немного боялись. У нас люди забыли, что лес – это такая же культура, как рожь и пшеница. Срезал лес – посади. Карпаты – это природный лес, и это означает, что отдельными рубками надо сохранять леса. А у нас это пошло на промышленный кон, и здесь не помогает никакой патриотизм.  Я не знаю, почему родители не вложили, что патриотизм – это не просто крикливая любовь к своему государству, а это, действительно, когда ты оберегаешь и сохраняешь свое государство. К сожалению, мы этого не видим. Я недавно была в Карпатах и ​​разговаривала с лесничими. Район району рознь. Чем ближе район к границе, тем легче лес вывезти – там больше залысин. Если бы у нас в Украине было хорошо развито производство всего, что касается древесины, мы могли бы иметь на этом колоссальные деньги. Мы покупаем элитную мебель в Италии, а надо было бы, чтобы мы ее продавали Италии.

112.ua

 - Янтарь продаем китайцам, а затем оттуда берем художественные изделия.

- Когда запретили вывозить подсолнечник – настроили маслоперерабатывающих заводов. Почему нельзя так сделать во всем – не продлить такую ​​политику протекционизма?

- Шевченко написал в 1844 году:

А той, тихий та тверезий,

Богобоязливий,

Як кішечка, підкрадеться,

Вижде нещасливий

У тебе час та й запустить

Пазури в печінки, –

І не благай: не вимолять

Ні діти, ні жінка.

А той, щедрий та розкошний,

Все храми мурує,

Та отечество так любить,

Так за ним бідкує,

Так із його, сердешного,

Кров, як воду, точить!..

А братія мовчить собі,

Витріщивши очі!

Як ягнята. "Нехай, – каже, –

Може, так і треба".

- Может, и нам успокоиться, если ничего не изменилось за столько лет?

- Я бы не успокаивалась. Шевченко очень часто писал правду о людях, и очень часто мы встречаем стихи, где он указывает на недостатки украинской нации. Но это же не значит, что нам надо смириться с этим – надо исправляться. Очень многие историки писали о том, что украинцы отличались искренностью, добротой, щедростью, свободолюбием. Это наши соседи видят извне, а внутри мы видим то, что есть, то, что нужно в корне убрать.

- А насчет наших западных партнеров можно так же сказать, при всем уважении к тому, как они помогают Украине?

- Если говорить о международных отношениях, то ничего личного, только бизнес. Нельзя их обвинять хоть в чем-то, потому что они все делают в интересах своих наций и государств. И то, что рядом страна становится слабее, то в интересах их государства, потому что их государство становится сильнее. Если мы воспринимаем такую ​​помощь как должную, как те очередные лодочки, которые мы закупаем у американцев, и которую они нам оказывают, якобы в качестве финансовой помощи – но это кредитная помощь, мы за их деньги получаем их корабли, поднимаем их военную промышленность, а потом думаем, чего у нас долг растет? Они не скрывают, что это для нас хуже, а для них лучше, и считают нас дураками, потому что мы на это соглашаемся. Надо научиться давать отпор.

Новости по теме

 - Возможно, мы просто не созрели для гуманистического отношения со стороны западных партеров? Придет время – и мы поблагодарим.

- Западные партнеры к нам относятся по-разному. С точки зрения государственности и государственного суверенитета вся эта помощь является большим злом и долговой кабалой. Но каждый, кто выезжает на заработки, думает, как прекрасно, что такая возможность есть.

 - А почему не срабатывает тезис о том, что, поработав там, посмотрев на то, как там люди живут, заробитчанин не будет мимо урны бросать обертку, не будет портить лифт и т. д.?

- Наверное, потому, что считает себя хитрее европейца. Здесь можно так – ему разрешено. Мой дед ездил в Аргентину, еще до революции, увидел, как там работают, вернулся сюда, имел свою землю. После революции он землю отдал, но хотел строить колхоз, чтобы там была законность. Тогда люди потеряли чувство самоуважения, самоопределения, самореализации. То есть ощущение себя в этом государстве. Теперь мы видим другой пример. Владимир Зеленский сказал, что дальнобойщики у нас "засранцы", они нарушают правила – ездят с перегрузкой. Сразу же ему прилетел ответ дальнобойщика из США, никто не перегружает, он ездит по правилам, потому что государство построило систему. Почему наше государство не построило таких рельсов и все ездят кому как выгодно – это вопрос к государству. Хотелось бы, конечно, чтобы лучший опыт приходил к нам. Но мы почему-то берем другой опыт, например, Новака, который является мошенником. Такая "помощь" началась во времена Порошенко – в угоду Европе принимали всякий хлам из Европы и внедряли его в виде "соросят" на руководящих должностях.

 - Сколько у нас профессиональных дорожников, мостовиков, которые могли бы прекрасно взяться за обустройство дорог, управлять тем самым "Укравтодором", но там надо, как говорится, отстегивать на карман, потому что коррупциогенные все эти направления. И лучше взять любого проходимца-иностранца.

- Конечно. В Европе можно заработать честные деньги, а вложить их в коррупцию можно в Украине. И в украинской коррупции они умножатся во сто крат. Этой проблемой уже хорошо научились пользоваться наши иностранные партнеры, такие как Байден с "Бурисмой". Всем хочется попасть в ту зону, где все можно. К сожалению, пока такой зоной, паршивой, является Украина.

- В советские времена все понимали, что дружба народов в том виде счастливых плакатов - миф. Почему сейчас не идет речь о дружбе между украинцами внутри одного государства?

- В Советском Союзе мне очень нравились концерты народного творчества разных стран. Как на самом деле жили люди, остается только догадываться. У нас, в Украине, мы не видим, чтобы Полесье, Гуцульщина, Слобожанщина показывали свою культуру на каких-то фестивалях. У нас нет на это времени из-за постоянной политики. Мы развиваемся в одном направлении жизни – в схеме дикого капитализма. И тут вся страна живет одинаково. Единственное, что различает, что где-то говорят на русском, где на украинском, где-то на мадярском, и то мы друг друга понимаем. А памятники истории - это играет какую-то роль в общественной жизни, а дальше? Коммуналка высокая, соцвыплат нет, дороги плохие, власть коррумпирована. Сейчас во время пандемии чиновник красиво избежал общения с гражданами: "пишите письма мелким почерком". Потому что нас объединяет одна на всех паршивая жизнь. Нам делить особо нечего.

- Как-то можно объединиться на борьбу против этой паршивой жизни, а не доказывать друг другу, кто паршивее?

- Проблема в том, что стихийно это не срабатывает. Лидер должен дать толчок. Наведение порядка в государстве - эта инициатива должна исходить от лидера государства, то есть от президента Владимира Александровича Зеленского. Если от него этой инициативы исходить не будет, люди из низов это поднять не смогут, потому что власть в руках чиновников. Люди могут это поднять, но это снова будет подъем майданами. Снова зажжется по всей Украине – будут бить чиновников, бросать их в мусорки. А до олигархов снова не доберутся. Те, в чьих руках государственный ресурс, в основном живут за границей, имеют свои телеканалы, чтобы говорить, как правильно думать. Когда люди включают чужое мнение себе в голову, так та мысль будет их вести туда, куда выгодно тому, кто ту мысль диктует. Нам надо сейчас отстаивать свою собственность. Зеленский обещал, что будет народовластие, что будут референдумы, а мы еще до сих пор этого ждем, когда нам его отдадут. На 30-м году независимости посыл должно давать государство, ставить все на рельсы.

- Говорят, что государство - плохой менеджер, но в то же время нанять нормального менеджера, который бы руководил тем или иным предприятием, гостиницей, например, на это ума не хватает. А продать просто так, хотя не эта власть его строила и, возможно, даже не это поколение возводило тот или иной объект, легко.

- Мы видим, как один олигарх может управлять империей не с одного предприятия, а практически частью Украины, а целое государство не может. Это все продажность, человеческая подлость – то, что надо уничтожать. Хотелось бы дойти эволюционным методом к процветанию Украины, но часто мы понимаем, что эти методы у нас революционные. Только, к сожалению, не доведенные до конца.

- Когда вы были в российском плену, с тамошними собеседниками говорили ли о "с чего начинается родина"?

- Им там в принципе и родина та безразлична. Беды все одни и те же: денег не хватает, работы нет. Только один конвоир очень сильно рвал на себе рубашку и рассказывал, как он ненавидит Майдан. А так у них у всех одна болезнь: у них фантомные боли по поводу того, что Украина - это их часть. Они не хотят признавать, что Украина может быть независимым самостоятельным государством. Им от этого больно, это такой великорусский шовинизм, когда что-то потерял. Это так, как у нас забрали Крым, а мы считаем его своим, и рано или поздно он все равно вернется. Надеется ли Россия, что к ним вернется Украина? У них, скорее, Хабаровск отколется с Дальним Востоком. Надо составлять государственные отношения будущего. Это должны быть новые формулы, по которым надо строить отношения. И если кто-то кому-то хочет снова рассказывать, что он старший брат, то войны не закончатся никогда.

112.ua

- Вы для себя осмыслили, почему так произошло, что украинские военные, некоторые правоохранители перешли во время аннексии Крыма на российскую сторону?

- Дело в том, испытывали ли мы такое понятие, как "батькивщина"? В Советском Союзе если ты не защищаешь "батькивщину" – ты предатель. Люди боялись не любить родину, даже если родина их не любила. За время независимости мало кто чувствовал себя обязанным государству, которое не заботится о гражданине. И это очень обидно, потому что есть понятие государства, а есть понятие страны. Можно ненавидеть государство, власть, но не любить страну – это преступление, грех. Скорее всего, ребята остались там, потому что в них не играло чувство патриотизма, даже военной присяги или воинского духа. Скорее всего, в них играли банальные местечковые человеческие чувства: тут моя семья, квартира, обустроенный быт, к морю недалеко, буду жить. Я общалась с ребятами. У них была очень большая обида на командование, что им не давали приказа воевать, когда они были готовы. Была обида, что их предали и бросили, но это не оправдывает, что такое случилось. Нацию надо учить и воспитывать монолитной. Люди должны понимать: что бы ни случилось, государство, твоя земля – это святое. Есть приказ, нет приказа – нация должна быть к защите готова. Но для этого надо делать армией весь народ.

- Приходилось ли слышать о том, что тех, кто перешел на сторону российской армии, в Крыму, то их потом отправили служить на дальний Восток, на Камчатку.

- А что они, дураки, ожидали? Они ожидали, что родина будет любить своих детей больше, чем "батькивщина"? Нет – "батькивщина" любила больше, родина своих детей не жалеет.

- А можно было удержать Крым?

- Замана рассказывал, что в то время было 160 тыс. войск по всей стране. Около 70 тыс. – контрактники и 30 тыс. – войска быстрого реагирования. Был разработан план, и готовы были идти защищать Крым. Надо было вводить военное положение в Крыму на определенных территориях, но этого не сделали. Замана сказал, что Турчинов сначала дал такой приказ, но потом отменил. Было бы интересно послушать, с кем тогда говорил Турчинов, с кем он советовался? Если говорить, что солдаты испугались, то и наша власть на тот момент тоже испугалась и решила не защищать, не отвоевывать свои территории, а просто поднять лапки, потому что им так сказали.

- А при этом все же хором поют: "душу и тело мы положим за нашу страну, за нашу свободу.

- Если бы каждый президент, каждая каденция ВР, правительства, после того, как отслужили честно народу, сразу бы положили душу и тело. К сожалению, у нас таких законов нет, поэтому они приходят на еще одну каденцию и кладут очень много тел украинского народа, но никак не свои тела.

- Почему сейчас не звучит: давайте жить, творить, создавать что-то за нашу страну.

- Я очень рада, что не поручили новый гимн написать "соросятам" предыдущего правительства – Гончарука. Это извечная дискуссия – что надо перевернуть флаг, переписать гимн, и мы будем хорошо жить. Это можно сделать символически, тогда, когда мы решили, что мы взяли волю в кулак и начинаем жить иначе. Можно написать, в конце концов, закон о проценте национальностей в Украине, которые здесь живут, чтобы они соответственно были представителями в ВР. А то люди говорят, что у нас живут и пашут украинцы, а сверху кто угодно управляет, только не украинцы.

Новости по теме

Новости по теме

А где же референдум?

- Пусть уже гимн остается таким, как есть, но речь идет о том, что, возможно, стоит и людям "надеемся на лучшее, но готовимся к худшему".

- А это всегда должно быть.

- Статья 3 Конституции гласит: "Человек, его жизнь и здоровье, честь и достоинство, неприкосновенность и безопасность признаются в Украине наивысшей социальной ценностью. Права и свободы человека и их гарантии определяют содержание и направленность деятельности государства. Государство отвечает перед человеком за свою деятельность. Утверждение и обеспечение прав и свобод человека являются главной обязанностью государства".

Казалось бы, написано - выполняй.

- Да, человек отвечает за свою деятельность перед государством. Здесь неотвратимость наказания даст справедливость. У нас нет справедливых судов, чтобы люди увидели, что гражданин Украины, кем бы он ни был, отвечает за свою деятельность перед государством. А так мы видим, что одним можно, а другим нельзя. Я не верю, что у нас люди вот так начнут выполнять сами, если будут видеть, что власть не выполняет. А зачем властям выполнять, если им и так хорошо живется? Тяжелые времена беззакония и несправедливости, венцом которых стал 14-й год, когда началась война. Верю, что мы их исправим. Надо воевать за эту жизнь, в этой жизни менять ее к лучшему.

- В Википедии читаем, что в своей предвыборной программе Савченко предлагает предоставить особый статус всем территориальным общинам в Украине для урегулирования конфликта на Донбассе. В частности, Савченко считает, что изменение территориального устройства в пределах неделимой, соборной Украины – это процесс реальной децентрализации и создания мощного муниципалитета как основы государства.

- Сегодня децентрализация осуществляется именно с изменением административных единиц. Все возмущаются, потому что одно дело, когда происходит обсуждение в обществе, а совсем другое - когда власть делит так, как это вигодно ей. Кроме президентской вертикали с обладминистрациями, райадминистрациями, старост, мы имели избирательную вертикаль. Теперь мы видим, что население сел постепенно уменьшается. Сейчас начинают возвращать процессы в село - развивают фермерство. Начинают создавать территориальные общины и понимают, что район – это уже лишнее звено. Районы расширили, при этом создав проблему по предоставлению услуг. В дальнейшем эти территориальные общины полностью "съедят" районы. Общины будут расширяться и создавать свои центры административных услуг. Каждая община, имеющая свой бюджет, будет понимать, что ей нужно выжить, экономически развиваться, привлекать какого-то инвестора. А им для этого нужно, чтобы были сады, школы, чтобы родители имели возможность работать, медицинское обслуживание - все это община должна делать за собственные деньги, если государство им оставит больше налогообложения на местах. Оставили 35%, затем - 65% и 80%. Чиновников из района надо сократить. Если вам нужен землемер, то он должен быть в общине, и каждая община попытается перетянуть на себя ряд важных для государства и граждан услуг. Останутся только области, областные депутаты и Верховная Рада. А потом люди скажут: а зачем нам области, с чиновниками и депутатами, которые сидят и дерибанят бюджет? Дороги центрального значения пусть латает государство. Отдайте нам землю, без лоскутов, - и мы расширим наши территориальные общины. Территориальные общины "съедят" и области – это и будет особый статус каждого района. Это будет унитарное государство, с общинами по 200 тыс. населения. И их будет где-то 200 в Украине. Это и будет особый статус каждого района. Бойки, лемки, каждая этническая группа отдельно, - это и будет общество. Это не будет просто Донецкая область, а будет: община греков, община украинцев и тому подобное. Это будет одна Украина, которая будет жить племенным, общественным строем, близким к мировоззрению человека. Общинам нужны будут только 80% финансирования и Верховная Рада, чтобы принимать законы. И будут проводиться только выборы в общины и в ВР. Будет два класса депутатов, а сейчас их четыре. Это естественный процесс, и мы к нему придем. И это бы устроило оккупированные территории, потому что они могли бы создать свои территориальные общины, вернуться в Украину, не иметь особый статус в отличие от всех, а иметь особый статус - один на всех.

- Вас можно сравнить с Владимиром Зеленским: вы и он попали в политику случайно. Вас упрекали ранее, как и его сейчас, в неоправданных ожиданиях. Учитывая это, вы могли бы вместо того, чтобы критиковать президента, постараться каким-то образом ему помогать?

- Я ему помогаю своей критикой. Зализывать очко – это не помощь. Я не поливаю грязью, если я критикую, я объясняю, за что и что именно нужно сделать по-другому. Мы попали в политику случайно, но мы принимали решение. В свое время, когда я была в российской тюрьме и подписывала согласие на то, что буду баллотироваться от партии "Батькивщина", то я принимала это решение. Я не верила, что это реально, и моя ситуация была хуже, чем у Зеленского - он был в Украине и он был свободен. Но он тоже принимал для себя решение. Не такие мы уж и несчастные. Я понимаю, как никто, насколько Владимиру Зеленскому трудно и в каких моментах. Но я сужу по себе: я училась скорее. А у него сейчас больше информации, больше возможностей учиться, понимать процессы, он не сможет преодолеть систему, которая сейчас преодолевает его. И мне очень хочется ему в этом помочь. Поэтому я его критикую и говорю, где система преодолевает его, а где ему следует начинать преодолевать систему, и какими методами.

- А вдруг вам предложат какую-то должность?

- Я думаю, что у него есть свои советники, которые, как мне рассказывали, не посоветовали со мной связываться. Потому что, когда я говорила, что партию "Слуга народа" может возглавить Савченко на выборах, то ему говорили: а чья тогда будет партия - Зеленского или Савченко? Я не уважаю людей, которые боятся в политике людей сильных и умных - я считаю, что это неправильно. Политик должен не бояться, становиться в тень, когда это нужно. Лидер государства себе явно этого позволить не может. Поэтому, если предложат, - посмотрим. У нас же жизнь непредсказуема.

- Вы окрысились и на Порошенко, который приложил много усилий для вашего освобождения из плена, дал Героя Украины. Вероятно, Порошенко ждал благодарности, по крайней мере не антагонизма с вашей стороны. Вы умеете быть неблагодарной?

- То, что люди видят мою неблагодарность, а его благосклонность – это все лицемерие. И мне очень трудно снять с людей розовые очки, чтобы показать, что это чмо, а не гетман. Для того чтобы понять, какой это человек, - много не надо. Посмотрите, насколько богаче по сравнению с вами он живет, и вы поймете, что человек с такими доходами честным быть не может. Да, обидно, что у нас президенты "выписывают звезды". Я считаю, что Героев Украины должен избирать украинский народ на референдуме. Эти благодарности, награды – это совдеповщина, которая еще не изжила себя. Людям это нужно - они работают ради этого. А я всегда была равнодушна к этому. Мне не Порошенко давал Героя Украины, а украинский народ.

Из открытых источников

Если я хотела бы подтвердить, герой я или не герой, я бы показала письма, которые мне написали люди: "Надежда, вы наш герой". Если показать таких 2 миллиона подписей - этого достаточно для того, чтобы защитить звезду Героя Украины? Порошенко – это человек от начала до конца фальшивый. Это жадность, лицемерие, отвращение. Я могу об этом говорить, потому что я знакома с ним лично. Я говорила об этом еще до того, как он меня посадил в тюрьму. Я уже тогда это в человеке видела и молчать не могла. И мне очень жаль, что такие люди возглавляют наше государство, хотя и в какой-то исторический промежуток времени. Потому что эти пять лет – это огромные потери для исторического будущего нашей страны.

- Многие с вами не согласятся, и они имеют на это право.

- Люди очень сильно повелись на "Армія, мова, віра". Многие люди считают, что он сделал украинскую церковь, укрепил и профинансировал армию, принял закон о языке. Когда им говорят, что Порошенко ворует, они отвечают: "Да, ворует, но ни один из президентов не сделал нам церковь".

- С 1 июля следующего года должен заработать рынок земли.

- Это узаконенное преступление. Когда украинская земля потеряла хозяина, а наша земля – это же золото, то сразу нашелся тот, кто понял, что золото на дороге лежать не может. Появились теневые агрохолдинги – это были преимущественно депутаты, политические партии, которые забирали землю, переоформляли ее по "серым схемам", - и таким образом землю начали захватывать. Это не первый раз, когда украинцы обращаются за землей, - был бум в 2013 году, но тогда люди ничего не получили. Когда сейчас сказали, что мы принимаем рынок земли, то они просто узаконили существующий "схематоз". "Слуги народа" этим законом дали толчок еще и другим схемам. Сейчас те, кто владел землей, оформит ее уже по закону. Для этого нужно 500 студентов, по 500 грн, чтобы они получили землю. К сожалению, они сейчас дали толчок к тому, что никакого честного фермерства в Украине не будет. Малое фермерство выжить не сможет – вся земля будет скуплена национальными транскорпорациями, которые и до того через подставных лиц в Украине работали. Я – за банк земли. В Конституции написано, что земля – ​​это национальное богатство. Это означает, что она принадлежит многим поколениям. Я считаю, что вся земля должна быть только государственной и предоставляться в пользование своим фермерам. А частной земли должно быть ровно столько, чтобы ты себе посадил огород, который можешь сам, своими руками обработать. А если промысел, то в аренду, и можно даже не брать арендную плату, а просто давать человеку, чтобы он работал. Но тогда брать налог с урожая, по продажам.

- Когда в 1996 году в Украине началось распаивание колхозных земель, то и на фермеров односельчане смотрели враждебно. Но прошло время, и все иначе. Может, так же будет, когда введут продажу земель? Может, дозреем?

- С точки зрения человеческого сознания – может быть. Если завтра всю нашу землю скупят иностранцы, наши люди будут туда ходить на работу. Но с точки зрения государства, нет у вас морального права просить украинский народ защищать территориальную целостность Украины, если ее целостность и ее территория не принадлежат украинскому народу. Защищать поля какого-то монополиста из какой-то далекой страны? Вы здесь проживаете, потому что он вам позволил, как господин рабам, проживать здесь. Если начнется война, вы пойдете защищать его поле? Нет. Не может быть такого понятия, как рынок земли. В принципе не может продаваться территория государства. Территория государства может быть временно потеряна, как мы сейчас потеряли временно Крым и временно оккупированные территории, их завоевали войной. Но территория не может просто сознательно и нагло продаваться. А для чего содержать государство, если в ней, этой стране, ничего не принадлежит?

Новости по теме

- С 24 по 31 мая КМИС провел опрос в телефонном интервью относительно ностальгии по СССР. 50,1% украинцев не жалеют о распаде СССР. Но 33,3% жалеют. Относительно аналогичного вопроса: в России более 60% жалеют о распаде СССР. В Украине доля таких людей уменьшается ежегодно.

- Мы в последнее время так много кричим о Союзе, так часто в телевизионной пропаганде вспоминаем то прошлое и так часто сравниваем, что люди, наверное, начали вспоминать, что оно когда-то было. Нация молодеет, молодежь не знает, что такое Союз, и грустить им не за чем. Были прекрасные фильмы, но я не знаю, зайдут ли они молодому поколению, если они с родителями те фильмы не смотрели.

- Украинскому кинематографу не удается переплюнуть фильм Быкова "В бой идут одни старики".

- И не переплюнут. Фильмы военной тематики будут всегда точными, если они очень реалистичны. Надо иметь смелость снимать такие фильмы. Еще бывают хорошими эти фильмы, если точно выражена пропаганда, которая заряжает идти в бой. Украина пока не мастак ни в одном, ни в другом.

- Если бы сохранился СССР, кем бы вы были?

- Монтажником-высотником, летчиком или моряком. Я люблю высоту, люблю скорость.

- Вы как-то говорили, что намерены вернуться в армию?

- Я вернусь, если будет война. Я стою на учете в военкомате как офицер запаса. Вернуться в ВСУ, какими они сейчас есть, с натовскими стандартами, которые, я не думаю, что укрепляют Украину, и тем более с тем стратегическим бюллетенем, который мы имеем, куда будет двигаться наша армия, я не вижу сейчас особой необходимости служить в таких ВСУ.

112.ua

- Сейчас многие с вами не согласятся.

- Я не вижу необходимости для себя. А служить есть кому, и служить нужно. Мне нравится, что молодые ребята идут на срочную службу, подписывают первый контракт, потом еще один контракт, служат шесть лет и идут из армии. Они не идут учиться на офицеров, но при этом шесть лет – это реально научиться военному ремеслу. Они служат тот период времени, пока они молоды и здоровы. А дальше они могут создавать семью, бизнес, работать. Но вдруг, если есть какая-то опасность, они всегда готовы. Такой подход это именно то, о чем я говорила: что нужно создавать частные военные кампании, которые не должны быть задействованы на территории Украины, они не должны быть олигархическими охранными фирмами, не должны быть организованными преступными бандами. Они должны использовать свой опыт за рубежом, а в Украине проводить учения, возможно, вести охрану важных объектов, таких, как АС, а вся армия должна быть народной. Каждый человек должен отдать часть себя службе в ВСУ, но оставаться кадровым военным – это только по призванию души.

- А чего сейчас не хватает украинской армии?

- Ему не хватает ничего в том смысле, в какой армии служила я. Просто я переросла, я хочу служить в другой армии, с другим мировоззрением. Я хочу построить ту армию, которая может защитить государство. Я хочу, чтобы это было интеллектуальная армия. Очень сильно не хватает интеллекта в управленческих решениях.

- Но интеллект по команде не приходит.

- Он развивается. Здесь не идет речь о том, чтобы каждый солдат читал Шекспира наизусть. Но должны быть высокотехнологичные ракеты, и людей надо учить тактике. Чтобы выжить, надо уметь выкрутиться.

- Появились новые звания, новые знаки, новая униформа.

- Отменить звания и должность могут, но суть прапорщика в армии никто никогда не искоренит. Всегда кто-то будет иметь связку ключей, будет стоять на складах. Я думала, что воруют прапорщики, а как, я теперь вижу, воруют в политике, то прапорщики – святые люди.

- Что сейчас с вашим делом по подготовке теракта?

- Находится в судах и отложено до осени. За целый год движения нет. Если ты занимаешься политикой в нашей стране, то власти всегда выгодно, чтобы на тебя было какое-то уголовное дело. Это всегда крючок. Я не думаю, что его будут закрывать, но, в принципе, оно уже никому не нужно из-за отсутствия состава преступления.

- Но если его закроют из-за отсутствия состава преступления, то дальше надо спрашивать с тех, кто его открыл.

- Я знаю с кого. Это некий Рувин, который возглавляет единственный в Украине Институт судмедэкспертизы. Он получил ордена от Порошенко за то, что очень хорошо закрывал Рубана и Савченко. Как оказалось, он – мошенник, он незаконно является участником боевых действий. Далее следует разобраться с Луценко, Матиосом, Порошенко.

- В своем автобиографическом очерке "Кто и что для меня независимость Украины" Николай Винграновский писал: "10 лет нашей Независимости! Их еще будет и сто, и двести. Но эти первые 10 – для нас самые живые". Вы держитесь за эту веру Винграновского в сотни будущих лет независимости Украины?

- Я верю в вечность. Но я согласна, что первые десять реально были наиболее живыми. Они были под эпохой надежды. Затем в людях начала проявляться реалистичность. Я верю, что Украина проживет и 100, и 200, и 1000 лет, потому что мы, украинцы, будем иметь корни в вечности. Мы жили, как говорил Ющенко, от трипольской культуры, и будем жить вечно. Переживем всех врагов.

- Я благодарю вас за беседу и поздравляю с Днем Независимости Украины.

- Спасибо, поздравляю всех зрителей.

Источник: 112.ua

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>