Не все патриоты бьют себя в грудь, и разделять людей по этому признаку - преступно по отношению к стране

Не все патриоты бьют себя в грудь, и разделять людей по этому признаку - преступно по отношению к стране
112.ua

Анна Герман

Народный депутат Украины V, VI, VII созывов

Мага: Бывших политиков, как и бывших журналистов, не бывает. И когда работаешь с ними в кадре, всегда должен помнить: если ты пробуешь читать их, как книгу, знай, что в этот момент, возможно, немножечко читают тебя. У меня в гостях украинский политик Анна Герман.

Приветствую вас. Когда я решил пригласить вас на это интервью, я знал, что вы позвоните или я позвоню вам. Поскольку вы к этому очень скрупулезно относитесь. Вы сказали, что вы не хотите говорить в записанной программе на темы злобы дня, потому что буквально в течение 1-2 дней все меняется. Скажите, пожалуйста, не тяжело ли жить в стране, где нельзя прогнозировать буквально ни на один день ничего?

Герман: Я могу прогнозировать на месяц, на один день не могу. Я могу, например, сказать, что после следующих парламентских выборов у нас будет, вполне вероятно, коалиция Зеленский – Вакарчук.

- Еще таких прогнозов не было.

- И не удастся достичь той цели, которую ставили многие люди, которые считали, что будущее Украины – это будущее нейтрального государства. Эти выборы поставят Украину в такие рамки, что сохранить курс на ЕС и НАТО мы будем вынуждены, и это будет уже на очень долгую перспективу. Мой прогноз таков, что тот шанс, который был у украинской оппозиции, изменить украинский курс Украины, вернуть Украину в нейтральный статус, чтобы пользоваться и с запада, и с востока, чтобы зарабатывать на этом самом своем географическом положении, будет потерян. И вина в том также оппозиции, в том числе.

- Это был эпиграф о многовекторности, мы к этому вернемся. Как называется населенный пункт, в котором вы родились?

- Он назывался Колодрубы, это на реке Днестр. Говорили, что когда-то через Днестр можно было перебраться по трубе. Я родилась на Днестре.

- А оно древнее поселение?

- Да. И там поблизости древний поселок, в котором еще не делали раскопки, но о котором много говорили. Неподалеку была немецкая колония, и в той колонии работал мой прадед, по маминой линии. И там он женился на немке, которая была дочерью Бауэра, и его приняли как зятя. И таким образом моя прабабушка, по маминой линии, была немкой.

- Каждый раз хочется понять путь человека, который жил там, потом был тут, потом третий путь. Село вокруг вас было, условно говоря, бандеровщина?

- Я написала об этом книгу, и эта книга вышла в Бельгии, на французском языке, и она получила литературную премию Солензара во Франции, и там есть о том прошлом, о прошлом украинском селе, которого уже нет. О тех традициях, о том, как жили люди, что они любили, за что они отдавали свою жизнь.

- Какой была ваша семья? Когда умер папа, вы были совсем юной, правильно?

- Я была маленькой девочкой, мама осталась, ей было 36 лет. Я была старшая, и когда мама не могла спать после смерти отца (ему было 40 лет, когда он умер), я читала ей вслух Цвейга. Утром я шла в школу. Мне было 12 лет.

- Чем занимался папа, чем занималась мама?

- Мой папа был из хорошей богатой украинской семьи. Его старшую сестру осудили на Воркуте как политическую. Мама была из бедной семьи, и она была более просоветская. Ее семья была беднее, и они были немного других взглядов.

- Как они мирились с этим?

- Моя мама была очень красивая и очень талантливая. И папа и мама писали стихи. Папа ее очень любил, и эта любовь сглаживала их разные взгляды на ту действительность, которая была. Это не было просто, но любовь побеждает все. Так говорили древние римляне. И я думаю, что сегодня складывается та ситуация в Украине, когда любовь может победить эти различия между людьми. И когда я говорю о будущей коалиции Зеленский - Вакарчук, я, собственно, на это надеюсь. Потому что я вижу двух молодых людей, которые умеют любить. Которые не обременены стереотипами. И которые могут победить ненависть любовью. То есть вся проблема старой команды, которая отошла, была в ненависти. Они потребляли ненависть, каждый день, они пользовались ненавистью для побед. Они думали, что это победы. А ненависть не может привести к победе. Ненависть может привести к еще большему расстройству.

- А разве президентские выборы не породили ненависть, иногда даже в семьях? Я знаю людей, где в семьях перестали общаться между собой.

-  Возможно. Но Вакарчук заступит то место. И Вакарчук забьет гвоздь в гроб украинского лукавого патриотизма.

- А почему он лукавый?

- Потому что он был лукавый. Порошенко и его команда любили Украину на словах. Они любили себя в Украине, а не Украину в себе. Меня нет ни в каких списках, я люблю всех. Я очень грущу по оппозиции нынешней. У меня нет и не будет мандата, потому что уже есть тот мандат в сердце.

Новости по теме

- В вашей семье была женщина, которая знала, что такое Воркутлаг. Вы слышали какие-то разговоры касательно этого?

- Бесспорно. Когда возвращались украинские политические заключенные, я была уже девочкой, которая понимала.

- Каким было ваше отношение к советской власти в тот момент? Была ли какая-то оппозиционность, протест внутренний? Потому что когда я узнал, что делали с моим дедом, то у меня песок из зубов сыпался, когда я думал о Советском Союзе. Когда открываешь "Википедию", читаешь, что Анна Герман известна своими украинофобскими взглядами. У меня большой вопрос: кто писал это, действительно ли они украинофобские? Я хотел бы расшифровать сегодня взгляды Анны Герман для тех миллионов людей, которые нас будут смотреть. Юная девочка Анна. Как вы смотрели на мир тогда?

- Я смотрела глазами тех людей, которые были со мной рядом. Брат маминого отца тоже вернулся из Сибири. Но я видела и другое. При том всем, что советская власть на западных землях была довольно жестокой к местному населению, она открывала для этого населения перспективы. Я, девочка, которая потеряла отца, у которой не было совсем никаких возможностей в жизни, добралась до университета, факультета журналистики, потому что я умела писать. Я с седьмого класса публиковалась. И зарабатывала какие-то копейки в газетах, публикуя свои маленькие заметки, маленькие статьи. И это было значительное дополнение в наш бюджет дома.

- А вам говорили когда-нибудь, что вы неблагонадежная, или такой штамп – член семьи врага народа?

- Да, конечно.

- Я смотрю по тем элементам биографии: в вас должна была родиться такая пламенная, абсолютно искренняя патриотка и националистка. Или вы видели лукавство как с одной, так и с другой стороны? Как формировалось это?

- Для меня настоящую Украину открыли люди, которых я встретила на Донбассе. Когда Дмитрий Павлычко говорил, что из донецкого террикона Украину лучше видно, чем из львовского Высокого замка.

- Олесь Гончар немножко другое говорил.

- И когда я первый раз поехала на Донбасс, а это было, когда я стала пресс-секретарем премьер-министра Украины, и там произошла страшная трагедия на шахте - погибли более 80 человек тогда, я увидела тех женщин, вдов шахтерских, на кладбище. Я увидела, как они не плачут. Какие они достойные в своей большой трагедии. Какие они устойчивые, благородные. Я вспомнила слова из поэмы Леси Украинки: "Королівно, ясна панно, майте гідність і в жалобі".

И там, на Донбассе, я увидела тех королев в лице женщин, которые потеряли самое дорогое, потеряли кормильца своей семьи. Кто сыновей потерял, кто отца. Это страшные трагедии, и я видела, как держатся в этом люди, эти женщины. И я хотела у них научиться. Я знала, что когда у меня в жизни будут испытания, я хотела бы так принимать те испытания, как принимают жены шахтеров. И это открыло для меня другую Украину. Восточная Украина открыла для меня другую Украину. И я стала шире смотреть на эту землю. Я не перестала больше любить Западную Украину, но я поняла, что если ты смотришь на наше государство только с высоты львовского Высокого замка, ты очень ограничен.

- Я с вами абсолютно согласен, но хочу сказать, что сейчас по Украине очень многие женщины так же задыхаются плачем, когда им привозят убитых бойцов оттуда. Вы понимаете?

- Я понимаю. Это страшная трагедия. Для них я тоже могу повторить эти слова Леси Украинки: "Королівно, ясна панно, майте гідність і в жалобі".

- И когда я смотрел те картинки из Мариуполя, как останавливали украинских воинов очень много вот таких женщин, которые были там, на Донбассе, и которые немного не выделили для себя Украину, как Родину. Они все равно живут в том времени, когда они были немножко моложе, мужчины более привлекательными, когда обеспечение от Советского Союза было абсолютно колоссальным.

- Петр, прости, но от того, что ты не осознаешь, что твоя земля называется Украиной, ты не меньше любишь эту землю, где ты живешь. Ты не меньше отдаешь ей сердца, ты не меньше отдаешь усилий для того, чтобы воспитать для нее детей. Ты не меньше работаешь, чтобы заработать на хлеб и приумножать богатства этой страны. Не обязательно иметь в душе бренды: Украина, трезубец. Это придет когда-то, а может, не придет. Но от этого ты не перестаешь быть гражданином этой земли и хозяином этой земли, на которой ты родился. И это неправда и неправильно, когда начинают разграничивать, когда начинают делать какую-то градацию: ты патриот, а ты не патриот, ты любишь Украину, а ты не любишь Украину. Нет, это неправильно. Это преступно по отношению к нашей земле, потому что она разная. И в разных ее регионах живут разные люди. С различными традициями, которых родители воспитывали по-разному, которым пели различных колыбельных их матери, на разных языках. Если мы не будем принимать этих людей, понимать, что все они наши и все они не меньше любят Украину, чем патриоты, которые бьют себя в грудь, то мы потеряем наше государство в его разнообразии. А как мы потеряем наше государство в его разнообразии, то нам останется Киевская губерния и еще может несколько областей.

- Мне ни в коем случае не хочется терять разнообразия, потому что мы видим, сколько народов просто пропало с карты земли. Но, моя мама сейчас находится в санатории. Приходит женщина, садится и говорит: "Здравствуйте! Когда вы уже перестанете стрелять? Я из Донецка". Первое желание у моей мамы было спросить: "А что, донецкая госпожа, вы делаете на украинской территории в санатории, если вам здесь так сильно не нравится?" Далее она говорит, что она получает пенсию и с украинской стороны, и с российской.

- Если бы я имела возможность сделать так, чтобы люди получали еще и немецкую, и американскую пенсию, я бы им это сделала. Потому что та пенсия такая мизерная и с той, и с той стороны, что надо брать у всех, у кого можешь. Потому что нужно как-то выжить тем людям.

- Когда та бабушка говорит, что они уже ни в коем случае не хотят Украину, потому что они себя хорошо чувствуют с получением еще и российской пенсии, то это уже не то что лукавый патриотизм - это его полное отсутствие.

- Я не склонна измерять патриотизм и говорить, он такой или сякой. Я думаю, что ваша мама умная женщина. И что она сумела расположить сердце. Не надо ничего объяснять, надо просто расположить человека таким, какой он есть. Любить, и на любовь всегда откликнется любовь. Не пытайтесь кого-то убедить, кого-то научить, не пытайтесь кого-то склонить к вашим убеждениям - просто любите его. И любовь даст свой плод. И вы увидите, что сначала осторожно, сначала настороженно, с сомнениями, со страхом будут слушать то, что вы говорите. Но, шаг за шагом, к вам все больше и больше будут поворачиваться. Я говорю это со своего опыта. Пять лет назад я была в очень серьезной, неинтересной ситуации. После того, как пала власть Януковича, как он уехал, бросил, убежал, и люди относились ко мне, как к символу этой власти. И это было действительно очень тяжело.

- Как это проявлялось? Вам говорили разные неприятные вещи?

- Нет, мне не говорили неприятные вещи, но не надо говорить, чтобы понимать это. Однако шаг за шагом я шла к тем людям. Я ничего от них не хотела, я просто пыталась сделать для них что-то хорошее. Чтобы они почувствовали мою любовь. К каждому, к злейшему врагу. И так немного времени прошло, всего пять лет, а для меня открылась Украина, открылись человеческие сердца. Мне не надо сейчас депутатского мандата - я имею его в сердце. Я имею доверие людей. Я имею очень много друзей и много людей, которые говорят: "Госпожа Анна, возвращайтесь, потому что мы вам верим". Это очень важно. Но я никогда никого не убеждала, что я права, что вы меня, может, неправильно судите. Надо принимать весь суд людей.

- Я никогда не стрелял в человека, не направлял на него оружия, но я вас уверяю, что эти военные события и все остальное, и та обработка бесконечной пропагандой, которая происходит, она ​​страшная. В этом кресле находился политик, которого все время обвиняют в пророссийской позиции, Виктор Медведчук, и я говорю: "О российских каналах, о пропаганде будем говорить?". И он говорит: "Она доведена до абсурда". И я думаю: "Слава Богу, хоть здесь не надо оправдывать ничего". Я не уверен, что если я с любовью пойду на Донбасс, которому я написал песню "Шахтерские жены", которую пели на всех шахтерских праздниках, что там не найдется того, кто без раздумий просто не выпустит в меня очередь из автомата.

- Найдется. Когда Иисус пришел на землю – он пришел спасать нас от греха, а люди распяли его. Но он своей любовью и своей смертью победил смерть. И он дал нам эту идею бескорыстной любви. Которая побеждает все, поверьте мне

Новости по теме

- А я не хочу идти к маргиналу со своей любовью, для того, чтобы умереть.

- Не идите. Это ваш выбор.

- А сколько должно умереть людей, чтобы маргиналы поверили…сколько легенд за эти пять лет разрушилось. Нам говорили, что Донбасс нас кормит – Украина не умерла без Донбасса. Без того огромного количества предприятий, которые там остались.

- Я люблю тех людей, я их знаю. Я имела счастье узнать людей на Донбассе, и я знаю и люблю их.

- Сколько концертов мы отъездили в свое время – я помню, как нас встречали. Мало того: я знаю, что 25% этнических галичан живут на Донбассе, которых в свое время туда привезли. Они там работали. У каждого из них есть какая-то страшная история, что они бежали, потому что им вслед стреляли, что они приезжали во Львов, обратились на русском языке, а им хлеба не дали. Я, когда слышу эту лживую ерунду…

- Я не пришла сюда спорить с вами о том, какие плохие люди живут на Донбассе и какие хорошие люди живут во Львове. Потому я считаю, что и во Львове, и на Донбассе прекрасные люди. Есть и другие, не прекрасные люди, и там, и там. Я не пришла сюда разрушать какие-то легенды, какую-то пропаганду, но я даю вам ответ: надо прекратить стрелять. И вы увидите, что пройдут десятилетия и все станет на свои места. Люди обижены. На земле, где погибло более 13 тыс. людей, нельзя удивляться, что в сердцах многих живет ненависть. Эту ненависть можно растопить вниманием, любовью, но когда мы осуществляем блокаду Донбасса или говорим, как это было раньше, что людям на Донбассе не надо давать пенсии, а Крыму перекрываем воду, то это не даст нам на будущее привязанности и симпатии тех людей. Надо работать на будущее. В нашей ситуации, когда Украина, как вы говорите, не умерла без Донбасса, я думаю, что значительная часть ее отмирает без Донбасса. Потому что Украина была больше и сильнее с Донбассом. А когда отмирает что-то отмирает, Крым отмирает, нас становится все меньше и меньше – Украина уменьшается. Поэтому я бы не была здесь столь категорична. И я повторяю вам, что на все есть ответ: отношение хорошее к людям. Вот сегодня имеем ситуацию, когда новый президент, симпатичный человек, и я верю, что у него получится, но, может, ему иногда надо подсказывать, потому что он начинает мне напоминать такого капризного принца. Он говорит людям: я сойду с ума, там, на Банковой. Я хочу новую АП. Мне кажется, что президент должен сначала подумать, а куда деться тем сотням, если не десяткам тысяч людей, бежавших от войны, потерявших жилье, которым совсем некуда деться. Пусть президент сначала думает о людях, а потом о себе. Если у тебя такие слабые нервы, что ты можешь сойти с ума только от того, что ты находишься в помещении, которое тебе не нравится, тебе незачем идти в президенты. Мой опыт и мой возраст дают мне право это подсказать молодому президенту. Потому что перед ним большое будущее. Я в первый день после инаугурации зашла в кабинет президента Януковича и сказала: господин президент, вот я приготовила драфт вашего обращения к украинцам. Там было написано, что "все униженные, обиженные, бедные люди, которые вышли из низов и ничего не достигли в жизни, сейчас могут быть спокойны, потому что у них есть я. Я буду их защитником, потому что я также вышел из низов. Я точно так же вышел из низов, я все это знаю, и я всегда буду для вас тем, к кому вы всегда можете прийти за правдой и помощью". Президент мне сказал: "Не надо меня, Анечка, делать королем нищих". И когда я сегодня слышу, что новый президент капризно-капризно говорит, что мне это не нравится, эта администрация, мне надо построить новую, я, конечно, не буду брать деньги в бюджете, но где-нибудь найду эти деньги, чтобы они были чистые, и построю себе новый офис, я хочу сказать: господин президент, постройте какой-нибудь дом из этих денег для тех людей, которые сегодня без дома. Постройте для тех, чьи родители погибли на Донбассе. Подумайте сначала о них. А потом о том, сойдете вы или не сойдете с ума. Держите свои нервы в кулаке, потому что вы пришли в тяжелую страну. Вы пришли в тяжелую ситуацию. И вас в спину никто не толкал. Это был ваш выбор.

- Я до сих пор понять не могу, как могло случиться, что такая огромная территория таких умных светлых людей, с музыкантами, учеными, с людьми, которые делали серьезный бизнес и которые сделали Донецк очень красивым, как эти люди могли допустить, в один момент, что ими стали командовать люди совершенно иного интеллектуального уровня. И вся их сила и могущество их мнения заключаются в наличии автомата Калашникова в руках.

- Мой друг, не забивайте себе голову этим – смотрите вперед. Тратьте свою молодую энергию, свой интеллект для того, чтобы что-то сделать для будущего Украины. Это уже довольно тяжело выяснить и должно пройти время. История все расставит на свои места. Мы будем знать и понимать, как это произошло, почему это произошло. Об этом будут думать и заботиться те, кто придут после нас. Наша задача – позаботиться о будущем Украины. О том, чтобы она не посыпалась, не развалилась. О том, чтобы как-то ту ненависть свести на нет, чтобы люди начали доверять и любить друг друга, не на словах, а делами. Я думаю, что в этом есть большой вопрос: что сделать для завтрашнего дня Украины. А день вчерашний – он такой, какой есть. Сделать выводы и идти вперед.

- Если мы не будем знать природу того, что произошло в Крыму и на Донбассе – я очень боюсь, чтобы что-то подобное не "вспухло" на остальной территории.

- Мы будем знать. Это невозможно сейчас. Должно пройти время. Должны немного остыть эмоции. Мы должны посмотреть на все это с высоты птичьего полета – может, наши души будут видеть все это лучше. Может, наши внуки и правнуки сделают свои выводы. Слишком горячи события, слишком живы раны – они еще кровоточат, чтобы нам быть объективными. Поэтому давайте примем сейчас ситуацию, которая есть, реально на нее посмотрим, оценим шансы и подумаем, как выйти из этого.

- Даже если мы будем оппонировать друг другу, любить друг друга, мы, как люди с высшим образованием, как двое людей, которые уважают мнение друг друга, мы всегда можем сесть и переговорить между собой. У нас огромное количество людей, которые потеряли своих родных, как с этой стороны, так и с другой. Вот это не дает мне спать. Эти люди никогда не простят. Возможно, кто-то переступит через себя. Как этих людей примирить?

- Я в августе должна лететь в Руанду вместе с моими единомышленницами, лидерами со всего мира. И среди них – госпожа Грейс Нелсон, жена Билла Нелсона, многолетнего сенатора, председателя комитета по развитию космоса. Он был губернатором, затем – астронавтом. Под ее руководством наша делегация поедет снова в Руанду, так как несколько лет назад, собственно, Грейс Нелсон и этим женщинам, к грозди которых и я принадлежу сейчас, удалось сделать первые шаги по примирению тех племен в Руанде, которые устроили геноцид. Это опыт Руанды, и он был бы очень полезен для Украины. Это опыт как простить друг друга. У меня есть подруга, она работает главой администрации президента Руанды, и она тоже входит в это международное женское движение. Ее мама была по ту сторону баррикады. Она была среди тех, кто истреблял то племя, из которого происходит президент Руанды. И он взял ее дочь к себе своей первой помощницей: в знак того, что он готов простить и нужно примириться. Таких примеров там очень много, и пример Руанды для Украины неоценим. Жаль, что мы не обращаем внимания на такие вещи. Словом, нет шансов без примирения и прощения. Нет шансов на будущее. И это показывают истории многих стран, многих трагедий. Без прощения нет примирения. А без примирения нет будущего. Примеры примирения и прощения должны исходить от лидеров. Они должны исходить от духовных лидеров.

- И образованных людей.

- Они должны исходить от интеллектуальной элиты. Хотя я знаю, что среди абсолютно простых и необразованных людей есть очень благородные люди, которые могут еще нас всех поучить этому высокому духу: как жить, как прощать, как примиряться. Я знаю это, я видела людей, встречала их в своей жизни, училась у них. И поэтому я никогда не соглашусь с тем, что в Украине невозможно прощение и примирение.

- А вам не кажется, что практически каждая власть, которые были в Украине, немножечко работали на "обыдление" людей, на уменьшение их уровня вознания?

- Не только власти. Я думаю, что многие работали на то, чтобы Украина, общество украинское, опускалось.

Новости по теме

- Им казалось, что так легче управлять, не так ли?

- Вы смотрите, кого поднимали у нас все время и поднимают до сих пор, когда речь идет об украинской культуре. Тех, кто показывает вот тех рагулей. Украинская культура – это, мол, для рагулей. И это культивируется, это нужно, чтобы страна, украинцы, не могли собой управлять, и к нам приглашают министров из разных стран, и все время у нас советники, и все время кто-то позволяет говорить Украине, как она должна жить. Это тоже унижение украинского народа. И самое большое унижение было при власти Порошенко, который говорил, как он любит Украину, какой он патриот Украины, вся его команда кричала об этом постоянно, ежедневно, носили вышиванки, но приглашали к нам министров из Грузии, из Америки, потому что украинцы такие тупые и глупые, что им надо где-то в Европе выносить горшки, а собой порулить они не могут. Это та самая политика по размыванию и унижению украинского достоинства, и ведется она с самого начала украинской независимости. Потому что независимое украинское государство, сильное не нужно нашим соседям ни с запада, ни с востока. На западе будут нас гладить, если мы будем горшки им мыть и прислуживать, а на востоке тоже не хотят, чтобы мы были очень самостоятельны. Чтобы мы были теми глупыми хохлами, которым можно всего набросать. Вот поэтому нас никто не поддерживает. Только мы сами можем поддерживать и развивать себя. А если мы будем собачиться между собой, то этого никогда не будет в Украине. Мы всегда будем чьей-то колонией. И то, что я сейчас вижу, так это то, что Украина формально сейчас еще остается независимой страной, но де-факто она, по сути, колония.

- Никогда я не видел испанца, немца или австрийца, который бы врывался к нам в дом через пропагандистские каналы и пропаганду и втехивал бы нам в голову образ глупого хохла.

- Коллега, вы забываете историю. Вы забываете украинско-польскую войну. Вы забываете, что румыны делали на Буковине, что венгры делали на Закарпатье. Пока нет момента, соответствующего, до тех пор к нам относятся вот так. Не надо идеализировать Запад. Я хорошо знаю Запад.

- Война, противостояния – это да. У меня село всегда переходило из рук в руки. Приходили мадьяры, чехи, немцы. Затем Советский Союз вошел.

- В ваше село все приходили, но это вам не помешало говорить на украинском и вашим родителям остаться украинцами, верить в свою страну. Украинский народ живуч, украинская душа – вечна. Я была недавно в Израиле, там была встреча в Кнессете, а затем должен был быть молитвенный завтрак с президентом Израиля, но в тот день умерла его жена. И выступал один депутат перед нами в Кнессете и сказал: "Я всегда говорю по-еврейски, потому что в раю говорят по-еврейски". А я подумала, что в детстве я спрашивала свою бабушку: а матушка Божья на каком языке говорит? А моя бабушка говорила: на украинском. Я думаю, что в раю говорят на всех языках, потому что Господь понимает все языки. Но каждый из нас должен так любить свое, чтобы ему казалось, что в раю говорят на украинском или русском, или немецком. И это наше убеждение и эта наша цена своего, она позволяет нам проходить через тысячелетия и проносить идею нашей Родины, нашей страны, нашей земли, нашего народа. Именно это осознание, что в раю говорят именно на том языке, на котором тебе мама пела колыбельные.

- Уважаемые друзья, это была Анна Герман. Я вам очень благодарен, госпожа Анна, за то, что вы нашли время.

- Спасибо за приглашение и за терпение.

Источник: 112.ua

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>