112.ua

Влащенко: Сегодня события недели мы обсуждаем с народным депутатом Украины Сергеем Тарутой.

Здравствуйте. В новой Конституции предлагается, чтобы органы местного самоуправления подчинялись напрямую президенту. Как это возможно, сообразно с анонсируемой децентрализацией?

Тарута: Президент в своей инаугурационной речи обещал, что он отдаст часть полномочий, которые есть у президента. И это необходимо, потому что у нас реально есть конфликт между тремя ветвями власти. И как раз этот вариант Конституции показывает, что президент перетягивает часть власти на себя. Это - опасный прецедент. Тот вариант, который дал президент - он не пройдет в парламенте. 

- В анонсируемом изменении Конституции следует, что для изменения статуса Донбасса будет достаточно 226 голосов. Не опасно ли это?

- Считаю, что опасно. Думаю, что это тоже не пройдет. Хотя, мы взяли на себя обязательства в рамке подписанных минских соглашений и должны их выполнять, но, при условии, что будут выполнены предыдущие три пункта, которые дадут возможность проводить выборы по украинскому законодательству и под контролем. Если это сейчас невозможно, тогда лучше эту тему отложить, пока не будут выполнены первых три пункта.

- Поддерживаете ли вы Жебривского по теме амнистии для людей, которые не участвовали в военных преступлениях?

- Здесь дебаты уже излишни, потому что мы это подписали еще в первом пакете минских соглашений. Без этого невозможно - нам, в любом случае, нужно объединять всех. Если мы хотим скреплять страну, то прощение должно быть.

- Эксперты говорят, что эти люди попадут потом в органы местного самоуправления. Видите ли вы опасность в этом?

- Определенная опасность есть. Но, местные выборы формируют местную власть. Если эти представители не будут соответствовать задачам, которые избиратели поставят перед ними - их переизберут. Местные выборы регулируют работу в рамках той территории, где их выбирают.

- Как вы относитесь к идее  создания комиссии по Донбассу?

- Я в декабре месяце инициировал создание временной комиссии по стабилизации социально-экономического положения на Донбассе. Мы до марта согласовывали членов этой комиссии, практически все решили, но до сегодняшнего дня Гройсман не выносит этот проект постановления в парламент. Он пытается заигрывать с "Оппозиционным блоком" и  хочет отдать им эту комиссию, чтоб они ее возглавили - а парламент не желает этого. И, к сожалению, мы имеем 3 месяца абсолютного игнорирования проблем Донбасса. У нас этим никто не занимается ни в Кабмине, ни в АП, ни в парламенте.

- Как вы относитесь к тому, что в ВР постоянно нарушается регламент?

- Это все грустно и обидно. Избиратели разочарованы в эффективности работы парламента. Коалиция подписала коалиционное соглашение. С точки зрения достижения целей - там все нормально. Но, вместо того, чтобы каждый день выполнять, как домашнее задание то, что записано в коалиционном соглашении, мы занимаемся не теми делами. Потому что, видимо, установка, политическая, совершенно другая. На сегодняшний день, за все разумное, парламент может получать сразу 300 голосов. Хотя ничего реформаторского мы не голосуем, но некоторая косметика нам нужна. Более того, когда премьер приходит и шантажирует парламент, что нужно проголосовать законы для МВФ, парламент голосует. Но, к сожалению, результата мы не видим, нет политической воли для того, чтобы делать реальные реформы. Между лидерами фракций постоянно происходят какие-то договоренности, и эти договоренности не дают парламенту ясности, что будет голосоваться в этот день. Бывает, что мы готовимся по одной повестке и проектам законов, а нам в 11 часов меняют повестку, объясняя это указанием или целесообразностью. Регламентом много чего запрещено, но мы это делаем. Если есть целесообразность, то в ее рамках мы очень часто игнорируем регламент.

- Что вы скажете о законе 1558?

- Он абсолютно непроработанный, популистский. Нет в стране ресурсов для того, чтобы его выполнять. Он никогда не будет работать. Должна быть четкая позиция - это интересы Украины, или нет. Этот закон вообще нельзя было выносить в зал.

Новости по теме: БПП: Закон о реструктуризации валютных кредитов могут переголосовать на следующей неделе

- А возможно было сделать такой закон, который не ударял бы по банковской сфере, возможен ли был компромисс?

- Конечно. Заемщик, банк-кредитор и НБУ должны нести солидарную ответственность. Заемщик не виноват в девальвации. Банки хотели заработать на валюте, но заемщик сам брал кредит, его ж никто не заставлял.

- Вы голосовали за правк к Налоговому кодексу, в результате которых пострадали частные пивовары?

- Я не голосовал за это. Если этот запрос касается какой-то отрасли, то нельзя его принимать без учета интересов отрасли, без общения с ней. Такое впечатление, что сегодня Кабмин делает все, что хотят кредиторы. Так нельзя - надо отстаивать интересы своей страны. Нужно вспомнить Лигачева, когда вырубали виноградники, в целях борьбы с алкоголизмом. От того, что мы подняли налог, мы только отрасль в тень загоняем, но не решаем проблему алкоголизма.

- Почему у правительства Яценюка не получается провести реформы?

- Первое - отсутствие четкой программы, на момент, когда голосовали за это правительство. Голосовали за умного, внешне хорошо говорящего Яценюка. Очень много у нас в парламенте тех, кто умеет говорить, а при этом ничего не умеет делать. Второе - та конструкция, которую дали Яценюку - она была убийственная. Яценюк не должен был соглашаться. Он  должен нести полную ответственность, как премьер, и формировать все институции, всех министров. Ему не должны навязывать тех, кто некомпетентен. Идут огромные противоречия, естественно, и ответственность размыта. Кто больше отвечает: коалиция, президент, или премьер? И третье - абсолютная некомпетентность и незнания. Теоретические знания хороши, но практика? Разве возможна ситуация, когда бы на пост председателя федеральной резервной системы США (как у нас НБУ), поставили бы человека, который работал в небольшой инвестиционной компании? У нас на министерства ставят министров, которые имеют образование, но никогда ничем не занимались. И вот прошло полгода, и мы меняем министров. Два уже уходит, но у нас таких 70%. В бизнесе никто не позволит рисковать и поставить человека, который органично не вырос в системе, и не знает эту систему. Только идиот- собственник может такое допустить. Высокоэффективный менеджер, даже замешанный в небольшой коррупции, может быть гораздо эффективнее, потому что он приносит доход. А некомпетентный разваливает всю систему.

- Чего сейчас хотят люди на Востоке?

- На оккупированной территории люди зомбированы, у них большие претензии к Украине, особенно у тех, кто были нейтральны, кто никуда не выходил. Тех, кто выходил и участвовал во всех захватах - их было 15 тыс. на 4 млн населения. Причем, часть была из России, часть из Крыма, все подкупленные. Большая часть имела негативное отношение к киевской власти, и к тому, как произошла смена власти, но при этом они не были против Украины. На референдум вышло всего 20%. 80% были дома. И эти 80% сегодня считают, что их Украина бросила. У них огромные претензии к нам, и настроения там ужасные. На незанятых территориях тоже огромные претензии к руководству действующей власти. Никто не восстанавливает дома, их грабят, к сожалению. Например, военные размещают свои подразделения на земле у фермера, чтобы отражать удары. Но при этом никто ничего не компенсирует. Там зона ущербности, нагрузка больше 220 тыс. переселенцев. В Мариуполе больше 23 тыс. переселенцев - это же нагрузка на местный бюджет. А местному бюджету никто не помогает. Естественно, настроения в отношении действующей власти очень негативные.  

- Вы говорите,  что надо искать общий язык, потому что времени осталось мало. Времени до чего?

- Мы видим отсутствие четкого разрешения вопроса по Донбассу. Нет четкого понимания, что мы делаем там с тем военным конфликтом, который сегодня продолжается. Кроме того, у нас огромные проблемы с платежеспособностью населения и с постоянно закрывающимися рабочими местами. Протестная часть будет возрастать, и мы можем получить третий Майдан. И это уже будет Майдан не буржуазный, не за какие-то ценности, а протестный, пролетарский. И в Конче-Заспе будут жить такие же "захарченко", которые захватили мой дом в Донецке, только в вышиванках. И это будет борьба за то, чтобы все отобрать и сделать всех бедными. Это огромные риски.

- Бизнесы многих олигархов пострадали. А у вас еще что-то осталось?

- У меня все арестовано. Я всегда мозгами зарабатывал, а не политикой. А что касается модной темы - деолигархизации, она очень нравится народу - давайте сделаем всех бедными. Нам нужно сделать правила рынка такие для всех, чтобы не было никаких олигархов. А для этого надо, чтобы работали независимо Антимонопольный комитет, комиссия ценных бумаг, НКРЭ. Тогда у нас не будут появляться те, у кого есть концентрация. Чтобы были четкие правила - если ты во власти, ты должен передать немедленно весь свой бизнес в управление.  Но никак это у нас не получается.

- Вот "Рошен" передали в управление международной компании и все у него пошло хорошо. Может, все всем передать в управление международному бизнесу?

- Президент во время инаугурации обещал все продать. Если нет покупателей - я могу выступить в роли консультанта и найти покупателей. Если ты во власти - ты не должен заниматься бизнесом. Надо бороться не с кем-то, а со старыми, неправильными правилами игры.  Правила должны быть одинаковые, прозрачные для всех. Не борются системно, а борются одни с другими.

Новости по теме: Президент заявил, что намерен вычеркнуть фамилию "Порошенко" из числа собственников Roshen

-  Как провозится уголь на ваш металлургический комбинат в Алчевск?

- Я к Алчевску сейчас не имею никакого отношения. Мы еще в 2010 году продали, и там русские акционеры. Я знаю только, что есть предприятия, которые работают в рамках разрешительной системы, которая есть у координационного центра. В рамках каждого завода есть разрешенная номенклатура и все возится по железной дороге. Но нюансов я не знаю. У меня там оставалось 25%, но в апреле россияне сразу их арестовали, потому что они были у них в залоге. Поэтому, де-юре - они есть, а де-факто - их нет.

- Как себя сейчас должна вести донецкая элита, и какой будет ее судьба?

- Основная часть находится в Киеве. Бизнеса там, практически, уже ни у кого нет. Все уничтожено, и дома захвачены. Многие заводы порезаны на металлолом. Но у всех ожидание возвращения домой.   

- Какой процент влияния у Ахметова на Донбассе, и будет ли он создавать свою политическую силу для того, чтобы вернуться туда?

- На боевиков никто не имеет влияния. Единственное, что они не захватывают большие предприятия, понимая, что там огромное количество людей. Они грабят, режут мелкие предприятия. Для них война - это деньги, грабежи.

- Насколько донецкая элита интегрирована в европейский бизнес в случае эмиграции?

- Многие предприятия интегрированы. Но, на самом деле, это не та интеграция, которая позволит им полностью выживать. А владельцам бизнеса самое главное - найти хорошего менеджера, который будет управлять.

- Вам нравится заниматься политикой?

-  Нет, конечно. Но, это необходимо на сегодняшний день, пока есть угроза.  

- Бываете ли вы в Донецке нелегально?

- Нет. Я там в расстрельном списке.

- Где вы провели последний отпуск?

- Пока нигде.

- Вы любите песни Земфиры?

- Песни ее знаю. Но то, что она сделала - она показала российским артистам, что гражданская позиция выше всего остального.

- Сколько от вашего состоянии у вас осталось, в процентах?

- 0,1%, а может и меньше.

- Считает вы создание новой патрульной службы реформой МВД?

- В какой-то степени - да.

- Любимый композитор?

- Бетховен.

- Любимый город?

- Мариуполь.

- Кого из украинских политиков вы считает проводником интересов гражданского общества?

- Гриценко.

- Смотрели ли вы последнее интервью Януковича?

- Нет. Он не достоин того, чтобы я терял время.

- Когда и кому вы последний раз давали взятку?

- Не давал.

- Самый дорогой подарок, который вы дарили женщине, и кто это был?

- Мама.

- Считаете ли вы Россию агрессором?

- Конечно.

- Встречались ли в последние месяцы с Кихтенко и Жебривским?

- Да.

- Вы считаете правильным назначение Жебривского на эту должность?

- Время покажет. У него есть потенциал, и дай Бог, чтобы он быстрее узнал проблемы Донбасса.

- Три вещи, которые вам удалось сделать в качестве губернатора Донецка?

- Отстоять Донецкую область, Мариуполь. Иметь хорошую команду. Помочь детям, инвалидам, вывезти их во время этих событий.

- Спасибо большое, Сергей Алексеевич.