Третьего Майдана не будет, и люди это понимают

Известная певица, а теперь уже и политик, Анастасия Приходько в эфире программы "Бацман" на телеканале "112 Украина" рассказала о своем вступлении в партию "Батькивщина", об отношениях с Юлией Тимошенко, о приглашении от Олега Ляшко и видении будущего Украины.

Третьего Майдана не будет, и люди это понимают
112.ua

Анастасия Приходько

Украинская эстрадная певица

Известная певица, а теперь уже и политик, Анастасия Приходько в эфире программы "Бацман" на телеканале "112 Украина" рассказала о своем вступлении в партию "Батькивщина", об отношениях с Юлией Тимошенко, о приглашении от Олега Ляшко и видении будущего Украины.

Бацман: Добрый вечер. В эфире программа "Бацман". Приветствую тебя, Настя.

Приходько: Приветствую.

- Я приветствую тебя сегодня не только в нашей студии, но и в новой роли в нашей студии, потому что ты буквально несколько дней назад заявила о том, что идешь в политику, и идешь в команде Юлии Тимошенко и ее партии "Батькивщина". Я хочу тебе процитировать тебя приблизительно полгода назад. Это было в интервью изданию "Цензор", и, отвечая на вопрос, есть ли политические лагеря, в которые ты бы точно не пошла, ты сказала тогда, что именно как раз в БЮТ ты ни ногой.

- Неправда – "Оппозиционный блок" и, возможно, БЮТ.

- Вопрос в следующем: что случилось за полгода такого, что так ты кардинально изменила свои взгляды?

- Это интервью я давала в мае, а потом я ознакомились с "Новым курсом" Украины, который нам представила Юлия Владимировна. Меня он действительно заинтересовал, и я наблюдала, и это действительно новый формат политики, когда возможно все это обсуждать, когда она дает возможность людям, когда она дает возможность всем нам строить государство. Когда можно общаться – откровенно. Это меня заинтересовало. У меня очень много друзей, и мы решили, и я для себя лично решила, что я хочу идти в политику, потому что я ей поверила. Я верю и в себя, в то, что у меня получится это. Я понимаю, что сейчас, как политику, мне надо еще учиться, и очень много, но я благодарю за поддержку, я благодарю за доверие, я благодарна за то, что мы вместе с "Батькивщиной".

- Ты лично говорила с Юлией Тимошенко?

- Да.

- Сколько разговор ваш длился?

- Не засекала. Но довольно долго мы обсуждали именно то, что меня интересует. Тем более я решила для себя, что если я иду в политику – я не буду петь. Потому что это нечестно по отношению к народу. Невозможно петь, выходить на сцену, надевать платья, говорить о шоу-бизнесе, а потом идти и решать вопросы людей. Поэтому для меня это решение было очень трудным, потому что музыкой я занималась 20 лет. Я для себя решила, что у меня очень хорошо получается помогать людям. Я это очень люблю. Именно поэтому я выбрала для себя социальную политику.

- А как все проходило? То есть тебе кто-то позвонил и сказал, что Юлия Владимировна приглашает тебя на встречу, или ты искала контакта?

- Нет. Меня пригласили на встречу, мы встретились и обсудили все вопросы, которые меня интересовали и Юлию Владимировну.

- А что для тебя стало решающим? Почему ты приняла это предложение? Что она сказала такого, после чего ты сказала "Да, я с вами"?

- Она позволила мне быть самой собой, ничего не выдумывать. Она не настаивала, что я должна как-то измениться или в другом амплуа себя подавать. Она сказала: "Оставайся такой, как есть, но надо будет много чему научиться".

- Что ты пообещала ей?

- Я пообещала плодотворно работать. Я пообещала, что действительно понимаю, что очень тяжелая работа меня ждет.

- А она тебе что-то пообещала?

- Свою поддержку. Что я могу обращаться, если я чего-то не понимаю, если мне что-то не понятно. Мне это очень понравилось, потому что действительно беседа была очень откровенной и простой.

- Ты декларируешь свою цель – стать народным депутатом от партии "Батькивщина". Сейчас ты себе представляешь, каков день среднестатистического народного избранника? Что он делает, как его будни проходят?

- Я буду отвечать так, как я это вижу. Наверное, утром надо каждый день ходить на работу как народный депутат. Я знаю, что сто процентов это надо делать. Я знаю, что не надо пропускать ни одной сессии.

- Когда пленарные недели, то надо, да.

- Я вижу, что почему-то половины их нет по пятницам. Но я знаю, что пятница – это тоже рабочий день, и надо работать. Я знаю, что именно тот вектор, который я выбрала для себя, – это решение, действительно, проблем и вопросов человеческих. И я понимаю, что здесь наверное, в два раза больше работы будет, потому что там очень много есть вопросов, которые меня беспокоят. Я понимаю, что у меня будут встречи с людьми, и я буду выслушивать их проблемы и стараться их решать – это же главное. Я хочу, чтобы у меня было побольше инструментов для решения этого вопроса, поэтому я иду в парламент.

- Сейчас, как ты считаешь, от народного избранника что-то зависит? Или он голосует так, как ему говорит лидер партии, или тот, кто его завел в парламент, или еще кто-то, у кого есть свои причины?

- Если приходит ко мне человек, спрашивает, как можно решить этот вопрос – его ведь можно решить? Необязательно же ходить ко всем узнавать, как решить этот вопрос – я считаю пока так. Потому что я действительно хочу решить вопросы людей. Мне это очень хочется делать. Я считаю, что если я этого хочу – я этого буду достигать. Я отвечаю за свои слова, и поэтому считаю, что я только в начале этого пути, но уже задумываюсь над тем, что хочу отвечать за свои слова и за свои поступки.

- А в политике сейчас много людей, как ты думаешь, которые отвечают за свои поступки? Можешь назвать такие фамилии – кто отвечает?

- Хороший вопрос. Но, наверное, они есть. Я не буду отвечать за них – я буду отвечать за себя. Я не слежу за тем, что делают другие депутаты. Я хочу сконцентрироваться на себе и работать над тем, что я могу сделать полезного для людей.

- Какая твоя самая большая амбиция в политике? Например, сначала нардеп, а потом, возможно, в президенты пойти?

- Ой. Нет. Я не человек, который куда-то там далеко… я все делаю последовательно, послойно и очень размеренно. Сейчас для меня главное, чтобы я могла справиться с этой нелегкой задачей, которая стоит сейчас передо мной.

- Три года назад в интервью изданию "Гордон" ты рассказывала о том, что ты ушла в политику с партией Олега Ляшко. Но год назад в интервью ты сказала, что не была в партии Олега Ляшко.

- Не была.

- И там, в интервью, ты говорила, что ты будешь заниматься культурой и этими вопросами в Киеве. Каков вообще результат этого сотрудничества, и что это такое было? И почему это так закончилось?

- Мы встретились с Олегом Валерьевичем, и мне тогда тоже было предложение вступить в ряды Радикальной партии. Но я туда не вступала и никогда не была членом Радикальной партии. Мы вели переговоры – тогда были выборы в Киевсовет. Немного ознакомилась со всеми моментами, была неделя на обдумывание, хочу я этого или нет. Я решила, что нет, не пойду.

- А что тебя остановило?

- Нет конкретики – очень много разговоров, а конкретики нет.

- Конкретики какой именно? Какая есть конкретика сейчас, которой не было тогда?

- Я вижу сейчас, в данный момент, как делает Юлия Владимировна и как она идет в политику. Над "Новым курсом" работают более ста специалистов из разных стран, которые строят новый курс Украины. Во-вторых, каждое слово ты понимаешь, что так должно быть. До этого так никто об этом не говорил. И я понимаю, что колоссальная работа сделана именно по "Новому курсу" Украины. И это все видят. Это – современная политика.

- А у Олега Ляшко не современная?

- Он просто говорит.

- А он не обиделся на тебя, когда ты не согласилась на это предложение?

- Наверное, да.

- Вы сейчас не общаетесь?

- Нет. Я ходила – меня пригласили – на его выставку.

- Выставку чего?

- Его фотографий.

- А он фотографирует?

- Сам себя.

- Выставка селфи?

- Нет, у него есть фотограф, который его фотографирует. Там была подборка лучших фотографий Олега Валерьевича. Меня пригласили. Я многих знаю политиков, со многими общаюсь – мы тоже там тогда пообщались, без обид, как я вижу, но тогда, в 2015 году, был такой выбор, и он правильный.

- А как ты ему отказала? Что ты ему сказала?

- "Сейчас я не готова идти и вступать в ряды Радикальной партии". Так оно и было.

- В начале этого года ты снялась в ролике, который, по твоим словам, должен был бы быть социальной рекламой Украины.

- Да.

- А оказался политической рекламой Петра Порошенко. Ты подала иск в суд на президента. Какие твои претензии, что ты хочешь, и на каком этапе суд сейчас?

- На днях у нас состоялось очередное судебное слушание по этому делу. Очень долго оно тянется, потому что из АП некий Горковенко не приходит на судебные слушания, а он связан с этим.

- Почему он там должен быть – ты же на президента подала в суд?

- Нет. Я подала на создателей ролика. Также мы пригласили в качестве причастных министра культуры – Евгения Нищука, который связал меня с АП, а именно с Горковенко. И также Цяпенко, который отвечает за компанию "Медиа про комьюникейшнс", которая отвечала за съемку этого ролика. Но они не ходят в суд, и я борюсь одна за свои права. Нам так и не сказали, когда будет следующее очередное слушание, потому что они затягивают. В прошлый раз нам позвонили за день и сказали, что суд отменен. Полтора месяца ждали следующего, поэтому сейчас мы также ожидаем, когда все же нам скажут, когда будет суд, но все переносят и переносят. Хотя я прошу моральной компенсации одну гривну. Но по закону мне принадлежат 524 тыс. гривен. Ибо я все делаю по закону.

- 524 тыс. гривен ты за что требуешь?

- За нарушение прав человека. А моральной компенсации – 1 гривну, потому что я не за деньги, а за правду.

- Год назад президент Петр Порошенко своим указом присвоил тебе звание заслуженной артистки Украины. Если ты так относишься к Петру Порошенко, если ты не хочешь иметь с ним никаких дел, то, возможно, надо было и отказаться от звания из его рук? Потому что я знаю прецеденты, когда ребята отказывались от наград, от всего, потому что не хотели, чтобы их связывали как-то с президентом или с властью вообще. Объясни свою позицию.

- Я 11 лет на сцене. Я получила заслуженную артистку Украины – благодаря людям. Благодаря сторонникам, благодаря всем тем, кто меня поддерживал. Я считаю, что если бы не мои поклонники и люди, которые меня поддерживают, я бы не получила этого звания.

- Но это же сделал не президент Янукович или Ющенко, а это сделал президент Порошенко. Своим указом.

- И?

- Ты ему благодарна за это?

- Я не просила. Это заслуженно. Я ничего никогда ни у кого не прошу. Если люди меня любят, почему я должна отказываться от их любви? А во-вторых, я что, теперь должна быть в роликах Петра Порошенко за звание? Поэтому я иду по закону, иду против АП, требую одну гривну, потому что нарушать законы и права человека нельзя. В любом другом государстве это все бы быстро закончилось. А тут переносят для того, чтобы было меньше в информационном поле об этом деле. Я требовала публичных извинений, которых они мне тоже не принесли, потому что они понимают, что неправы. А я всегда иду за правду, и понимаю, что правда не имеет никаких…

- В Европе, Америке вообще нет такого звания, как заслуженный, народный артист. Потому что это дает власть, это у нас еще с Советского Союза, и сейчас лучшие отличия в публичной сфере – это то, что вот тебе YouTube, миллионы просмотров, вот тебе народная любовь, слава и тому подобное. Тебе не кажется, что могли бы вообще отказаться от всех этих званий как от пережитка советского?

- Вот если бы вы знали, как радовалась моя бабушка. Я не могу оставить ее без тех чувств гордости и радости за внучку. Как радовалась моя мама – а они из Советского Союза. Мне приятно, и им было приятное, было семейное застолье с чаепитием, с тортом, они меня приветствовали. Потом все будет меняться, но все надо делать постепенно. А у нас иногда бывает так, что взяли отрезали, а потом не знают, что с этим делать. Все постепенно будет отходить.

- За кого ты голосовала на выборах президента в 2014 году?

- Не помню даже.

- Ты же ходила на выборы?

- Вот я и не помню.

- Просто тогда еще политика тебя так не интересовала?

- Тогда нет.

- Ты же была на Евромайдане?

- Революции Достоинства?

- Да.

- Конечно, с первых дней.

- Что ты там делала?

- Поддерживала людей. Я одна из первых артисток, которая вышла на Майдан поддержать людей. И мне не страшно было, хотя тогда при власти был Янукович, а в России уже знали, что я на Майдане. Можно было лишиться всего. Но для меня главное – люди. Артист существует тогда, когда покупают его диски, ходят на его концерты, его поддерживают. И для меня странно, когда другие артисты этого не делали, а потом начали выходить, говорить, так осторожно. Эти люди сделали меня артистом, а я должна помочь им в сложные времена, когда они хотят и заслуживают лучшей жизни.

- Сейчас ты довольна – четыре года прошло – результатами Майдана? За такую жизнь для страны ты стояла или нет?

- Мы все понимаем, что не за один день все происходит. Я понимаю, что очень много вопросов. Действительно, не наказаны те, кто отвечал за убийства людей на Майдане – это тоже меня беспокоит. Очень медленно все происходит, но этот Майдан сделал нас будто одной большой семьей. В моменты наибольшего потрясения, в момент, когда решалась судьба государства, мы стали одной большой семьей. Я считаю, что это самое главное достижение. Потому что мы начали слышать друг друга, начали разговаривать, начали помогать друг другу. Я помню, как бабушка принесла чеснок, мандаринку и немного соли. И любовь, которую отдавали друг другу, – это и заложило основу того, что мы начали двигаться вперед.

- А ты считаешь, что сейчас Украина движется вперед?

- Да, считаю. Конечно, мы хотим все и сразу. Но я считаю, что Украина начала строиться только сейчас, после Майдана, последние четыре года, потому что очень много времени было потеряно за весь этот период. Поэтому сейчас я понимаю, что люди имеют больше рычагов, и могут больше давить на власть, и больше требовать. И это у них получается. И есть вещи, которые надо делать в первую очередь. Я, как будущий политик, буду слушать в первую очередь, что сейчас главное, к чему стремятся люди. И пытаться это делать.

- То есть ты бы снова вышла на Майдан?

- Конечно, за людей – да.

- А третий Майдан будет?

- Нет. И люди это понимают. Его не будет.

- А ты боишься, что будет третий Майдан?

- Конечно, потому что это будет очень жесткий Майдан. И мне не хотелось бы этого.

- Я хочу поговорить о тебе как об артистке, как о певице. Когда ты победила на российской "Фабрике звезд", когда тебя взялся продюсировать Константин Меладзе, когда ты представляла Россию на Евровидении, тогда ты настолько ярко это делала. Для всех было понятно, что вот она, реально новая звезда, самобытная певица, которая сейчас будет только набирать обороты и займет лидирующее место среди других представителей эстрады. Но что-то произошло и ты исчезла. Расскажи, что случилось с певицей Анастасией Приходько?

- Когда, в какой период?

- После Евровидения.

- Я переживала очень тяжелый период, потому что впервые я столкнулась с травлей. Для меня в 22 года было очень сложно это пережить. Мне говорили: почему это я должна петь украинскую песню от России? Потому что песня "Мама" была на двух языках – русском и украинском. Но это было именно мое решение. Я настаивала на этом, потому что меня дисквалифицировали в Украине. И для меня это тоже был очень большой удар, потому что несмотря на все звания и достижения, которые были за два года в РФ, я все равно приехала в Украину, чтобы представить свою страну на Евровидении. Это был первый удар, и мне было непонятно, и мы подали заявку от России. Затем в интернете было обсуждение только меня, с моей национальностью, почему я украинка, почему украинская песня, и это просто повергало их в панику – их трясло от этой песни. Мне было сложно потом это все пережить. В семь утра я поехала домой. В России есть такой праздник "Ромашка" – его возглавляет Светлана Медведева, жена Дмитрия Медведева. Мне звонят и говорят, что надо приехать спеть песню. А я говорю: "Уже никому ничего не надо. Мне так сто процентов не надо". – "Понимаете, кому вы отказываете?". Я говорю: "На сто процентов понимаю, кому отказываю. В РФ, сейчас, в это время, я ездить не хочу".

- Это когда было?

- 2010 год.

- После Евровидения?

- Да. Я очень долго боролась с депрессией. Потому что тогда мне казалось, что я уже не выйду на сцену – у меня был очень большой страх, что меня снова начнут травить. Но я поборола страх, подала вторую заявку на Евровидение от Украины, и вновь "пролетела". И это уже перешло у меня будто бы в борьбу – мне уже нравилось проигрывать, вставать, снова проигрывать, я уже привыкла к тому, что с первого раза я не могу ожидать хороших результатов. Потом я поехала опять в Россию, в Москву, намеренно сняла там квартиру. Помню, как пришла на красную дорожку премии RU.TV – меня не то что трясло, мне было так плохо, что вы даже себе не представляете. Потому что видела лица всех тех людей, которые меня травили, потому что им это было выгодно, ведь их тогда будут показывать по телевидению, если сказать что-то плохое о Приходько. Я здоровалась, улыбалась, и понимала, что если я не поборю свой страх и саму себя, я не могу стать артистом. И я начала потом учиться как-то играть, это преодолевать. Но борьба со слезами никуда не делась – как только меня начинают где-то задевать и долго прессуют – я начинаю плакать. Эта борьба до сих пор, и это, наверное, единственный такой минус, с которым я еще не могу справиться, потому что для меня это очень важно и я всегда ожидаю, что меня будут поддерживать и кто-то поможет.

- В принципе, любой мечтал бы о такой травле, потому что травля – это пиар.

- Я не готова была к этому.

- На ФБ-странице твоего брата, Назара Приходько, который тоже талантливый музыкант, режиссер, но не новый человек в политике, поскольку возглавлял пресс-центр УНА-УНСО, когда он опубликовал новость о том, что ты идешь с Юлией Тимошенко, многие из его и твоих друзей просто стали лить грязь и заниматься той травлей, о которой ты говоришь. Ты понимаешь, что в политике этой травли, грязи и того, что ты для всех будешь плохим просто потому, что ты политик, и будешь отвечать сейчас не за свои грехи, а сразу берешь на себя грехи всех поколений и всех людей, которые до этого были, и были лидерами, и что-то там совершали плохое, – ты понимаешь, на что подписываешься? Оно тебе надо? Как ты будешь с этим справляться?

- Я справляюсь так: я знаю, что Юлия Владимировна – наш президент. Я в это верю сто процентов. Мне было очень приятно, когда мы разговаривали, и она меня предупредила, что будет очень сложно. И надо быть готовой ко всему. Самое главное мне было это услышать, и то, что она сказала, что надо пройти этот путь, что будет сложно. Может, она поняла, что я не достаточно готова к такой реакции, но я была полностью готова. Когда я видела, что обо мне пишут, то могу сказать так: меня это задело. Но возвращаясь ко всем своим годам – это заставляет меня идти вперед. И этот шаг, который я сделала, – это шаг на одну ступеньку выше. Я могла бы оставаться певицей, я могла бы и дальше делать какие-то хорошие дела, но я поняла, что я хочу сделать еще больше. Они не понимают, что я это делаю для того, чтобы потом им же и помочь.

- Ты хочешь какой-то благодарности от людей?

- Не благодарности.

- Когда от народа кто-то ждал или получал благодарность?

- Но я верю.

- А не будет так, что ты просто на полпути хлопнешь дверью и скажешь "Да ну вас!"?

- Нет. Я четвертый день уже выслушиваю. Мне пришлось даже номер сменить.

- Почему?

- Очень интересные разговоры и звонки бывают. Для меня это было очень важным решением, и если бы я сомневалась, я бы не пошла в политику, и я бы не пошла к Юлии Владимировне. А я не сомневаюсь в том, что она обязательно станет президентом Украины. Вот что еще меня подтолкнуло идти к ней: например, у Петра Алексеевича есть бизнес, и он им руководил все время, когда был при должностях, политиком. У него всегда был бизнес. А у Юлии Владимировны бизнеса нет. В российские санкционные списки ни "Рошен" не попал, ни "Кузница", и ближайшее окружение Петра Алексеевича также не попало. А большинство "Батькивщины" и Юлия Владимировна попали в санкционный список.

- Ты бы хотела попасть в этот список?

- У меня два уголовных дела в РФ.

- А за что?

- Коммунисты – "За измену родине".

- Какой "родине", если ты украинка?

- А ЛДПР и Жириновский за нарушения условий труда на территории РФ и укрывание от налогов.

- Давай представим себе ситуацию, что ты не хлопнула дверью, ты дошла до конца, ты – политик, и ты в составе делегации, которая едет на переговоры с Владимиром Путиным. Что ты ему скажешь?

- Я сказала сразу – я в РФ не поеду.

- Какая-то третья страна – необязательно Россия. Просто ты и он за столом – что ты, глядя ему в глаза, скажешь?

- Нет, я даже с ним за стол не сяду.

- Ты же политик.

- Я и артисткой сделала этот выбор. Артистка ли я, политик ли – я остаюсь человеком со своими принципами. И для меня нельзя садиться за один стол. И я имею право отказываться. Я не хочу ни встречаться, ни видеть его. Тем более упаси бог за один стол с ним сесть.

- Что ты о нем думаешь?

- Я не могу этого сказать в эфире. Я хочу, чтобы когда-нибудь он все это испытал на себе. Всю ту боль людей, которую он причинил в Сирии, в Украине, всем. И я очень хочу верить, что ад существует. Потому что Россия напала на мою страну. Более десяти тысяч уже погибло. Разрушены семьи, разрушены здания, оккупированы территории. И это все РФ.

- Ты сейчас жалеешь, что когда-то представляла Россию?

- Вот если бы я знала, вот я бы никогда туда не поехала. К сожалению, я понимаю, что буду за это отвечать всю свою жизнь, на все эти вопросы – РФ, "Фабрика звезд", Евровидение. Но то прошлое, то было тогда, а важно, что мы делаем в будущем. Для меня этого государства не существует, и я обещала, и за свои слова отвечаю: я никогда туда не поеду. Я даже не представляю себе этого.

- Какие твои черты характера тебе больше всего будут мешать в политике?

- Сейчас я с этим борюсь. Это умение объяснить верно, сдержанно и правильно. И не вестись на провокации. Я очень правдивый человек, и когда начинают врать, меня это очень бесит. Раньше было так: тебя обидели – ты отвечаешь так, как ты должен ответить. А тут уже надо дипломатично, взвешенно. Я этому учусь. Я артист 11 лет, и можно посмотреть, как в 20 лет я давала интервью, как я пела, и как я пою в 30 лет. Я училась на своих же поступках, на своих же ошибках. Сейчас я понимаю, что только вот сейчас я начинаю учиться. Я понимаю, что это будет крайне трудно, но я этого хочу. Это моя цель, это новая моя жизнь. И для меня это важно, это не просто так.

- Твой отец живет в России. Ты с ним общаешься?

- Нет.

- А почему не общаешься?

- Потому что я его не знаю. Я его один раз в жизни видела. И все.

- А когда ты его видела?

- Лет в 13. Мне было действительно интересно, как он выглядит. Посмотреть человеку в глаза.

- Он к тебе приехал или ты к нему? Где он живет?

- Я к нему. Тогда он жил в Ростовской области, с. Гуково. Были бюрократические моменты, связанные с тем, что мы несовершеннолетние, и маме надо было с ним переговорить по некоторым вопросам. И я попросилась поехать с ней. Когда я его увидела…

- Что ты почувствовала?

- Абсолютно чужой человек, который почему-то начал мне читать Гоголя "Вий". Но сказочный период уже, видимо, прошел, и я на него смотрела и не понимала, что происходит. Больше мне никогда не хотелось его видеть в жизни. И это для меня посторонний человек.

- Несмотря на то, что ты сказала, что уйдешь со сцены, оставляешь ее, я думаю, в душе тебя все равно хочется петь. И я бы хотела попросить тебя спеть. Для тебя это не проблема – ты вживую поешь. Возможно, из того нового альбома, который у тебя планируется в 2019 году.

- Это альбом, который мы обещали, что он выйдет, и это мы обещали, еще когда я только начала писать этот альбом, в 2015 году. За свои слова я отвечаю – он обязательно выйдет. Я считаю, что в конце 2019 года, – да. Я должна это сделать.

- Давай под настроение – или из нового альбома, или то, что на душе сейчас.

- Первая песня, которая мне пришла в голову: (поет) – "Ой у лузі червона калина…".

- Спасибо за интервью, желаю тебе успеха.

- Спасибо.

видео по теме

Новости партнеров

Загрузка...

Виджет партнеров