Виктор Медведчук: В первые сто дней от президента люди ждут снижения тарифов, отмены неприкосновенности и начала переговоров с РФ

Виктор Медведчук: В первые сто дней от президента люди ждут снижения тарифов, отмены неприкосновенности и начала переговоров с РФ
Виктор Медведчук 112.ua

Виктор Медведчук

Председатель Политсовета партии "Оппозиционная платформа ‒ За жизнь"

"112 Украина": Мы рады приветствовать нашего гостя. Это председатель политсовета "Оппозиционной платформы - За жизнь" Виктор Медведчук. Приветствуем вас. Давайте сразу поговорим об итогах президентских выборов. Одна из особенностей этой кампании - это то, что только в одном регионе мы увидели победу действующего пока президента, все другие области проголосовали за Владимира Зеленского. Можем ли мы говорить, констатировать, что этот региональный электоральный раскол, который мы видели во время предыдущих президентских кампаний, уже нивелирован в Украине?

Виктор Медведчук: Уважаемые телезрители, уважаемые гости, еще раз добрый вечер. Результат своеобразный, и уже на 100% нам известен. Действительно победителем стал господин Зеленский. Однако говорить о том, что такой однозначный выбор, который был доверен именно ему и получил именно он, означает то, что интересы всей страны сошлись на одном знаменателе, а это голоса господина Зеленского, я бы не спешил по одной простой причине.

Во-первых, я думаю, что однозначно можно говорить и делать вывод о том, что подобное голосование на уровне 88% на востоке страны, 86% на юге страны, 72% с небольшим в центре и 56% на западе – это в первую очередь означает то, что люди голосовали против действующей власти, против действующего президента, против того, до чего эта власть довела страну и довела уровень жизни людей. Это главное, что объединило сегодня людей в порыве того, чтобы дать оценку действующей власти. Более того, если вспомнить социологию за неделю до второго тура, я думаю, все обратили внимание, когда задавали вопрос "Вы во втором туре будете голосовать за господина Зеленского. Вы действительно будете голосовать за него, или этот голос будет вашим голосом против Порошенко?". Так вот 43% ответили, что, голосуя за Зеленского, фактически голосуют против Порошенко. И в данном случае это та палитра, та структура голосов, которая на сегодняшний день имеет место в отношении действующей власти и Порошенко. И тот разгром, который произошел, действующего президента, разгром всей его команды означает однозначно, что люди поверили в человека, который пришел, люди поверили в новое лицо, люди поверили в нового представителя, в данном случае мы можем уже говорить – в нового главу государства, который ни к государственной деятельности, ни к политической раньше не имел отношения. И если вы помните, что и год, и два, и три тому назад был так называемый спрос на новые лица. Наверное, это в том числе и новое лицо.

И сегодня, говоря по поводу того, что это новое лицо принадлежит господину Зеленскому, он одержал победу, – сейчас начнутся те ожидания. А надо понимать, что с учетом результата 73% и более голосов эти ожидания очень высокие. Насколько они будут реализованы и как долго те, кто голосовал, и те, кто не голосовал, будут ждать конкретных действий и результатов уже от его деятельности как нового президента.

Вы говорите о том, что голосование – фактически об этом все эксперты в нашей студии говорят – было в подавляющем большинстве протестным.

В некоторой части.

Здесь трудно сейчас выделить, где конкретно рейтинг Зеленского.

Не надо этого делать, мне кажется. Заслуженная победа, заслуженный результат. И если мы проводим какой-то анализ структуры этих голосов, то это ни в коей мере не означает, что мы бросаем упрек или нивелируем победу Зеленского. Нет. Это однозначно состоялось. Это факт.

Новости по теме

Как когда-то сказал Лобановский, игра забывается, а счет на табло. Если сейчас мы будем с вами думать, почему?.. Вы сейчас нам объяснили мотивацию людей, мы ведь общаемся с огромным количеством людей, которые голосовали против чрезмерных тарифов (говорят нам люди и пишут в "Фейсбук" сотнями эти сообщения), голосовали против невыполненного обещания посадить трех друзей, ждали пять лет выполнения этого обещания. Не только своих – чужих не посадили. Хотя бы чужих друзей, хотя бы каких-то дорогих друзей, или любимых, или каких угодно. Так вот, в команде Зеленского уже успели заявить о том, что не совсем в компетенции и в сфере ответственности президента вопрос тарифов и вопрос "посадок". Что скажете нам вы, как юрист? И действительно ли есть юридический механизм у президента влиять на тарифный вопрос? И, конечно, относительно "посадок" интересно.

Я вам хочу сказать, что я не согласен с позицией, которую высказывает сегодня окружение нового президента. И я бы вообще очень критически относился к подобным высказываниям, потому что все-таки это не Зеленский, это его окружение. Может, оно близкое, может, оно в той или иной степени уполномочено господином Зеленским, но это однозначно не он. Поэтому здесь все-таки надо ждать его конкретных заявлений и конкретных действий. Теперь в отношении тарифов. Категорически не согласен, потому что эту политику… или, будем говорить так, окружение нового президента научилось у старого президента, пока еще действующего Порошенко, который почему-то на каком-то этапе начал рассказывать о том, что полномочия президента действительно очень серьезные, но не во всем, поэтому это вопрос правительства. Это неправда. Это не отвечает действительности и Конституции, и самое главное, это не отвечает фактическому обстоятельству того, как складывается этот вопрос. Что такое тарифы на сегодняшний день? Коммунальные тарифы, которые уже непосильны для людей, – задолженность составляет 69,4 млрд на 1 марта, на 1 апреля эта сумма увеличится, – более 30% населения не готовы сегодня платить. И тарифы на жилищно-коммунальные услуги, в том числе и на стоимость газа, которая является основой в этих тарифах, которые выросли с 1 января 2014 года по 1 января 2019 года в среднем на 745%: 1080% газ, 1220% отопление и так далее и тому подобное. И сегодня мы говорим, и наша партия "Оппозиционная платформа – За жизнь" поставила вопрос, можно сказать, ребром несколько недель назад, когда заявила о том, что повышение на газ, которое собирались ввести с 1 мая, что предусмотрено постановлением Кабинета министров № 867, до 9800 грн с 8500 грн сегодняшних и с 1 января 2020 года - до 12314 грн. Мы сказали, что это постановление надо остановить, заблокировать и направить в Конституционный суд. Это право президента? Да, право: согласно ст. 106, он мог (действующий и может будущий вновь избранный президент) подписать указ и приостановить действие этого постановления. И если это постановление будет приостановлено, то повышения цен не будет ни 1 мая, ни 1 января 2020 года.

А откат к старой цене, которая была до момента принятия того же постановления, будет или нет?

А тут есть еще одна особенность. Мы когда говорим о том, что это постановление должно быть остановлено указом, и он имеет право это делать, то тогда останавливается и предыдущая цена. То есть та, которая возникла с 1 ноября 2018 года. Помните, было повышение на 23,5%? И получается, что если остановить это постановление, то цена на газ будет 6900 грн. Это разве не понижение тарифов? Это может сделать президент? Это он обязан сделать, потому что этим постановлением, и мы об этом постоянно говорили, нарушались статьи 46, 48, 116 Конституции, они были неконституционными. И президент тогда и сегодня имеет право остановить это постановление и не допускать повышения цен, но в том числе отменить действующие 8500. Не то, о чем сообщалось вчера и сегодня, когда НАК "Нафтогаз" с господином Гройсманом где-то в тиши кабинета договорились о снижении цены на газ. Вдумайтесь: снижение на куб газа на 30 коп., а на 1000 кубов - на 300 грн. Не с 8500 грн до 6900 грн, как ставим этот вопрос мы. А с 8552 грн до 8247 грн. Это циничное снижение, другими словами означает просто насмешку над людьми, которые действительно ждут снижения тарифов. Вот что происходит сегодня и что пытается, извините за выражение, "втюхать" власть сегодняшним людям – с барского плеча сбросить эти 30 коп. на куб газа.

Позиция нашей партии "Оппозиционная платформа – За жизнь" заключается в том, что мы можем уменьшить тарифы на газ с 8550 грн не до 6900 грн даже, а до 3800-4000 грн. Почему? Более того, когда об этом во время избирательной кампании, как вы знаете, заявляли очень многие кандидаты в президенты, они говорили о том, что снизят тарифы в два-три-четыре раза, некоторые говорили даже в шесть. Когда об этом говорили мы, мы это сопровождали определенными действиями, а именно – вы знаете о том, что в марте мы встретились и была договорена встреча вместе с тогда кандидатом в президенты господином Бойко в Москве с председателем правительства РФ Медведевым и руководителем "Газпрома". Мы договорились на этих переговорах: первое – о том, что РФ, "Газпром" готовы снизить цену на газ на 25%, если будут прямые поставки. Не только прямые поставки с 1 января 2020 года, а прямые поставки могут быть и сегодня, потому что старый контракт с 2009 года продолжает действовать и будет действовать до конца этого года. И стоимость газа, которая сегодня на газовых хабах составляет где-то примерно 227-260 грн, может уменьшиться для Украины, если мы будем брать газ по прямому контракту на 25%, это 100-120 долл., это 3000 грн. Мы предложили этот вариант действующему президенту. Вы помните эту сумасбродную, сумасшедшую, возмущенную, угнетенную и вопиющую реакцию, когда он кричал в Черновцах: "Куда они поехали, кого они просили, зачем они это делали?". Мы ответили, что мы это делали для того, чтобы улучшить ситуацию с тарифами и стоимостью газа для людей. И мы этого добились. Возьми и воспользуйся. Это же ты должен сделать, это ты можешь сделать. Но реакция была крайне отрицательной. Мы сегодня снова говорим, что договорились не только об этом, а о возможности экономического сотрудничества.

Новости по теме

Мы говорили по поводу газотранспортной системы и транзита газа с 1 января, который для Украины грохнется в полном смысле этого слова, потому что после "Северного потка - 2" транзита не будет, и 3 млрд долл. поступлений в бюджет с 1 января нам ждать не придется. Так вот после всего этого, когда мы говорим, что можем снизить цену на газ, мы говорим: "Сделайте прямые поставки, и такое снижение обязательно произойдет". Более того, мы говорим, что есть дополнительные варианты в том, чтобы отменить НДС, внести изменения в закон на газ для населения. Мы можем это сделать? Мы обязаны это сделать, потому что я сказал, что уже на 1 марта 31% плательщиков за коммунальные тарифы не может платить, у них нет такой возможности. Я думаю, что к 1 апреля эта цифра увеличится до 40-45%. Более того, есть плата за использование недр – это 1400 грн и 1200-1400 грн НДС. Недра по КУ принадлежат гражданам Украины. Почему, когда речь идет о газе для личных нужд населения, мы не можем внести изменения в закон и ликвидировать эту оплату? Мы можем это сделать. Поэтому когда мы говорим о конкретных путях, предлагаем не только пути, но и способы за счет прямых поставок газа, которые уменьшат стоимость на газ. А все остальное, что делает сегодняшняя власть... что будет делать новая власть, мы увидим, пока еще нет возможности, но мы посмотрим. Но когда они говорят, что президент не влияет на тарифы, это является циничной ложью.

Если вы говорите, что это циничная ложь, то интересно тогда: или уже следующий президент будет своим указом приостанавливать постановление Кабинета министров, о чем вы нам сказали как о реальном юридическом механизме изменения ситуации с тарифами, или это еще сделает действующий пока президент Петр Порошенко? Ведь мы все помним с прицелом на парламентские выборы его реакцию: "Я вместе со своим народом буду требовать новой тарифной политики, новых тарифных подходов". Мы думали, что это какая-то шутка. Проверили – это официальное заявление президента. Скажите нам, пожалуйста, в каких вы отношениях? Вы же понимаете логику действий президента Порошенко? Вам приписывали чуть ли не дружеские отношения с ним во время этой президентской кампании. Вы последний раз когда виделись? Вы можете внести ясность?

Вы знаете, я виделся с ним последний раз несколько недель назад. Но, отвечая на ваш вопрос, хочу сказать: да. О дружеских отношениях с президентом может говорить только сам президент, с кем у него дружеские отношения. Точно, если вы его спросите, он не скажет, что эти отношения дружеские у него со мной. Потому что так много, как он говорил в последние месяцы, особенно в последние дни обо мне, я думаю, у вас не возникает сомнений, какое у него реально отношение ко мне, и тем более какое отношение у меня к нему с учетом моей публичной позиции по многим вопросам.

Возвращаясь к этому главному вопросу: нет, требование наше, от имени партии, которое озвучивал я, в том числе публично, было к действующему президенту. Ждать нового нам еще месяц, а может, даже больше. А сегодня действующий президент на первом этапе, как мы требовали, должен был остановить действие этого постановления для того, чтобы не допустить повышения цены на газ уже с 1 мая. Это сейчас у них такой междусобойчик – давайте уменьшим на 30 коп., может быть, это пройдет. Но я думаю, что это не пройдет, потому что люди понимают, что это нереально и смешно. Действующий президент должен не просто обещать, а должен это сделать сегодня.

Более того, когда действующий президент говорит, что он не влияет на тарифы, я хочу сказать: а кто влияет, Кабмин? А кто в Кабмине сидит? Разве Кабмин не ручное произведение имени Порошенко? Разве Гройсман чужой человек? Ладно, Гройсман может быть нейтральным. А 70% членов Кабмина – это представители его партии. Там что, плохо с партийной дисциплиной? Ее уже нет в БПП? Он не мог влиять и поставить вопрос о том, что вы должны это сделать и вы не должны в угоду МВФ повышать тарифы? Он мог это сделать? Мог. А если бы они это не сделали, то он мог раньше открыть Конституцию, посмотреть ст. 106, соответствующий п. 15, и остановить, сказать, что вы нарушаете Конституцию, идите, доказывайте в Конституционный суд в течение трех месяцев. Но за это время цены на газ для населения не повышались бы. Вот о чем мы говорим и чего требуем от действующего пока еще президента.

Виктор Владимирович, и все же уточнение относительно пока действующего президента: когда вы с ним последний раз встречались? И в публичном пространстве вас чуть не обвиняли в непубличной поддержке действующего президента, в игре в реванш. Пожалуйста, прокомментируйте.

Вы знаете, я вам хочу сказать, что у нашей партии, главой политсовета которой я являюсь, был кандидат, единый кандидат Юрий Бойко, которого поддерживала вся партия и я в том числе, или, может быть, даже в первую очередь. Почему? Потому что наши переговоры шли задолго до начала кампании, мы пытались объединить все политические силы, которые сегодня представлены на юго-востоке нашей страны, представлены среди русскоязычного населения. И нам удалось это сделать почти в полной мере, когда мы объединили двух самых рейтинговых кандидатов, господина Бойко и господина Рабиновича, и мы решили, и господин Рабинович принял решение, что единым кандидатом будет Бойко. Вся наша работа, в том числе моя, была сконцентрирована на том, чтобы поддержать этого кандидата в президенты. Мои отношения с президентом Порошенко все эти годы связывались с тем, что я занимался вопросами переговоров с Донецком, Луганском и Москвой по вопросу освобождения и обмена наших людей, занимался вопросами мирного урегулирования. На этом все, потому что мои взгляды никогда не совпадают с господином Порошенко.

И более того, я всегда публично об этом говорил и продолжаю говорить: то, что он делает, и то, что он возвел в ранг государственной политики антироссийскую истерию и радикальную русофобию, с которой он практически не расстается последние два года и пытается уничтожить все, что с этим связано, в том числе и сделать так, чтобы никаких отношений между Россией и Украиной не было, – это его умышленная, целенаправленная, принципиальная и последовательная позиция, которая мною не воспринималась, а если воспринималась, то только в штыки, о чем я неоднократно говорил ему публично и о чем я неоднократно высказывался и говорил, что он не прав, и эта политика к добру не приведет. Но, как выяснилось, добра для него как раз не получилось. Результат, который он получил, об этом свидетельствует.

Просто чтобы мы поставили точку в обсуждении результатов выборов. Новому президенту Владимиру Зеленскому в публичном пространстве многие приписывают связь с Игорем Коломойским. Хотя и Коломойский, и Зеленский это отрицают. Говорят, что они были бизнес-партнерами только в телевизионном бизнесе, и никакого влияния друг на друга нет. Как вы считаете, усилится ли влияние Игоря Коломойского после президентских выборов и изменится ли вообще баланс сил среди финансово-промышленных групп и олигархов в Украине?

Я не могу сказать, как это будет, и с какой-то точностью прогнозировать, что будет, потому что об отношениях с Коломойским господин Зеленский уже заявил. Думаю, что с учетом того, что Зеленский уже президент Украины, ему надо быть очень осторожным и разборчивым в своих отношениях, в своих связях. Потому что любой человек, который может бросить тень на его репутацию, каким-то образом через свои отношения с ним, – это может отрицательно повлиять. Я думаю, что Зеленский и его окружение это хорошо понимают, и не будут допускать как минимум очевидных каких-то контактов, взаимодействия или того, что в конечном итоге может быть расценено как их партнерские отношения, если они действительно будут иметь место или будут, возможно, развиваться. Сложно себе сегодня это представить, думаю, что Зеленскому это не надо – он самостоятельный сегодня человек. Насколько он самостоятелен – мы увидим по его действиям.

Если говорить по поводу олигархов, банковских активов, других финансово-промышленных групп и того, что будет происходить дальше, это будет зависеть во многом от президента, насколько он сможет со своей командой отделить бизнес от политики. Ведь это тема очень модная, актуальна долгое время, но она так и не была реализована ни одним из президентов. Поэтому это бич нашего общества, это бич власти. Это как сопутствующий продукт власти, когда те или иные сегодня обладатели самых больших активов в Украине могут влиять на власть и через СМИ, и через финансовые потоки, и через создание рабочих мест, создание инфраструктуры и многое другое. Этот процесс останется – мы от него никуда не денемся. Есть задачи актуальные, и их надо решать. И эти актуальные задачи, в том числе и перед действующим президентом, уже поставлены. Если взять социологию, на которую я уже ссылался, о том, что ждут люди в первые сто дней, то понятно, что достичь мира в первые сто дней вряд ли кому удастся. Люди наши понимают и осознают это. Но 39% считают, что должны быть уменьшены тарифы – раз. На втором месте – отменена неприкосновенности: депутатской, судей и президента. Третье место, 23% – начать переговоры с Россией. Четвертое, 18% – покончить с высокими зарплатами топ-чиновников. Вот пока та палитра, которая нарисована интересами людей, и то, чего люди ждут от нового президента в течение ста дней его нахождения при власти. Вот о чем надо думать сегодня власти. Не над отношениями с кем-то, а отношениями с теми и с тем, что может привести к положительному результату в отношении того, что поставлено во главу угла большинством граждан нашей страны.

Чтобы достичь тех целей, которые поставлены гражданами нашей страны как приоритетные, нужно действовать через кадровый инструментарий. А мы пока не увидели, не услышали...

Из области "кадры решают все"?

Ну решают же. Или не решают, как нам повезет.

Тогда не те кадры.

Не те кадры, да. Выводы должны делать мы. И здесь вопрос кадров по президентской квоте. Климкин, чтобы быть в тренде, поздравил Зеленского с победой, запостив в соцсетях фрагмент из мультфильма "Жилыл пес". Это на что он намекал? Нам действительно можно не спешить расставаться со старыми? Старые лица могут обновляться, уже с зелеными галстуками? Климкин, Полторак?

По поводу кадров нам ничего не известно. То, что пишут в СМИ, это моментально опровергается. По поводу Климкина – это называется предложение к танцу или предложение своих услуг. Я готов – если что, заходи, и мы можем о чем-то договориться. Я думаю – может, я ошибаюсь, но все-таки, исходя из своего профессионального опыта, я в данной ситуации не ошибаюсь, – что и господин Гройсман, и господин Климкин, и вся остальная вот эта команда, которую очень часто и заслуженно называют сворой, которая довела страну и людей до того ужаса, в котором мы сегодня живем, уйдет в отставку. Причем не после парламентских выборов, а сейчас. Если новый президент оставит эту команду, то тогда точно его ничего хорошего не ждет даже в том, чего от него ждут в ближайшие сто дней после вступления в должность. Потому что эта команда скомпрометировала себя до такой степени, что дальше некуда. По поводу Климкина я скажу, что это вообще недоразумение на этой должности, и я имею право об этом говорить, как человек, который понимает что-то во внешней политике. В той политике, которую должен проводить и реализовывать Климкин, по поручению главы государства, как человека, который возглавляет внешнюю политику. То, что делал господин Климкин, никогда ничем положительно не заканчивалось для Украины, для интересов нашей страны. Поэтому он один из первых должен покинуть не только кабинет свой и правительство. Но я не думаю, что ему найдется место и в той будке, куда он приглашал господина Зеленского.

Вы упомянули, что новый президент должен отправить правительство в отставку и назначить новое правительство, но без голосов в парламенте неизвестно, удастся ли ему это сделать. И активно обсуждается сценарий досрочных парламентских выборов. Сегодня Ирина Луценко, представитель действующего президента Петра Порошенко в парламенте, заявила, что 50 на 50 – или Рада доживет до осени, или ее будут распускать. Насколько вероятен сценарий досрочных парламентских выборов? Есть ли юридические механизмы у нового президента, чтобы распустить действующую ВР? Какой дедлайн?

Механизмы есть, и я не думаю, что госпожа Луценко права в своем прогнозе. Я думаю, что досрочных парламентских выборов не будет. Но все может быть. Какие механизмы? Отсутствие коалиции в течение 30 дней после установления такого факта. Коалиции у нас нет года три, а дедлайн не наступил, потому что надо установить факт отсутствия. То есть надо сегодня огласить, что нет коалиции, и дать месяц на формирование новой. И если она не будет сформирована, то тогда на 31-й день президент имеет право, в соответствии с Конституцией, подписать указ о роспуске парламента. Давайте начнем считать, и мы поймем, что игра не стоит свеч. Новый президент придет в конце мая, 30 дней установить – конец июня. Если назначить выборы, это будет уже сентябрь. А у нас очередные выборы 27 октября. Если это связывать с тем, о чем мы начали говорить, то в данном случае это несостоятельный аргумент и несостоятельное действие.

Мол, вот правительство надо, а голосов нет, так что надо избрать новый парламент. Ну изберем новый парламент. Он придет в сентябре. Пока организуется – будет октябрь. Нет, Зеленскому надо действовать радикально. Он должен поставить вопрос ребром перед этим правительством. Они должны уйти в отставку, потому что их деятельность, результаты их деятельности, их программа не отвечают ему, его программе, целям и задачам, с которыми он выиграл выборы с результатом 73% и хочет проводить новую политику, направленную на улучшение жизни, что, к сожалению, не получилось у действующего Кабмина. И тут разговоры о том, что вы нас снимите, найдите 226 голосов, они, конечно, могут быть. Но у Зеленского уровень поддержки 73%, и он может обратиться к украинскому народу. Он скажет: смотрите, эти все люди завтра побегут в списки партий, в мажоритарку, избираться по новой в парламент. Сегодня они мне ставят палки в колеса, а я ведь мог это сделать. Поэтому я считаю, что они должны уйти в отставку. И как вы считаете, вот это правительство, которое завтра будет искать место, но уже депутатское, в парламенте, пойдет на это противостояние с человеком при таком высоком уровне доверия людей – 73%? Думаю, что этого не произойдет. Поэтому в этом и должен быть радикализм Зеленского, который отвечает законам, Конституции. Но есть требование того, что эти люди должны уйти, – они скомпрометировали себя. А если они этого не сделают, и поиск голосов тоже может ни к чему не привести, значит, ему надо заблокировать деятельность Кабмина. Как юрист, я отвечаю – он может это сделать. Как это сделать? Пусть обратится к умным людям – они ему подскажут.

Приглашение к диалогу?

Нет, ни в коем случае. У него окружение очень умное. Я думаю, там есть достаточно умных людей, которые ему посоветуют.

А вы бы готовы были дать советы?

Нет, я советы господину Зеленскому давать не готов. У меня есть видение по разным вопросам, я могу его сообщать, а из того возраста, когда дают советы, я уже давно вышел. В очереди советников или консультантов мне стоять поздно. Да и не к лицу. У меня есть должность в партии, у нас есть политическая сила, "Оппозиционная платформа – За жизнь", которая представляет свое видение по тем или иным вопросам. И говорит о том, что нужно сделать для решения тех или иных проблем. Допустим, мирный план по Донбассу – я ведь не просто являюсь автором этого плана-концепции. Это же не просто план написал Медведчук, используя свой опыт в переговорном процессе с 2014-го года, и сказал: вот мирный план мой, будем договариваться. Не так! Для того, чтобы его написать, я проводил переговоры с руководителями Донецка, Луганска, с руководителем РФ, и я искал варианты, которые могли бы устроить всех. Варианты, которые действительно могли бы принести мир на Донбасс и прекратить боевые действия. И то, что написано в этом плане-концепции, который предполагает возвращение людей, а не территорий (в первую очередь людей, а потом уже территорий), гарантии безопасности, предоставление автономного статуса, – это все предварительно уже согласовано. Именно поэтому господин Пушилин, руководитель непризнанной "ДНР", господин Пасичник, руководитель непризнанной "ЛНР", господин Грызлов от имени РФ (когда делал заявление, что мы поддерживаем план Медведчука, он же знал, о чем идет речь, как и Пушилин, и Пасичник) говорят: мы готовы садиться за стол переговоров, брать этот план и по этому плану принимать решения. Это же не лозунги, не девизы или результат политической трескотни – это конкретное предложение. Что, мне с этим планом надо к кому-то бегать? Господин Порошенко об этом знал. А ему это зачем? Он что, хотел вернуть людей Донбасса? Нет. А зачем они ему? Они бы за него никогда не голосовали. А вот за Зеленского представители Донецкой области и Луганской голосовали. И в Луганской области за него проголосовало 90% избирателей. И поэтому ему надо сегодня задуматься и не ждать советов от нашей партии, от Медведчука, а вот есть этот план, есть достигнутые предварительные договоренности – бери за основу, проводи прямые переговоры Киев-Донецк-Луганск-Москва, решай вопросы мира и прекращения боевых действий. Это конкретика, которая есть не просто в наших идеях, а в конкретном плане.

Так или иначе, эти прямые переговоры проходят в Минске, в рамках Минской контактной группы.

Не совсем так.

Там есть представители непризнанных "ЛНР", "ДНР".

Не совсем так. В Минске заседает контактная трехсторонняя группа: представители ОБСЕ, России и Украины, и есть рабочие группы: гуманитарная, политическая, оборонная и экономическая. Там нет руководителей Донецка и Луганска. Там нет руководства РФ. То, чем я занимался эти годы, до мая прошлого года, когда я отказался ездить в Минск и публично заявил господину Порошенко, что я туда ездить не буду, потому что не считаю правильным поведение господина Порошенко, который отказался от обменов после того, как был последний обмен в декабре 17-го года, и я договорился тогда с Путиным, который обратился к руководителям Луганска и Донецка пойти навстречу и на уступки украинской стороне, чтобы обмен 306 на 74 совершить с учетом не тех лиц, которых хотели получить Луганск и Донецк, а только ограниченного количества. Потому что они хотели получить и других, но они привлекались за особо тяжкие преступления. И Украина заняла позицию – мы не будем их отдавать. Так вот, нужна была помощь Путина, который вмешался и поддержал мои действия, и его святейшество Патриарх Кирилл – вместе попросили, и они пошли на это. Но при условии, что я тогда от имени Украины дал обязательство, что будет второй этап – в январе-феврале 18-го года, когда будут возвращены домой, в семьи, все установленные на все установленные. И вот с января Порошенко занял позицию – давайте будем проводить обмен: 10 на 25, 15 на 35. Я говорю: нет, всех установленных на всех установленных. Сегодня это 62 на 185. Он отказался выполнять это. И тогда я сказал, что сегодня подвергнут сомнению мой авторитет и мое слово, которое я давал в Москве, Донецке и Луганске, ссылаясь на вас и получив добро от вас, господин президент. Поэтому я этим больше заниматься не буду, ездить в Минск не собираюсь, и вся вина в том, что эти люди не возвращены домой уже больше года, лежит на господине Порошенко. Это я ему высказал публично тогда, а потом он начал обвинять якобы в неэффективности Медведчука в вопросах обмена.

А в Минске рабочие группы – там идет подготовка. Там не принимаются решения, и по обменам тоже. Там готовят списки: индивидуальная подготовка, местонахождение, сверка дат, индивидуальные особенности. Там не решался ни один вопрос по поводу переговоров. А я организовывал переговоры и добивался освобождения 485 лиц наших граждан за эти годы, с декабря 14-го года. Это все решалось в других местах: в Донецке, Луганске, в Москве. Поэтому в Минске – это не те прямые переговоры. Прямые переговоры – это Киев-Донецк-Луганск-Москва, по вопросам стратегическим. Где те, кто участвуют, имеют право принимать решения. А там решения не принимаются.

Я просто к чему это спрашиваю. Возможно, вы слышали заявление новоизбранного президента Владимира Зеленского, что он собирается перезагрузить, во-первых, минский процесс, и, во-вторых, обновить команду переговорщиков. Это может сдвинуть с мертвой точки этот процесс и подтолкнуть его к тому направлению, о котором вы говорите?

Наверное, может. Поживем – увидим, насколько господин Зеленский понимает, что собой представляет минский процесс, насколько он понимает, что означает реализация минских соглашений с целью установления мира, хотя у меня есть в этом отношении огромные сомнения. Потому что это уже не окружение, а лично господин Зеленский заявил за два дня до выборов в интервью "РБК-Украина", когда ему задали вопрос "Вот особый статус – вы поддерживаете особый статус Донбасса? Это записано в минских соглашениях. Украина должна внести изменения по особому статусу в Конституцию. Есть закон об особом статусе, который принят, но заблокирован ВР и президентом". Так вот он сказал – "нет". – "Амнистию вы подпишете тем гражданам Украины, которые находятся на территориях ОРДЛО?" – "Нет, не подпишу". Я делаю вывод: если у него эта позиция сохранится, то вопрос мира откладывается на непонятное время. Второе: это означает, что он понимает, каким образом можно достигнуть мира. И точно я знаю, что эта позиция не устроит Донецк, Луганск, и думаю, что в этом вопросе его не поддержит Москва. Вот моя точка зрения по этому поводу.

Виктор Владимирович, далее о Москве, ведь вы интересное интервью дали агентству Reuters. Мы его перечитали – на самом деле не только мы: огромный резонанс, справедливости ради упомяну просто, ваше интервью вызвало. Поправьте меня, если я неправду говорю: около ста изданий мировых его перепечатали.

Европы, США, Японии, Австралии – везде.

Ведущие издания на самом деле.

Это именно той части, которая касалась мирного плана и возможных договоренностей между Россией и Украиной, акцентирую внимание. Именно это цитировалось.

Абсолютно точно – эти цитаты пошли по миру и обсуждались в различных телевизионных студиях, не только в Украине. Сегодня Курт Волкер также – я не знаю, возможно, он перечитал ваше это интервью – заявил о том, что вести прямые переговоры...

Мы из-за угла друг за другом постоянно наблюдаем, потому что я достаточно критически высказываюсь по поводу его функций и его предназначенности и очень резко критикую за его позицию, поэтому не исключено, что он интересуется.

Ну вероятно, потому что если здесь причинно-следственные связи сейчас поищем в том, что он сказал, и в том, что вы сказали, – здесь есть совпадения. Смотрите: желание Зеленского вести прямые переговоры с Путиным он назвал хорошим, он сказал, что это позитивный сигнал, и здесь единственное интересует теперь – что думают в Москве, что думает Зеленский, ведь им друг с другом говорить. Вы сказали в этом интервью, что Путин хотел бы больше узнать о Зеленском, что у них нет никаких ожиданий, ведь они хотят посмотреть, кто будет в команде, кто будет вокруг...

И что он будет делать, самое главное.

Пока Россия даже не поздравила Зеленского, кстати, с победой, нет этого поздравления. Лукашенко поздравил, кстати, очень быстро, Путин тянет.

Что касается господина Путина и Лукашенко. Потом по поводу Лукашенко я скажу в первый раз, я обещал раскрыть одну тайну, и я ее раскрою. Причем в прямом эфире в первый раз. А сейчас по поводу господина Путина. Когда я встречался – последняя встреча 4 апреля – с господином Путиным, мы обсуждали эту тему, и, естественно, Путин повторил то, что и сказал, о том, что "мы будем уважать выбор украинских граждан, каким бы он ни был", это первое. Тот, кто придет, если это придет не действующий президент, которого они хорошо знают и, наверное, слишком хорошо, и мы догадываемся, как они его знают. Естественно, необходимо узнать человека и его действия. И вы абсолютно правильно сказали, что господин Путин и его пресс-служба, господин Песков буквально вчера прокомментировали по поводу того, что они считают преждевременным – ссылка на Кремль, господина Пескова, – поздравление господина Зеленского, как и преждевременным – вот здесь эта фраза вызывает такое ударение – говорить о совместных действиях. При этом еще раз подчеркнуто, что уважается выбор украинских граждан, но конкретные дела господина Зеленского и его команды будут анализироваться, и после этого можно делать или говорить какие-то выводы. А по поводу господина Лукашенко, с которым я встречался в начале апреля: я тогда заявил в интервью, что он единственный, кто еще – вдумайтесь – где-то 1 марта заявил о том, что во второй тур выйдут Порошенко и Зеленский. Я хочу вам сказать, что если вы вспомните 1 марта и подымите прессу – никто из политиков, политологов и экспертов не мог предсказать, что это будет так, он это сказал с уверенностью, и я, кстати, об этом потом заявил. И вот когда мы с ним встречались, а я пошутил, потому что пресс-служба потом дала это интервью, кстати, ваш канал давал по поводу этой встречи, когда я сказал: "Я сейчас встречаюсь с Александром Григорьевичем, я первый гражданин Украины, который узнает, кто будет президентом в Украине, потому что Александр Григорьевич точно знает". Так вот, он мне тогда сказал, что это будет Зеленский, но, естественно, попросил, чтобы я этого не говорил. И журналисты белорусские меня спрашивали, и в Украине – я отказался говорить, но сегодня я могу сказать, что тогда, на встрече 4 апреля он сказал, что президентом будет Зеленский.

Кажется, с господином Лукашенко необходимо договариваться о политических прогнозах, чтобы он озвучивал в эфире нашего телеканала. Теперь марионетка... кто кого назначал. Сейчас начнут "белорусский мир" искать, вы понимаете.

Кстати, в Белоруссии смотрят "112-й" канал. И кстати, я знаю, что у вас открылся… А господин Лукашенко и на пресс-конференцию приглашал, на большую пресс-конференцию, где он говорил об Украине, о мирном плане. Потому что я встречался с ним по вопросу мира, я хочу перетянуть его на свою сторону, и он согласен с этим, участвовать в том числе в качестве посредника, в качестве действующей силы, которая могла бы помочь Украине и России решить многие проблемы и, главное, помочь Украине установить мир и прекратить боевые действия на Донбассе.

Смотрите, очень хочется узнать ваше мнение по поводу перспектив возвращения украинских моряков домой, потому что когда вы приезжали в Москву, общались с господином Медведевым в частности, тогда в СМИ много критики было: почему вы говорите о газе, а не об освобождении украинцев, которые находятся в российских тюрьмах. И вот здесь опять-таки многие эксперты в нашей студии говорили, что обмены и возвращение украинцев домой встали на паузу именно из-за президентских выборов. Ну хорошо, президентские выборы прошли. Есть ли шанс и перспектива того, что украинские моряки в ближайшее время вернутся домой, и что Россия хочет за это? Условия Москвы?

Вы знаете, я уже неоднократно встречался с господином Путиным, где обсуждался вопрос освобождения 22 моряков и двух сотрудников СБУ, и эти переговоры продолжаются. Речь идет не об обмене, а об освобождении. Никаких требований российская сторона не выдвигает. Говорить сейчас о нюансах переговорного процесса я не могу и не имею права, потому что это то, что касается переговоров двух сторон, с одной стороны – это я, с другой – руководство РФ. И я хочу вам сказать, и я уже неоднократно отвечал на этот вопрос: если бы не было шанса их вернуть, я бы этим вопросом не занимался. Учитывая, что я вижу возможность того, что мы можем их вернуть, даже не говоря когда – то есть речь же не идет о каких-то годах. О том, что они могут быть возвращены, они могут быть освобождены и вернуться на родину. Я этим вопросом занимаюсь и хочу подчеркнуть, что я это делаю не по просьбе или поручению господина Порошенко и тем более господина Зеленского, – я это делаю, потому что я могу это сделать, и такой в данном случае есть позиция нашей партии "Оппозиционная платформа – За жизнь". Надо этим заниматься, если мы можем это делать. Мы будем это делать, и мы надеемся на успех в этом вопросе.

Я думаю, вся Украина надеется на успех в этом вопросе. Мы все ждем домой наших граждан.

И еще, я прошу прощения, по поводу паузы: нет, вопросы паузы и избирательной кампании никогда не были связаны, я об этом говорил неоднократно в интервью и в феврале, и в марте, я об этом говорил на съезде нашей партии. Если бы сегодня – вчера, и даже сегодня, и даже завтра господин Порошенко проявил политическую волю и сказал: "Надо организовать обмен 62 наших ребят, которые находятся в Донецке и Луганске, освободить их и отдать 185, которые находятся в Украине, которые установлены с второй стороны и подтверждены СБУ и соответствующими спецслужбами Донецка и Луганска", мы могли бы это сделать за 3-5 дней, и выборы здесь ни при чем. Политическая воля одного человека. В Донецке и Луганске и Москве согласны – согласие нужно президента Украины, или действующего, или будущего. Но повторяю: если бы это было в марте, мы сделали бы это в марте, если бы это было в апреле, мы сделали бы это в апреле, и выборы здесь ни при чем. То есть не нужны политические спекуляции. Когда Порошенко говорил о неэффективности Медведчука, он забыл сказать, что это его политическая воля, которая свидетельствует о том, что он не хочет и не хотел, чтобы эти люди вернулись домой. И в этом я его не просто упрекал, я в этом его обвинял публично и тогда, и обвиняю сегодня. Поэтому любые разговоры, что Путин сказал, что во время выборов не будет – да, политические спекуляции были: вот сейчас Медведчук поедет или освободит, и это будут дивиденды кандидату в президенты, которого поддерживает Медведчук, то есть Бойко, или это будут дивиденды партии. Да нет, когда речь идет об обмене, решение принимается кем? Руководством Донецка и Луганска и в Киеве Порошенко – не Медведчуком. Медведчук может договориться, Медведчук может организовать, но не принять решение, – здесь обмен, и он делается только при политической воле руководителей А вот когда речь идет об освобождении, это одностороннее действие. Это я если договорюсь, если мне пойдут навстречу, то мы можем вернуть тех или иных людей. Вот в таком ракурсе ведутся переговоры по украинским морякам.

Мы просто, знаете... Вот вы, Виктор Владимирович, говорите, что это не о выборах, это о политической воле, а мы надеемся, что ну по крайней мере перед выборами эта политическая воля должна появляться.

Вы имеете в виду эти или следующие? Любые?

Знаете, мы во время каждых надеемся на политическую волю, особенно семьи как надеются.

Вы знаете, вот я критически к этому отношусь, потому что я сам в прошлом адвокат. Когда адвокаты начинают переводить из плоскости того, что они должны содействовать праву на защиту и защищать в соответствии с законом, выполняя свой профессиональный долг, а они говорят: "Да нет, тут эти вопросы не решатся, здесь, наверное, будут сроки, будут наказания, ну потом в порядке обмена можно сделать". Адвокатам надо заниматься тем, что они должны осуществлять функции и реализовывать право на защиту, и не рассказывать по поводу того, что кто-то там освободит, потому что есть версия "да нет, ну сейчас не освободили – ага, ну перед парламентскими выборами обязательно сделают одолжение и освободят". Не надо это говорить, потому что когда это говорят, это настраивает одну и другую сторону. Я сейчас это сделаю, мы это сделаем, мы на это согласимся, а нам скажут, что это сделано под выборы. Тогда не будем делать, тогда будем ждать, пока все выборы пройдут. Это правильно? Нет. Поэтому вот переговорный процесс, когда вы спросили про моряков, он должен идти в тишине. Нельзя сообщать подробности и нюансы. Когда принято решение и когда мы знаем о том, что это уже состоится завтра или состоялось сегодня, тогда надо об этом говорить, а все остальное – оно оборачивается вот этими политическими спекуляциями, а главная задача – вы правильно сказали – надо вернуть людей домой, в семьи, к родным. В этом вопросе – только результат.

Мне вспоминаются еще два человека, тесно связанные с событиями по обмену пленными. Один из них был в тюрьме, Надежда Савченко, а Владимир Рубан в свое время как раз и занимался, был также посредником по переговорам об обмене пленными. И последний год они провели в украинском СИЗО. Перед президентскими выборами их же выпустили, и, кстати, оба уже заявляют о своих планах участвовать в парламентских выборах. Первое: ваша характеристика этого дела, которое против них было открыто Генеральной прокуратурой. И второе: готовы ли вы наладить с ними политическое сотрудничество?

Вы знаете, я хочу сказать, первое: по поводу того дела, по которому они привлекаются к ответственности и продолжают привлекаться. Вы же знаете, что это связано, как указывали СМИ, с определенными процессуальными процедурами, которые вовремя не были выполнены со стороны обвинения, и поэтому суд принял решение и освободил их из-под стражи, не продлив содержание под стражей. Я не знаю материалов данного уголовного дела, и как юрист я, естественно, не могу высказываться в пользу одного или другого. Так, как это выглядело тогда, когда это обвинение было в виде шоу и в парламенте, и в других инстанциях, и как об этом говорил господин президент, господин генеральный прокурор и многие другие, вызывало ряд сомнений у меня, в том числе как у профессионала и специалиста. Но эти сомнения мои внутренние, я не имею на них права, так как нет доказательств или аргументов того, есть доказательства или нет. Эти люди, насколько нам известно, вину свою не признали. Насколько их вина доказана на сегодняшний день, не представляется возможным. То, что произошло накануне президентских выборов, – оно своего рода, знаете, как какое-то совпадение, случайное или нет – ну хочется верить, что случайное, а может и неслучайное, но в любом случае люди-то на свободе. И люди заслуженные, потому что Савченко – я хорошо знаю не ее лично, потому что до сих пор я с ней не знаком, но я сделал все для того, чтобы она была освобождена. Я предложил когда-то президенту РФ вариант того, как ее можно освободить, после того давления, которое шло во всем мире, международного шантажа, угроз в адрес России, которые были контрпродуктивными. И когда предложили схему и я провел переговоры с потерпевшими, теми, кто пострадал в результате того, в чем обвинялась Савченко, в убийстве двух журналистов, вы знаете, ваших коллег, и признали виновной Савченко решением суда, когда я обратился к сестре одного из них и к жене другого и провел несколько раундов переговоров, я попросил: "Обратитесь к президенту РФ с просьбой помиловать". Я знал, что если такая просьба будет, господин Путин рассмотрит ее. И вот они это сделали, и 25 мая 2016 года она была помилована. И в результате произошел обмен, когда на двух граждан России мы ее обменяли и освободили. Она – герой Украины, она – заслуженный человек, в конечном итоге она – народный депутат сегодня. Говорить о том, что она виновна, исходя из презумпции невиновности, нельзя: приговора, который вступил в законную силу, нет, поэтому на сегодняшний день она невиновна. В отношении господина Рубана – я долгое время не знал, кто это такой, потом я читал о том, что он принимал участие в обменах, а потом мы даже совместно, где-то это было, наверное, в 16-м году, проводили некоторые действия по обмену. Тоже заслуженный человек, который освободил многих людей, и в этом плане я думаю, что он заслуживает положительной оценки. Опять-таки, нет приговора, вступившего в силу, говорить, что он виновный – нет. Поэтому их политическое будущее сегодня – оно есть, оно реально, мы не знаем, какие будут действия дальнейшие процессуальные, судебные в ходе судебного разбирательства, но они могут сегодня участвовать в политической борьбе. По поводу их взглядов – они мне пока неизвестны, поэтому говорить о сотрудничестве с учетом идеологии той, сторонником которой являюсь я и наша партия "Оппозиционная платформа – За жизнь", и они, я не знаю, но в любом случае может случиться то, что может случиться. Пока этот вопрос не стоял, пока мы его не изучали, пока никто к нам по этому поводу не обращался, но у них есть политическая судьба и политические возможности.

Очень важная тема еще относительно будущего парламента. Не секрет, что ваша политическая сила, согласно соцопросам КМИС, сейчас занимает второе место в рейтингах парламентских, и если бы выборы в ближайшее время состоялись, то, по данным КМИС, в парламент могли бы попасть: "Слуга народа"; "Оппозиционная платформа - За жизнь"; "Блок Петра Порошенко"; "Батькивщина"; "Гражданская позиция"; "Сила и честь". Плюс на грани прохода в парламент были бы там Радикальная партия и "Свобода". С кем из них вы были бы готовы формировать коалицию - это первый вопрос, и второй вопрос - с "Оппозиционным блоком" вы готовы дальше вести переговоры об объединении и единую командную игру на парламентских выборах?

Пока из списка первого вашего блока могу сказать, что мы не рассматривали этот вопрос о возможных коалициях, на сегодняшний день этот вопрос не стоит, и он для нас неактуальный. Потому что если говорить об идеологии "Оппозиционной платформы – За жизнь" и тех, кого вы перечислили, то это сегодня если не небо и земля, то все-таки отдаленное – то, что хотим мы, то, что можем мы, и то, что мы принципиально… Когда вы говорите, видимо, об "Оппозиционном блоке - Партии мира", который возглавляется Вилкулом, Колесниковым, Новинским и остальными, я вам хочу сказать, я уже начинал об этом говорить, у нас были переговоры осенью прошлого года, когда мы пытались объединить всех, в том числе и их, и эти переговоры с их участием шли более трех месяцев. В результате мы объединили усилия Бойко, партии "За жизнь" Рабиновича, мы создали "Оппозиционную платформу", а эти, о которых вы сейчас меня спрашиваете, люди, и эти народные депутаты, руководители этой партии, они отказались от объединения. И если бы они не отказались, а они бы пошли с нами в одной политической силе, то, как вы видите, сегодня в первом туре второе место занял бы не Порошенко, а Бойко, потому что Бойко набрал 12%, Вилкул – 4%. Здесь даже не вопрос арифметического сложения, а вопрос энергии, потому что у нас даже было фонирование "Оппозиционного блока - Партии мира" и "Оппозиционной платформы – За жизнь". Более того, были различные провокации в отношении нашей стороны по поводу листовок, призывов, якобы Рабиновича не голосовать за Бойко и многое другое. Но если бы мы шли одним отрядом, то эта политическая сила была бы точно второй, ее кандидат был вторым, и тогда в финале встречались бы Зеленский и Бойко. Задача этих людей была не пустить Бойко во второй тур и поддержать Порошенко, им это, к сожалению, удалось.

Сейчас вы готовы вести с ними переговоры о возможном объединении?

Вот с учетом того, последнего, что я сказал, попробуйте ответить на этот вопрос. Я отвечаю следующим образом: этот вопрос не актуален, и сегодня он поставлен быть не может именно ввиду тех причин, которые я перечислил.

У нас остается на итог минута, даже меньше.

Я хочу буквально несколько слов сказать по поводу того, что "Оппозиционная платформа – За жизнь", которую я здесь, уважаемые друзья, представляю, занимает принципиальную и последовательную позицию, и она идет на выборы парламентские (как это было и с кандидатом Юрием Бойко, который шел от нашей "Оппозиционной платформы – За жизнь"), с тем, чтобы принести мир в страну, покончить с тарифным геноцидом, покончить с криминальным беспределом, устранить все то, что сегодня является социальной несправедливостью, кардинально и радикально изменить экономический курс в стране, сделать так, чтобы уровень дохода наших людей вырос, а страна наша, Родина наша, Украина стала успешной.

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>