Воскресение Христа и спустя 2000 лет может изменить нас к лучшему

Верховный архиепископ Галицкий, глава Украинской греко-католической церкви, блаженнейший Святослав в интервью 112 Украина о Пасхе, церкви и не только

Воскресение Христа и спустя 2000 лет может изменить нас к лучшему
112.ua

Наташа Влащенко

Журналист

Верховный архиепископ Галицкий, глава Украинской греко-католической церкви, блаженнейший Святослав в интервью 112 Украина о Пасхе, церкви и не только

Влащенко: Сегодня гостем нашей студии стал Верховный архиепископ Галицкий, глава Украинской греко-католической церкви, блаженнейший Святослав.

Добрый день. Как вы считаете, что нам дали последние два-три года? Сформировалось ли гражданское общество в Украине? Какими эти годы были для вас лично и для вашей паствы?

Шевчук: Я думаю, что таким ключевым историческим моментом, где не просто трансформация показала себя этого общества, но это гражданское общество оно действительно себя утвердило и показало на весь мир – это был Майдан. Майдан начало гражданское общество. Было два разных Майдана – общественный и политический. И в конце наши политики вынуждены были свернуть свои политические флаги и лозунги и вернуться к людям. Именно это гражданское общество стало лидером общественных процессов, лидером изменения мировоззрения современного украинца. Я думаю, что произошло несколько очень важных изменений, положительных. Потому что мы очень часто замечаем только негатив, а положительное не всегда есть в поле нашего зрения. Прежде всего, мы стали свидетелями рождения нового понятия – украинского народа. Кто-то говорит о рождении новой политической нации в Украине, и очень важно, что это понятие – "политическая нация", оно не является эксклюзивным: то есть, только этнические украинцы сегодня являются его основой. Абсолютно нет. Сегодня чувствуют себя украинскими патриотами все граждане свободной независимой Украины. Я всегда шокирую разных собеседников, в том числе за рубежом, которые живут в парадигме противостояния с русским миром и говорят: "Вот там вы воюете против русских". Я говорю: "Нет, совершенно нет". Сегодня большая половина тех, кто умирает за свободную и независимую Украину, являются русскоязычными. Сегодня мы обязаны тем первым героям, которые отдали свою жизнь на Майдане, которые не были по этническому происхождению украинцами. Поэтому понятие нового украинского общества – оно есть инклюзивное. Все те люди, которые не хотят регресса в советские времена, себя чувствуют украинскими патриотами. Я думаю, что это очень позитивное изменение. Вторая важная вещь, это то, что сегодня гражданское общество далеко впереди от политиков и государственных чиновников. Если мы сегодня сравним способ мышления и деятельности волонтеров, активистов, даже религиозных деятелей, мы увидим, что наша политическая элита, которая еще является элитой под знаком вопроса – отстает на поколение. А государственный механизм выглядит, как какие-то ископаемые остатки из предыдущей эпохи какой-то такой советской системы. Поэтому гражданское общество сегодня является лидером перемен в государстве.

- Всегда было, что элита формирует смыслы для своего народа. Почему у нас оказалось наоборот?

- На этот вопрос сегодня мы не имеем исчерпывающего ответа. Но я имею определенные мысли по этому поводу. Очень часто наши так называемые элиты – были чужими. Они принадлежали к чужим народам, очень часто они становились инструментами в руках захватчиков. Поэтому, начиная еще с казацкой Украины, борьба за свое государство была борьбой за новые элиты. И те элиты рождались, но не с верхов, а из нутра этого народа. Я думаю, что сегодня именно таких лидеров мы еще ищем. То есть, ищем по сегодняшний день настоящую народную украинскую элиту. С одной стороны - это процесс освобождения. Мы знаем, что израильский народ выходил из рабства, тоже не имел, в частности, элиты. И поэтому Господь Бог призвал Моисея, который недоумевал и говорил: "Кто я такой? Я пойду к тем людям, и что я скажу? Почему они должны идти за мной?" Что-то подобное где-то, может, происходит и сегодня. Но я оптимист. Я вижу, что сегодня, действительно, есть очень много людей, которые являются активными гражданами своего государства.

Новости по теме

- А как далеко идет ваш оптимизм? Сможем ли мы с вами еще при своей жизни увидеть этих новых лидеров, которые из нутра вышли?

- Я – оптимист, то есть, я вижу тех людей. Но перед ними стоят непростые вызовы – очень легко можно перенять болезни старых элит. Мы сегодня, к сожалению, живем в условиях коррумпированного общества. И коррупция - это не только нарушение какого-то экономического порядка жизни. Коррупция - это есть моральная дилемма. Очень легко морально уничтожить молодого человека. Но мы имеем сегодня критическую массу тех людей, которые сознательно сделали выбор относительно совершенно другого образа жизни, других "правил игры", как мы это говорим. Я надеюсь, что те люди в определенный момент нашей истории перестанут бояться брать ответственность за свою страну. Потому что такой страх сегодня еще существует. Одна из непростых задач, даже воспитателей, в том числе и церковных деятелей, - это помочь молодым людям освободиться от этого страха. Очевидно, что в тоталитарной системе инициатива наказуема – как ты берешь на себя некую ответственность, очевидно, что ты натыкаешься на критику. Очень легко тогда попасть в поле зрения кого-то, кто начнет тебя преследовать. Но, я думаю, что мы, все же, способны возродить новую национальную элиту, за которой будет будущее.

- Майдан начался с того, что мы настаивали на том, что мы хотим жить в Европе и хотим иметь в своей повседневной жизни все европейские ценности, которые имеет сегодня Европа. Как вы считаете, все ли ваши прихожане принимают все европейские ценности? И вы лично? Есть ли там какие-то "но"?

- Вопрос, что такое "европейские ценности"? Для меня настоящими европейскими ценностями являются ценности христианские. Мы сегодня очень много говорим о христианских корнях Европы. Европейская цивилизация зародилась вокруг кафедральных соборов, вокруг монастырей. Оттуда пошла эта новая сила, которая породила европейскую цивилизацию. Когда кто-то сегодня хочет различить или отделить понятие "европейские ценности" от понятия "ценности христианские" - он это делает в ущерб себе и Европе. Поэтому мы, как христиане, проповедуем в храмах христианские ценности. Мы убеждены, что они являются настоящими ценностями Европы. На Майдане, как по мне, проявились христианские корни украинского народа, которые заключались, прежде всего, в уважении к ближнему. Мы говорим о Майдане как о Революции Достоинства - осознание собственного достоинства как образа Божьего есть уже революцией для современного человека. Поэтому я убежден, что христианские ценности являются теми, которые построили Европу, и теми, на которых сегодня строится новая Украина.

- Но мир меняется. Готова ли современная церковь к новым вызовам, как она относится к этому всему, в том числе и к инновационным, коммуникационным вызовам? Каким путем мы должны все идти здесь?

- Эти новые способы общения между людьми сами по себе являются очень добрыми, позитивными - общество становится все более открытым. И это очень хорошо – мы имеем возможность лучше обмениваться тем, чем живем. Но так случается, что мы обмениваемся всем: и хорошим, и плохим. Вызовом для современного человека является умение различать, умение правильно себя сориентировать. Мы живем в море информации, которое своей волной нас накрывает, и мы порой не в состоянии переварить все то, что нам предлагается. Я уже не говорю о том, чтобы мы научились правильно плавать в этом море и могли дойти до цели, которую себе выставляем в своей жизни. Что христианская вера может предложить современному человеку, который живет в открытом обществе, с новыми коммуникационными технологиями? Современная церковь или христианская община может предложить современному человеку правила жизни. То есть, то, что будет стоять настороже его личного достоинства и личной свободы. Сегодня много дискуссий ведется вокруг постулатов христианской морали. Сегодня определенные тенденции, даже законодательные инициативы порой прямо противоречат христианским моральным принципам и ценностям. Поэтому для христиан это еще раз возможность о них говорить. Я бы сравнил правила христианской морали со своеобразной инструкцией по применению. Еще можно назвать христианские моральные принципы необходимыми условиями, где можно действительно остаться собой, быть достойным человеком. Господь Бог дал человеку Божий закон, чтобы сохранить его личное достоинство. То есть, нравственный закон стоит на стороне достоинства человека и его защищает. Но сегодня все ставится под сомнение. И поэтому для христиан это повод объяснять и говорить о том, что сама возможность выбирать еще не является свободой. Полностью свободным человек является тогда, когда он имеет возможность выбирать добро – делать правильный выбор. И в этом заключается эта Божья мудрость, которая заключена в этих Божьих заповедях. Господь Бог нам предлагает правильный выбор, хотя личный выбор за каждым из нас.

Новости по теме

- Как вы готовите капелланов?

- Человек, который находится на фронте – он переживает распад своего видения мира. Те пули и снаряды не только ранят тело человека – они ранят его душу. Человек начинает в таких экстремальных обстоятельствах переоценивать всю свою жизнь. И в таких моментах, когда человек чувствует себя брошенным один на один с той ситуацией – присутствие верующего человека рядом, или понимание присутствия Бога вместе с тобой в эту минуту, является просто спасительным. Человек должен все же понимать, что есть нечто такое, что не упадет, есть нечто такое, что останется, есть что-то такое, что поможет найти жизнь в тех обстоятельствах смерти. И для христиан таким источником жизни или силой для выживания является христианская вера. Поэтому мы посылаем капелланов в зону боевых действий для того, чтобы они могли быть рядом. Война - это самая нелогичная, бессмысленная вещь в мире. Поэтому мы не можем приготовить даже наших капелланов ко всем обстоятельствам, которые они там встретят. Но мы, прежде всего, должны их приготовить, чтобы они не были бременем для наших военных в тех обстоятельствах, а помощью. Поэтому выучка военных капелланов многогранна. Прежде всего, это обучение, которое заключается в психологическом приготовлении. Очевидно, что это должна быть духовно зрелая личность, которая имеет с собой определенную историю зрелости в вере. Человек должен быть готов к служению в военной среде и знать ее динамику - межличностных отношений и т.д. И в тех, необходимых правилах приготовления заключается большая часть успеха служения военного капеллана.

112.ua

- Что для вас означают либеральные светские ценности? Мир, вроде бы, предлагает, что можно все. Как тут быть?

- Святой апостол Павел говорит так: "Все мне позволительно, но не все полезно". Вы употребили выражение "либеральные ценности". Libertas – означает свобода. Во всех предложениях очень важно умение различить: что меня сделает свободным, а что меня уведет? Один из первых признаков, характеристик того Бога, в которого мы верим, есть то, что Бог является источником свободы. Если вспомнить Пасху ветхозаветную, то израильтяне познали своего Бога как такого, который дает им свободу – ведет от рабства к свободе. То же самое мы говорим о содержании христианской Пасхи - Христос, воскресая из мертвых, показывает, что даже смерть не является концом. И поэтому даже страдания и смерть не есть нечто, что может нас поработить. "Страх смерти, - говорит "Письмо к евреям", - держит в рабстве человека". Христос – спасает. Поэтому, я думаю, что, все же, правилами христианской морали является то, что может нам сегодня помочь различить. Но церковь должна тоже идти в ногу с обществом. Те же вечные правила мы должны уметь донести до современного человека современным способом. Потому что те понятия, которыми оперировали люди 100-200 лет назад, сегодня уже не функционируют. Например, очень часто пытались объяснить, что сделал для меня Христос таким понятием, как "искупление". Христос заплатил за свободу человека самую высокую цену – свою жизнь. Сегодня эти понятия для современного человека до конца не понятны: "Что означает, что за меня кто-то заплатил? А что, я кому-то был должен?" Современный человек теряет чувство греха: "А почему кто-то меня осудил? Откуда взялось, что кто-то должен меня спасать?" Современные вызовы, современные понятия, которые, возможно, несколько лет назад не существовали. Возьмем новые разные технологии, которые сегодня имеет новое общество. В частности репродуктивные технологии, которые ставят под вопрос вечную истину об отцовстве и материнстве. Такие вопросы эти церкви не вынуждены были решать, но они стоят перед современным человеком.

- А как церковь относится к искусственному оплодотворению и т. д.? Ведь всем хочется иметь детей

- Церковь оценивает такие нового типа репродуктивные технологии с точки зрения защиты отцовства и материнства. Искусственные репродуктивные технологии отделяют человека от междуличностного отношения любви. И тогда отец, и мать становятся очень часто только донорами половых клеток.

- Так что, все-таки, грех?

- Очевидно.

- Прошло уже 2000 лет от жертвы Христа ради человечества. Почему эта жертва не сделала людей лучшими? Не была ли напрасной эта жертва?

- Как верующий человек, я скажу, что жертва Христа не напрасна – она является спасительной. Она дает всем нам возможность становиться лучше. Но здесь есть две стороны этого вопроса. Есть Христос, который как пасхальный агнец пожертвовал сам собой ради спасения человека и воскрес из мертвых. То есть смысл Пасхи, которую мы теперь празднуем. А есть человек, который нуждается в этом спасении. Вопрос есть: насколько я и вы, мы, готовы, хотим сделать своей личной эту действительность пасхальную, которая во Христе нам открывается. Например, какая-то болезнь уже побеждена – нашли от нее лекарства. Но, все же, существуют больные люди. Чтобы вылечиться, нужно получить эти лекарства. Смысл Евангельской проповеди, "хорошая новость" заключается в том, что кто-то ко мне приходит и говорит: "Я имею лекарства от твоей болезни". И не просто об этом говорит, а дает мне лекарство. И тогда я могу стать здоровым. Сегодня мы видим, что очень много людей, которые живут в состоянии греха и нуждаются в спасении. И поэтому мы, как христиане, более 2000 лет после Воскресения Христа являемся носителями этой благовести – доброй вести. Несмотря на то, что событие произошло 2000 лет назад – оно может коснуться вас сегодня и вас изменить к лучшему. Мы имеем веру, имеем все средства для того, чтобы получить это спасение, ту жизнь, которую дает нам Христос, и стать лучшими. Наше участие в становлении лучшими очень нужно и крайне необходимо. Святой Августин говорил так: "Господь Бог меня без меня сотворил. Но меня без меня спасти не может".

- В Библии слово "душа" написано 854 раза. Но там ни разу нет "бессмертная душа". Откуда взялось "бессмертная душа"? Как почувствовать, что душа таки бессмертна и что это является для нас внутренней опорой?

- Понятие души в Святом писании - очень глубокое, многогранное. Сегодня, когда мы говорим о душе, мы часто находимся под влиянием греческой философии, чем под впечатлением тех или иных библейских категорий мышления. Господь Бог сотворил человека как существо, призванное к бессмертию. Человек может все больше открывать в себе эту бессмертность, только в контексте общения с Богом. До конца открыл нам тайну бессмертия Христос. Потому что он умер и воскрес, и показал нам, что все люди, независимо от того, что мы знаем и что мы думаем, какими категориями мы оперируем в своем мышлении – мы все призваны пережить собственную смерть. И жизнь после смерти реально существует. Это то, что нам открывает Иисус Христос, в частности в таинстве Пасхи. Если мы понимаем эту тайну смерти, можем открыть себе эту истину в таинстве христианской веры – мы тогда поймем, почему мы живем. Мы совершенно по-другому будем свою жизнь укладывать. Как мы понимаем, что даже тот, кто меня убивает, он до конца не может целого меня убить – тогда я имею дерзновение предстать пред лицом того, кто мне угрожает смертью. Во всех христианских конфессиях есть культ мучеников. Церковь издревле почитает мучеников, потому что "мученик" с греческого означает "свидетель". Свидетель бессмертия. Это те, которые пренебрегли смертью и тем самым мне и вам показали, что смерть побеждена. Мы нуждаемся сегодня в таких свидетелях, которые бы помогли нам понять, что все те боли и страдания, которые мы переживаем – они не являются вечными. Те проблемы, которые беспокоят всех нас – они с одной стороны могут быть моим сокровищем или моим бременем. Если я переживаю страдания как верующий человек, то эти переживания, этот опыт становится моим сокровищем.

- А почему современный мир дает так мало мучеников?

- Сегодня христианская церковь имеет, возможно, больше мучеников, чем в ранних веках христианства. Только мы мало о них сегодня знаем. Например, коптийские мученики, которые погибли от рук исламистов так называемого "Исламского государства". Таких много мы имеем примеров. Они погибли только потому, что они отказались отречься от своей христианской веры. То есть, они поняли, что их вера в воскресение является чем-то важнее их физической жизни. Мы имеем много свидетелей веры в наши дни – мы просто мало о них знаем.

112.ua

- Кто сейчас поддерживает греко-католическую церковь как институт?

- Самым большим богатством и сокровищем, в частности нашей церкви, являются наши люди, наши верующие. Это багатство, которое вручил нам Господь наш, наши великие предшественники. Все то, что мы сегодня имеет, даже в материальном измерении – мы благодарны нашей пастве, нашим прихожанам. Когда речь идет о том, кто действительно сегодня финансово поддерживает нашу церковь, то еще мой великий предшественник, Блаженнейший Любомир Гузар, установил правила, которые мы все сегодня пытаемся всяко соблюдать – мы не берем деньги ни от власти, ни от нечестных бизнесменов. Поэтому, например, Фирташ не фигурирует в списках наших жертвователей. И наш Патриарший собор и это помещение, где мы находимся, мы построили благодаря пожертвованиям простых людей. Поэтому мы так долго строимся. Благодаря такому честному и прозрачному моральному отношению наш Патриарший собор, хотя он освящен, поныне еще не достроен.

- Вы уже пять лет главный человек в греко-католической церкви. Что для вас было наиболее трудным за эти годы?

- Меня выбрали как предстоятеля нашей церкви, как самого молодого среди всего епископата нашей церкви. Мне по сегодняшний день довольно трудно быть наставником, лидером даже для тех епископов, моих собратьев в епископстве, кто намного старше меня. Но Господь Бог наградил меня очень добрыми епископами, которые мне сегодня помогают. Но сегодня быть молодым не легко, а быть молодым в церкви является, возможно, еще более сложно, чем быть молодым в обществе, или в других обстоятельствах.

- Мог бы стать атеист вашим ближайшим другом?

- Почему нет?

- Какие вызовы сегодня стоят перед мировым христианством?

- Быть понятным.

- Может ли церковь участвовать в политике?

- Церковь не может участвовать в политике, но должна воспитывать честных политиков.

- Лучшая светская книга о христианстве?

- Я еще такой не нашел. Но есть несколько кандидатов.

- Может ли церковь заниматься бизнесом?

- Церковь может заниматься определенными финансовыми инициативами, но не должна превратиться в некую бизнес-структуру.

- Оправдывает ли цель средства?

- Никогда.

- Что важнее – интересы государства или интересы отдельного человека?

- Интересы человека. Но человек должен понимать, что он не является обособленным от общества и существует общее благо, которому он тоже должен послужить.

- Может ли сегодня церковь допустить ревизионизм христианской доктрины?

- Абсолютно нет, потому что мы являемся слугами Богом объявленной правды, а не являемся ее хозяевами.

- Три вещи, которые бы сказали своей пастве в светлый день Пасхи?

- В первую очередь, Пасха – это праздник победы. Победы жизни над смертью. Праздник Пасхи - праздник свободы, потому что когда Христос воскрес из мертвых, он показал, что даже смерть и грех не имеют до конца власти надо мной, и он меня освободил из этого рабства. Пасха – это тоже праздник надежды. Мы видим, что мы так сегодня в этой надежде нуждаемся – без веры нет надежды. И эта надежда сегодня нам подается воскресшим Христом.

- Спасибо.

видео по теме

Новости партнеров

Загрузка...

Виджет партнеров