Руслана Лыжичко
"112 Украина"

Бацман: В эфире программа "Бацман". В студии - народная артистка Украины, общественный деятель Руслана Лыжичко.

Руслана, добрый вечер. Состоялся крупнейший обмен заложниками. Ты тот человек, который очень давно и очень глубоко занимается как раз этим вопросом. Сколько людей лично тебе удалось вытянуть за все это время?

Руслана: 42 наших военнослужащих, а также один из них был добровольцем, снайпером из батальона "Донбасс". Это было почти невозможно, наиболее опасной была наша поездка, мы даже не знали, уедем ли мы вместе с ними живыми оттуда. Однажды мы попали полностью под обстрел, в комендантский час. Мы настолько с "Офицерским корпусом" спешили взять людей, потому что переговоры очень тяжелые. То у сепаратистов есть настроение, то нет, то они уже дают, то не дают, - мы просто ехали: а вдруг повезет. Выезжая, мы не имели никаких гарантий. Когда мы приехали впервые, мне Захарченко сказал: "Ну, если по тебе кто-то даст пулеметной  очередью - ты должна быть готова ко всему". И таки дали. Убили у меня на глазах его охранника, я сидела за ним, и все это произошло на моих глазах. У меня дух на Майдане закалился, видя, как расстреляли Небесную сотню, когда я видела героизм и мужество людей, когда я все это пережила, то страха уже не было. Мы ехали на этой волне, понимая, что если не мы, то никто.

- Захарченко не мог сказать своим людям, чтобы они вас не трогали?

- Они рассчитывали, что какую-то часть пленных мы сможем обеспечить и с нашей стороны. Но мы в переговорах не были настолько веские. Я ехала, брала за горло и говорила: "Просто отдай. Я не могу тебе привезти твоих людей". Первый мой обмен был без единого человека - мы приехали и сразу забрали 16 человек. Ситуация была трагической и драматичной тем, что это было сразу после Иловайская. 26-27 августа, когда мы понимаем, что в Иловайске трагедия, мы понимаем, что Киев умалчивает это, что власть дает свою интонацию событиям. Мы не верим, стоим пикетом под АП, на Банковой, и с той стороны мне говорят, что это все проплаченные люди. Я поехала, у меня был концерт в Днепре, и я знала, что "Офицерский корпус" занимается обменом военнопленных. Мы сконтактировались, и я сказала, что поеду с ними. Я не сказала эту информацию своей семье, более того, со мной на концерте была моя мама. Я посадила группу и маму в самолет, а о себе сказала, что мне надо остаться. Мы с "Офицерским корпусом" поехали в Донецк. Наверное, когда у человека вообще нет страха... Это трудно передать. У меня было два варианта: либо я говорю, что мне страшно, потому что вы можете меня убить, или я приезжаю в свою Украину, в свой украинский Донецк и говорю: "Отдайте мне моих людей". Наверное, это какая-то уверенность нам дала возможность с ними договариваться, и в конечном варианте мы привезли 42 наших военнослужащих, и среди них был парень, у которого жена родила через два месяца. Среди них был человек, который женился благодаря моей победе на Евровидении. Это мистика.

Новости по теме: Обмен пленными на Донбассе завершен, на свободе - 74 украинца

- Ты была в оккупированном Донецке 5 раз. Что ты там увидела?

- Разруха во всем. Разрушенный регион. Они оправдывают ситуацию по-своему, и по их мнению, ситуация выглядит так, как она выглядит. На тот момент, когда я приезжала, я думаю, что переговоры были возможны, и я очень жалею, что я не подошла к президенту, не взяла его за горло и не сказала: "Делайте, что хотите, но вы можете повлиять на ситуацию". В то же время, когда я приехала с первой поездки, сразу пошла в АП и рассказала все, что я видела. Говорю: "Давайте сюда карту, давайте ручку, я вам нарисую, расскажу то, чего вы точно не знаете". Они не верили, думали, какие-то сказки Руслана рассказывает. Я не могу объяснить: это безопасность, самоуверенность, какая-то трусость или что ими руководило? Все можно было после Иловайска повернуть по-другому. Мы столько бы людей сохранили, столько ребят не пошли бы на небо. Мне кажется, что мы еще очень долго будем отвечать за эту ситуацию. Мы все вместе.

- Какие у тебя сейчас отношения с Захарченко?

- Никаких. У меня не может быть с ним отношений.

- Какое впечатление он на тебя произвел?

- Это враг. Я не люблю употреблять это слово, потому что даже в нашем гимне: "Згинуть наші вороженьки". Мы даже не хотим агрессивно в гимне говорить о нашем враге. Но, по факту, - это враг. И пока он им остается.

- Что он тебе сказал?

- Приходилось очень много спорить и очень много объяснять, почему они должны отдать мне людей.

- А почему они тебе отдавали вообще?

- Не знаю. По их версии, они имели какой-то особый респект ко мне: за мое мужество, за мою победу на Евровидении, за то, что я такая вся правдивая. Но трудно слушать все это, так как эти люди убили близких нам людей. Я помню эпизод, когда я приехала на базу, где наших ребят удерживали, и выходят наших 30 воинов. И мне надо из 30 выбрать только 15. И наши ребята подталкивали: "Забери, у него двое детей; забери этого, потому что он самый молодой; забери, потому что он болен". Я пережила такое. Одна ситуация была, которая меня на всю жизнь как-то травмировала. Я привезла одного парня(мы всегда привозили в Днепропетровскую администрацию), семья встречает, мать радуется, а он говорит, что брата убили. Эту боль, наверное, надо увидеть, чтобы понимать, что вообще произошло. Нам не просто "Киборги" надо смотреть, репортажи или какие-то материалы, нам надо брать так власть за горло и говорить: "Ребята, а ну отвечайте, что было на Майдане?" Государственное преступление - я не могу жить в государстве, где нет наказания за государственное преступление. Все, что произошло против мирного протеста, а Майдан был мирным протестом от начала до конца, вплоть до момента, когда убили мирных невооруженных людей. Не ответили за это, не ответили за Иловайск, за Дебальцево. Ребята, мы рано или поздно возьмем вас за горло - вы не будете властью, пока вы не начнете отвечать за государственные преступления. Достаточно покрывать "папередников". Так не пройдет, однозначно.

Новости по теме: Порошенко: 10 января ТКГ проведет переговоры относительно нового обмена пленными

- Захарченко - марионетка Путина или нет?

- Однозначно. Может, они в начале и играли в какую-то самостоятельность... Но они получили оружие от России, там были все российские боевые единицы, я это видела. Они подписались на это и сразу стали заложниками. Им конец.

- А что Захарченко говорит о Путине и Порошенко?

- Ясно, что о Путине они ничего не будут говорить, ни при каких обстоятельствах. Там такой страх, что даже нельзя себе представить. О нашей власти они говорили, что когда действительно будут принципы Майдана, когда будет все по-честному... Все же воруют. Он меня упрекает, я пытаюсь ему что-то отвечать, но, к сожалению, это нарекания не только из оккупированного Донбасса и не только от сепаратистов, а и от цивилизованной Европы, от европейских политиков, от американских политиков. От людей, которые смотрят на Украину сегодня и говорят: "Ну такой ценой вы уже сохраняете свою страну, такой невероятной силой духа людей, и чтобы власть не позаботилась об этом, об элементарных реформах, об элементарной перспективе, и бросала кости-подачки в виде безвиза - это не то".

Новости по теме: Дело о расстрелах на Майдане: Горбатюк пообещал обнародовать список нардепов, которые игнорируют допросы

- Почему до сих пор не названы убийцы Небесной сотни?

- Первое, что я видела на Майдане, - то, что артефакты зачищали сразу. Наверное, государственная машина у нас так построена, что если государство создает преступления - оно ​​уже имеет наработанные схемы. То есть группа зачистки работает моментально. Ломали серверы, уничтожали документацию мгновенно. Я знаю точно - мне говорили в СБУ. Концы в воду. Это было на стыке, когда Наливайченко и Аваков поехали "догонять" Януковича. Вот тогда и происходила эта зачистка. Мы даже сами по Майдану ходили, и мне на сцену собирали артефакты, и часть у меня хранится, в отдельном месте. Я знаю, что придет время и мне придется эти факты показать. Люди подходили к сцене и говорили, что там зачищается все. Милиция не сможет потом ничего доказать. Это первый этап. Второй этап: я дважды ходила в ГПУ. Сидят молодые следователи и опрашивают меня по одному эпизоду. Я им говорю: "Я 90 дней стояла на Майдане, можете меня по 90 эпизодам допросить". Они говорят: "У нас нет достаточно фотографий, достаточно видео, мы не можем их идентифицировать". Я говорю: "Наши айтишники, в Америке, сразу увидели, что исчезают видео, они все это повыкачивали. У нас около 60000 файлов видео, которые могут быть уже у вас на сервере". Для них это было открытие. Волонтеры-активисты, Евромайдан SOS пашут больше, чем наше государственное учреждение. И здесь я могу сказать: "Юра (я имею в виду Луценко), здесь я тебя не догоняю. Я тебя знала на Майдане другим человеком. Или наберись мужества и уже что-то сделай или тогда просто уже на следующий раз не выходи на Майдан". И это не только Юры касается. Все они в этой системе сейчас, все они имеют ответы - от президента до каждого, причастного к информации, они примерно все знают.

Новости по теме: Суд отпустил из-под стражи двоих обвиняемых в покушении на убийство евромайдановцев

- Какие-то странные вещи на Майдане были для тебя?

- Там много работало агентуры. Постоянно были голоса: "С тем не говори, тот тебе враг, тот ФСБшник, тот ЦРУшник". Запугивали так людей, вы себе не представляете. Мифы сеялись с такой скоростью, что не успевал просто проанализировать. Это было одно из самых больших вмешательств, чтобы Майдан изнутри как-то разваливать. Люди настолько крепли, и это была какая-то сила от Бога, все схемы, чтобы развалить его извне или изнутри не срабатывали. Запускали различные вирусы, в том числе и отравляли воду. В один момент все заболели на Майдане: раз - и к утру все больные. Когда ты прав, когда у тебя любовь в сердце, тебе Бог даст силы и ты победишь.

- Самый страшный момент Майдана какой?

- Конечно, похороны людей. Когда несли гробы - эти аплодисменты, слезы и пение. Подносят к сцене гробы, и я вижу этих молодых ребят, а среди них был мой большой друг Устим Голоднюк, мальчик в голубой каске. У меня вообще личная история с этой семьей, с его отцом. Мы раньше были знакомы. Мы весь Майдан с ним простояли, такой хороший, добрый парень был. Люди такую ​​трагедию искреннюю пережили - хуже момента, наверное, на Майдане не было. Это было самое сложное.

Новости по теме: Шуфрич: "Студенческий Майдан" - разработка Банковой, но студентов во время его разгона там не было

- В соцсетях тогда писали, что ты там стоишь, потому что тебе платит или Игорь Коломойский, или какой-то другой олигарх. Кто "платил"?

- Ни Фирташ, ни Левочкин, ни Пинчук и т.д. Мифы сеялись абсолютно обо всех. Объяснить мое присутствие на Майдане могли только люди, которые были на Майдане. Они видели, они понимали, они слышали слова, которые я говорила. Когда смотришь на человека и понимаешь: "Я ему верю. Или не верю". Эти мифы смешные, они же отвалились сразу, не прижились. Политического проекта у меня нет, в политику я не пошла, попыток нет, заявок нет, амбиций нет. Я в политику не иду и не пойду. Это настолько грязное для меня дело. Я имею силу со сцены менять страну и давать энергию. А в политику, если я зайду, не дай бог, то я взорву все, что там есть, изнутри.

- В интервью ты сказала: "Наша власть провоцирует людей не на глухое разочарование, а на то, что люди поднимут их на вилы и грабли и вынесут из ВР и АП вместе с Кабмином. Не знаю, что будет дальше, но понимаю, что они провоцируют всех к новому взрыву. Они пытаются провернуть то, что не удалось Януковичу - заарканить свободный народ, пока он не успел расправить плечи". Ты сейчас тоже так думаешь?

- Сейчас ситуация ухудшились. Но, в отличие от Саакашвили, я по-другому к этому отношусь. Когда я критикую власть, я понимаю, что за этой критикой всегда нужно давать конструктив. Более того, я не критикую сейчас для того, чтобы расшатывать ситуацию, или давать критику в пользу своим политическим месседжам. Я констатирую факт, который каждый из нас чувствует: мы не увидели фундаментальных изменений. Фундаментальные изменения - это то, что мы называем налогами, пенсией, судебной системой. Мы должны увидеть восстановленную базовую жизнь. С базы надо начинать. Мне интересно, по какой схеме пойдут эти реформы и будущие выборы. Или это опять будут выборы а-ля Левочкин-Фирташ, как они всегда это делают, или это не знаю каким там боком будут Коломойский с Ахметовым, или будут немножко учитывать нас, "ради приличия". Действительно, все сделки и заговоры происходят наверху. Нам уже просто подают весь этот цирк, спектакль, социологию и будто мы выбрали. Мы даже не знаем, на самом деле, кого мы выбираем. Я была на одной программе с парнем, одним из самых мужественных солдат Украины, и он сказал: "Пружина от того, что не осуществилось правосудие, сжимается". Напряжение от того, что справедливости нет. Люди захотят эту справедливость реализовать.

- Где гарантия того, что те, кто придут с вилами, будут лучше этих, кто прошел через Майдан?

- Согласно моему исследованию, в Украине сейчас два мнения. Вилы и грабли - это когда у людей лопнет терпение и они просто захотят радикально изменить ситуацию. Кстати, Путин подготовился к этому этапу и назовет это наконец хунтой, так, как он и мечтал. Поэтому мы не имеем права так поступить - тогда мы точно не сможем иметь поддержку. Поэтому, как наши ребята не размахивают руками, надо понимать, что все в стране должно произойти управляемо и цивилизационным путем. Любые революции должны иметь цивилизационный путь. Поэтому я больше за то, что мы будем формировать и сплачивать совершенно новую какую-то силу - конструктивную, правильную силу. Я не имею в виду молодых политиков: я не чувствую от них сейчас той риторики и того контента, которые мне нужны.

- Так бери сама и делай!

- Сейчас не о лидерстве даже. И это ошибка Саакашвили. Я считаю, что вопрос лидерства уже в Украине не сработает. И вопрос использования механики Майдана тоже не сработает, потому что это народное явление, его нельзя возглавить. Миша не учел того, что Майдан нельзя возглавить. Политики могли выйти на вече и показать мышцы, показать, что они крутые, но Майдан это отвергает.

- Ты с Саакашвили начинала это антикоррупционное движение. А почему сейчас ты не рядом с ним стоишь?

- Мы недолго с ним тогда шли одним путем. Не то чтобы я почувствовала до конца все, что мне нужно... Мишу я знаю с 2004 года. Мы много говорили о стране, я видела много искренних переживаний у него. В известной степени я верила его харизме. Но сейчас, в этот момент, не предлагая ничего, а спихивая на ​​то, что это люди, которые прямо сейчас бастуют, поддерживают - и нельзя трогать ситуацию, пока ты не придешь и не скажешь: надо делать то, тогда-то, с теми-то, и я уже это могу, и уже начинаю это делать, а вы просто поддержите меня. Надо конструктивную механику. Нельзя просто говорить "импичмент", надо сразу предложить что-то. А если мы ничего не предлагаем, а просто "давайте"... Это как ввязаться в драку, а там, как будет. Я Мише это в глаза говорила. И если мы хотим конструктива, то я обращаюсь и к нему, и ко всем другим силам: давайте находить методы эффективные, действенные и цивилизационные. Так, чтобы мир нас поддержал, помогал и люди шли за нами.

- Народ верит, что Святослав Вакарчук пойдет в президенты. Ты бы за него проголосовала как за президента?

- Слава - хорошая кандидатура. Учитывая то, что мы его все знаем как истинного украинца, я знаю его прекрасного отца, и это очень интеллигентная семья, которая привнесла в Украину, в развитие образования, науки, культуры много ценных вещей. Хватит ли сил Славку изменить то, что мы сейчас имеем? Потому что его чрезмерная такая интеллигентность и деликатность к процессу... Он хорош тогда, когда уже все произошло, группа зачистки уже все сделала, все наказанные сидят в тюрьмах, и выходит Слава на белом коне и говорит: "А теперь идем уж точно в Европу". Если он, засучив рукава, не покажет мышцы (показывает мышцы).

Новости по теме: Зачем Вакарчука и Зеленского готовят к президентским выборам

- Так вот же эти мышцы! Ты и есть группа зачистки Славка!

- Я - фонарик. Я за свет, за молитвы, за простые светлые вещи. Я думаю, что Слава должен перейти от теории к практическим вещам. У него этот путь впереди, если он действительно пойдет в политику и действительно будет претендовать на президентство. Теория, университеты и обучение - это крутой базис, однозначно с этого нужно начинать. Государство должно базироваться на знаниях. И не на советской школе, а на современной мировой школе. Если он этот базис закладывает, ему однозначно респект.

- Ты бы пошла к нему в команду?

- Нет. Пусть идет, мне больше концертов будет. Я буду вместо него собирать стадионы. Я мечтаю вернуться на сцену.

- А ты что, с нее ушла?

- А как ты думаешь, после Майдана оно не аукнулось? Отсутствие новых альбомов, отсутствие новых песен, отсутствие концертов. Если артист выпадает из активного графика, ему надо туда прийти через много контента, много экшенов, много перфомансов. Мое появление на Евровидении - это просто "я здесь, я с вами, я пою". Организация Евровидения упала на нас с Павлом Грицаком так... Я не знаю, это чудо произошло.

- Говорили, что ты со своим мужем лоббировала на пост продюсера Евровидения Павла Грицака, что там средства какие-то отмывались?

- Отмывание денег - это полное дерьмо, потому что я знаю этих людей, которые провоцировали эту всю информацию вокруг Евровидения. Евровидение произошло. Отлично. Одно из самых дешевых Евровидений за историю его проведения. Европа довольна, весь пиар в Европе положительный, не произошло ни одного критического в организации прецедента, безопасность была соблюдена, все было вовремя сдано. Какими усилиями? Грицак был единственный антикризисный менеджер, которого я рекомендовала на рабочей группе, в присутствии всех, в том числе и председателя оргкомитета премьера Владимира Гройсмана. Грицак просто спасал ситуацию. Специалисты точно оценят и точно поймут это. А простые люди просто получили шоу европейского уровня и поняли, что даже в такой кризисный момент мы в состоянии подать себя Европе в качестве светлой цивилизационной страны, которая в состоянии принимать Европу.

- Ты сейчас на корпоративах выступаешь?

- Есть, но за рубежом чаще. В Украине "Дикие танцы" уже 13 лет, а новую программу мы еще не успели создать. У меня в мире больше концертов, по сравнению с Украиной. Последний концерт был в Румынии. В этом году было очень много иностранных концертов. Нам постоянно поступают приглашения. Частично это в рамках Евровидения, частично это просто какие-то огромные фестивали. Корпоративы - это просто компании, которые имеют честь пригласить экзотический современный проект, и им интересно провести время именно с украинской драйвовой экзотикой.

- А сколько стоит корпоратив, чтобы пригласить Руслану?

- По-разному. Руслана раньше была дорогая - когда она была в топе. Когда у меня появятся новые синглы, сразу поднимется цена. Гонорары в Украине для топовых - 20 тыс. условных единиц, а для таких, которые сползают, или только начинают - 3-5 тыс. условных единиц.

- Кто-то из украинских олигархов является твоим сторонником?

- Я больше всего с Пинчуком работала и должна его поблагодарить за то, что в свое время они с Еленой Франчук поддержали мою поездку на Евровидение, частично ее финансировали. С их стороны это было очень искренне.

- С тобой рядом уже 22 года твой муж и продюсер, любимый человек Александр Ксенофонтов. Но на корпоративах, когда приглашают певицу-звезду, часто бывает, что заканчивается это некрасиво. Если не с тобой, то с кем-то из украинских артисток. Ты знаешь такие случаи?

- И со мной были такие случаи. Мы понимали, что начинается экстрим, человек теряет адекватность. И я слышала, что с Ани Лорак были такие случаи. Это то, о чем мы между собой говорили, еще до революции, когда я с ней общалась. Саша почти никогда не ездит со мной по концертам, и когда возникали экстремальные ситуации, как раз в этот момент его и не было рядом. У меня никогда не было личного охранника, и в большинстве случаев Саша не был со мной. А с другой стороны, если девушка не дает поводов, то в принципе, у нее проблем не возникает. Однажды к нашей девушке из балета начали цепляться, но охрана быстро сработала и дала отпор. А для нее это была огромная травма. Есть люди, которым вообще нравится такой образ жизни, они никогда не признаются, им прекрасно.

- Когда ты уехала за заложниками, ты не сказала об этом своей семье. А когда они узнали, что тебе сказал Саша, мама?

- Когда я вернулась - семья поддержала. Конечно, они волновались за меня, но поддержали. А как еще иначе? Если от тебя что-то на грамм зависит... Жизнь каждого человека на вес золота, и когда в Украине будет именно такой подход к каждому украинцу, где бы мы по миру ни были, сколько бы нас ни было. Наша страна - это не территория, где сколько украинцев внутри, столько и Украины. Украина повсюду. Даже на оккупированном Донбассе остались украинцы. В оккупированном Крыму люди молятся на украинском, делают украинские богослужения. Значит, это Украина. Выехали люди в Канаду, Францию, Польшу - это все украинцы, это Украина. 60 млн - Украина там, где ты. Каждый украинец, который признает себя украинцем, это все Украина.

- Эксперты говорят, что примерно мы потеряли 10 млн человек, которые уехали. Многие на Запад, а многие продолжают ездить в Россию. Почему они продолжают туда ездить, почему это происходит в нашей стране?

- Люди имеют цель - прокормить детей. И если у него возник этот заработок - человек едет. Осуждать это трудно, но и поддержать это невозможно. Я просто понимаю, что людям надо есть и растить детей, но, с другой стороны, напрячься и поискать заработок в другой стране, наверное, было бы правильно. Ехать в Россию, мне кажется, неправильно, ни при каких обстоятельствах. Я не еду в Россию и не поеду, потому что это страна, которая заинтересована в том, чтобы разрушить мой родной дом. Поддерживать, брать деньги от такой страны, ехать туда неправильно ни при каких точках зрения. Не суди и не судим будешь, но я не могу этого понять. Я знаю человека, потерявшего 130-150 млн бизнеса из-за принципиальности и патриотизма. Бизнесмен, благотворитель, меценат, очень много моих проектов сейчас поддерживает, и он имел бизнес в России. Он занимался строительством мостов. Это Евгений Сур - он поступил, как патриот.

- Что для тебя было яркого в этом году?

- Я решила сделать себе музыкальный квест. Ходя по горам, впитывая тот ветер, ты закаляешь свой голос и тело настолько, что ты готова спеть в любых условиях. В Буковеле я нырнула в Озеро молодости на глубину 16 метров, даже не пройдя инструктаж. Я легла на дно, и инструкторы показали, что уже надо всплывать. Я перепутала кнопки и вместо того, чтобы медленно вынырнуть, взлетела, как торпеда. Кровь была повсюду, и была проблема потери слуха. Проблема была с барабанной перепонкой. Хотели делать операцию, но друзья выходили, и слух восстановился полностью. Потом начала готовиться к альбому так тщательно, что простудилась сильно и началось нагноение глаза. Я запустила, и недавно мне сделали операцию на глазу. Экстрим - страшная штука, и меня очень предупреждали местные, в Карпатах, что экстрим должен быть с умом. Если ты хочешь себя закалить, то закаляй, а не делай глупости. Браваду, дешевые понты надо в себе выключать.

- Что говорят мольфары - когда в Украине будет мир?

- Последний знахарь, покойный Нечай, которого я знала, - человек, который действительно много пророчеств сделал. Нет сейчас уже таких, которые бы заглядывали так в будущее. Или мы их не умеем слышать, или мы их не слушаем. Украина наступает на одни и те же грабли постоянно. История нас ничему не учит. Даже заглянуть на 360 лет назад - Конотопская битва. Почему мы выиграли тогда у России? Потому что мы нашли, наконец, союзников. Мы нашли основу, а не упали под крышу, как всегда наши любят. Наши любят в Москву впадать под крышу, чтобы нас Кремль "крышевал". Зачем? Вы же продаете себя, свои семьи, своих друзей. Я уже молчу о стране, если такими категориями не умеют мыслить. Они приходят к власти, и что остается - кум, сват, брат, всех накормим... Конечно, несмотря на все это, осуществляются какие-то процессы, положительные вещи происходят, и несправедливо критиковать и не похвалить. Президент хоть что-то сделал для спасения Карпат - это та тема, к которой я в этом году имела непосредственное отношение, поскольку вырубка карпатских лесов - это просто позор полный.

- Вы там остановили этот процесс?

- Мы частично подняли шум вокруг этого процесса. Мафию эту побороть невозможно.

- Тебе угрожали?

- За нами джипы ездили, пугали нас. Я знаю очень много людей, которые ездили и останавливали все эти тракторы, машины, пробовали самостоятельно бороться с этим. Но мафия там достаточно сильная.

- Почему ты сказала, что надо наконец снять "шаровары"?

- Потому что мы страна значительно глубже, значительно историчнее, гораздо интереснее, аутентичная, гораздо экзотичнее. Наши корни говорят о древних культурах и цивилизациях. Страна, которая имела скифов, сарматов, Триполье, шумеров, и нам бы с Египтом соревноваться каждый день по достоянию. А мы пользуемся референсами, которые нам навязала в свое время СССР, и воспринимаем себя, как остаток Советской Украины. "Шаровары" - это условно, не буквально, когда мы не знаем своей аутентичной культуры и пользуемся псевдонародным творчеством, которое нам просто заменили. Заменили теми песнями, которые написали, теми движениями, которые навязали. Сказали: "Вот вы украинцы, и так себя и воспринимайте. Вот ваш трафарет и нечего лезть дальше". И мы нация, страна с фантастической культурой. Я всех призываю изучать самих себя. Это дает такое вдохновение, которое вам и не снилось.

- Я тебе очень благодарна за разговор. Желаю всем в Новом году мира и терпения.

- С Новым годом, с Рождеством Христовым! Пусть света в этом мире и любви будет больше!