Фото из открытых источников

Питер Х. Фогтдаль. Царская карлица. – Х.: Фабула, 2017

Фото из открытых источников

Необычный роман с фантастическим сюжетом о событиях не очень далекого прошлого, которые тем не менее иногда происходят и в сегодняшнем мире. Талантливого ребенка сначала продали старому графу в родной Дании, потом ее, уже взрослую девушку, приобрел сам Петр Первый. И речь даже не о пресловутой кунсткамере российского самодержца, а о культе придворных шутов, который испокон веков существовал при дворе. Обычно из них выходили не только паяцы, готовые заявить, что "король – голый", часто эти люди с телесными недостатками, но с глубоким умом и феноменальной интуицией становились первыми советниками при тиранах. То же самое в данном случае, ведь Петр Первый именно через ум и сообразительность приобрел это чудо для собственной утехи. "Я узнала, сколько смогла, потому что знала, что мой разум станет моим единственным спасением в мире, который топчет маленькие существа, словно сорняки", - вспоминает героиня. Далее будут годы издевательств, лишений и выживания в царской "карликовой" свите, жизнь рядом с палачами, которые мучают царского же сына, наблюдение за тем, как растет Петербург, столица империи, "как будто царь хочет научить пользоваться лодками и людей, и зверей". Сначала, по словам автора, он не хотел писать очередную биографию Петра, но попытка выдумать альтернативную историю, в которой кое-что зависело от второстепенных, казалось бы, героев и персонажей, убедили его в обратном. В результате роман стал бестселлером и был переведен на английский, французский, португальский и другие европейские языки. Очередь полюбить это "фантастическое" чтиво пришла также к украинскому читателю.

Новости по теме: В Украине снимут фильм по книге Кузьмы Скрябина

Марта Холл Келли. Сиреневые девушки. – К.: Нора-Друк, 2017

Фото из открытых источников

Героини этого романа – как "девушки в цвету" у классика – в начале повествования живут беззаботной жизнью, даже в разных странах и на разных континентах. Американка из французского консульства, полька из скромной семьи и немка-медик, которая мечтает стать выдающимся специалистом. Впрочем, действие происходит в конце 1930-х, поэтому Польшу вскоре оккупируют, также захватят Францию, и Вторая мировая докатится до Америки, которая продавала оружие Европе, публично не признавая этого вплоть до времен второго фронта. Конечно, все три героини романа живут в военное время в различных условиях. В Польше действует подпольное движение сопротивления, Франция принимает американскую помощь, но здешняя героиня не может выбраться домой, в Германии медики ставят опыты на людях. Поэтому судьбы кого-то из девушек пересекутся, родные и близкие найдутся и любовь победит, зато для побежденных героев и героинь случится Нюрнбергский процесс. По стилю повествования роман напоминает эпохальную сагу, разделы которой чередуются во времени и пространстве сюжета – от 1930-х до 1950-х годов, от Америки до Франции, из жанра романтического приключения до страницы книги памяти о жизни после смерти.

Новости по теме: В октябре будут изданы две новые книги о вселенной Гарри Поттера

Карин Бое. Каллокаин. – К.: Издательство Жупанского, 2017

Фото из открытых источников

В начале этого романа из рассказа его героя, сорокалетнего химика, можно подумать, что перед нами замечательная утопия вроде переиначенного в социалистическом раю Кафки. "И генералу, и рядовому поставляет еду и сама домовая кухня. Абсолютно все, без оглядки на пол и должность, носят одинаковые наряды – для работы, для досуга и для военной и полицейской службы". Впрочем, роман, во-первых, писался в 1940 году, когда уже доходило до противостояния двух тоталитарных монстров - СССР и Германии, во-вторых, его подзаголовок значит, что это "роман из ХХІ века". Поэтому какое именно Всемирное Государство имеется в виду, сегодня мы уже знаем (во время выхода книги об этом спорили), и жанровые признаки (дьявольский замысел героя, который придумал сыворотку правды) указывают на то, что это несомненная антиутопия. Упомянутый Кафка наизнанку, безумный день инженера Баркасова, гиперболоид инженера Гарина и еще куча сюжетов об изобретателях и врачевателях человеческих душ, чья фантазия захлебнулась в тине казенной рутины. А фантастика, что интересно, осталась. Роман актуален, достаточно читабелен, можно сказать, даже пророческий. Сейчас таких не пишут, потому что писать о роботах интереснее, чем о людях. В чем же причина? Неужели маскулинность, мачизм и литература для премий блокируют возникновение такого уровню шедевра? "Видимо, люди с материнскими чувствами могли бы создать новый мир, - подсказывают в романе. - Неважно, кто эти люди – женщины или мужчины. Безразлично, есть ли у них дети. Но где они, эти люди?".

Ірвин Уэлш. Трейнспотинг. – Х.: Клуб семейного досуга, 2017

Фото из открытых источников

В свое время эта книга произвела эффект разорвавшейся бомбы и самим фактом своего существования доказала, что "литература шока" жива и в "безнадежные девяностые". По этой автобиографической саге о буднях молодых наркоманов Эдинбурга, проникнутой черным юмором, был снят фильм "На игле". Именно он заложил основу целого модного течения - т. н. "героинового шика". Но чем кроме этого интересен в своем романе Уэлш? Во-первых, невиданной честностью, с которой описывается субкультура и жизнь тех, кто не пожелал "выбирать пепси". С их диким сленгом, на котором проверяется актуальность переводчика, и отчаянным ощущением заброшенности. Иногда это действительно забавно, как сцена с нырянием героя в унитаз за утопленной ампулой. Иногда не очень, ведь летопись героиновой зависимости, созданная в добропорядочной Шотландии, не может быть просто забавной. Нужна мораль и политкорректность. Нужна "правильность", ибо "ужасное" обычно страшнее, потому что оно бесформенно, и даже такое явление, как "тяжелые наркотики", попадая в литературу, упрощается. Словом, Берроуз с Керуаку здесь не ходят. Однако в романе разбиваются даже такие святые стереотипы, как национальная гордость. "Часто говорят, что Ирландия - это помойка Европы, - говорит рассказчик. - Откровенная ложь! Свалка Европы - это Шотландия ".

Новости по теме: Писатель Виктор Суворов заявил, что в Голливуде думают над созданием фильма по его книге "Контроль"

Даниэль Глаттауэр. Северный ветер. – Л.: Кальвария, 2017

Фото из открытых источников

Комизм ситуации в этом романе так же напоминает старую добрую шекспировскую драму. Героиня романа случайно присылает отказ от журнальной рассылки на ложный адрес. Ответ не заставил себя ждать, завязалась переписка: сначала полуофициальная, напряженная и раздражительная, затем все более дружелюбная, заинтересованная, искренняя. Неужели "старый глупый профессор", изображая из себя весельчака, пристает к молодой женщине? "Если бы я им был, - отвечает герой, - то решил бы, что наиболее интересным предложением для Вас было: "Сейчас мы работаем над одним исследованием... о тех же электронных письмах как средстве передачи эмоций". Однако Вас заинтересовало: "И что-то мне подсказывает, что Вы пишете, как человек моложе, чем есть на самом деле". Здесь, конечно, возникает следующий вопрос: "Как он это определил?". И еще: "Сколько же лет он мне дает? Да?". На самом же деле в романе в очередной раз говорится о герметичности существования, "одиночестве в Сети" и инфантильности в отношениях. Ведь герои этого виртуального приключения в конце концов договорились встретиться в реале, и к чему это приведет, вам никакой Шекспир уже не скажет.

Новости по теме: Донецкая реконкиста, остров Крым и варшавское курево: Топ-5 книг ностальгического чтива

Игорь Бондарь-Терещенко

Редакция может не разделять мнение автора. Если вы хотите написать в рубрику "Мнение", чтобы ознакомиться из публикаций и пишите на blog@112.ua.