Как популизм стал трендом в Европе

Как популизм стал трендом в Европе
Маттео Сальвини (Лига Севера, Италия), Харальд Вилимский (Партия Свободы, Австрия), Марин Ле Пен (Национальный фронт, Франция), Герт Вилдерс (Партия Свободы, Нидерланды) AFP

The Guardian

Сайт британской газеты

Оригинал на сайте The Guardian

Ян Каван был одним из студентов, которые 50 лет назад возглавили злосчастное продемократическое восстание, известное как Пражская весна. Затем он стал депутатом, сенатором, министром иностранных дел и заместителем премьер-министра, а также председателем Генеральной ассамблеи ООН.

Сейчас ему 72, и он многое видел в политике. "Популизм такого рода, — сказал он, — существует столько же, сколько существуют политики. Он побеждает на выборах. Но популизм бывает разный. И некоторых видов „чистого популизма", которые мы можем наблюдать сейчас…, не существовало у нас еще десять лет назад".

Новости по теме

Популизм вспыхнул на горизонте европейской политики на рубеже веков. Как показало исследование газеты "Гардиан", с тех пор число европейцев, голосующих за популистские партии в ходе общенациональных выборов, выросло с 7% до более чем 25%. Еще в 1998 году лишь две небольшие европейские страны — Швейцария и Словакия — имели популистов в своих правительствах. Два десятилетия спустя к этому числу прибавилось еще девять стран.

Число европейцев, которыми управляет правительство, по крайней мере, с одним популистом в кабинете, увеличилось с 12,5 миллиона до 170 миллионов человек. В этом винят всё подряд: от рецессии до миграции, от социальных сетей до глобализации.

Но чешский опыт показывает, что все может быть сложнее. Только 2,3% трудоспособного населения страны не имеют работы, что является самым низким показателем в ЕС. В прошлом году экономика выросла на 4,3%, что значительно выше среднего показателя по Союзу, плюс к этому страна не пострадала от кризиса беженцев в Европе в 2015 году. При этом на прошлогодних всеобщих выборах популистские партии получили более 40%, что в десять раз больше, чем в 1998 году.

Рост электоральных симпатий популистов в Европе The Guardian

Чехия демонстрирует, что причины всплеска популизма гораздо более сложны и разнообразны, чем первая приходящая в голову мысль, что решение избирателя голосовать за популистские партии является отражением психологического состояния, обстоятельств или свойств личности.

"Здесь не было жесткого экономического кризиса, больших перемен в обществе, — сказал Мартин Мейстрик из Карлова университета в Праге. — Это одно из самых развитых и успешных посткоммунистических государств. Мигрантов, буквально, почти нет. И тем не менее люди недовольны".

Как голосовали за популистов в Европе в 1998 году The Guardian

Как голосовали за популистов в Европе в 2018 году The Guardian

***

Альпы

Послевоенные популисты довольно рано нашли в Европе точку опоры в альпийских странах с их долгой историей националистических или ультраправых тенденций. Деятельность небольшой по числу сторонников изоляционистской Швейцарской народной партии (ШНП), которая в свою очередь уходит корнями в "аутентичное" сопротивление сельских жителей городскому и иностранному влиянию, привела к проигрышу на референдуме швейцарской заявки на вступление в Европейскую экономическую зону в 1992 году и с тех пор раскачивает политическую сферу на национальном уровне.

Швейцарская партия практически изобрела "формулу победы" правого популизма: националистические требования к иммиграции, враждебность к неолиберализму и упор на сохранение национальных традиций и суверенитета. Помогает, конечно, и то, что Швейцария является магнитом для "международной элиты", символизируемым Давосом, банковской тайной и аурой штаб-квартиры ООН.

В соседней Австрии "Партия Свободы" — куда более прямолинейное ультраправое движение, основанное бывшим нацистом в 1956 году, — впервые получила более 20% голосов в 1994-м и в настоящее время в четвертый раз находится в правительстве в качестве младшего партнера по коалиции.

Еще одной страной со своей историей радикальной правой политики является Италия, которая четыре раза голосовала за популиста Сильвио Берлускони. Но до конца 1990-х годов эта тенденция ограничивалась центристской тройкой, каждая из составляющих которой — со своими политическими особенностями.

На рубеже веков начался прилив. Политический ландшафт в Нидерландах был сотрясен в 2002 году сначала быстрым подъемом популиста Пима Фортейна, а затем и его убийством. В том же году Жан-Мари Ле Пен из ультраправого "Национального фронта" раскачал Францию, пробившись во второй тур президентских выборов. В 2005 году дважды — на референдумах во Франции и Нидерландах — был отвергнут проект конституции ЕС, что в то время рассматривалось как победа "простых людей" в борьбе против европейской элиты.

Юг Европы

В 2008 году начались финансовый кризис и рецессия. Поскольку многие люди, особенно в Южной Европе, заметили снижение уровня жизни, очевидной целью стали находившиеся у власти центристские партии, а заодно и евробюрократы в Брюсселе с их политикой жесткой экономии.

Новости по теме

Наиболее сильно пострадавшие от кризиса греки в 2012 году отдали 27% голосов радикальным левым популистам из "Сиризы", тремя годами позже избрав их в правительство с результатом почти на 10% выше. В Испании противники экономии из движения "Подемос" получили 21% в 2015 году — всего через год после создания партии.

В Италии десятилетия коррупции и бесхозяйственности, а также влияние кризиса беженцев 2015 года привели к тому, что выступающее против истеблишмента и высоких налогов движение "Пять звезд" в прошлом году пришло к власти, создав маловероятную коалицию с ультраправой, антииммиграционной "Лигой".

Запад Европы

Совсем недавно популистской волне начал уступать крепкий внутренний круг Западной Европы. В Германии ультраправая, антииммиграционная "Альтернатива для Германии" (АдГ), — основанная в качестве прямого ответа на утверждение канцлера Ангелы Меркель в разгар финансового кризиса о том, что спасению Греции со стороны ЕС "нет альтернативы", — имеет в Бундестаге 92 места.

Дочь Ле Пена Марин прошла во второй тур президентских выборов во Франции в 2017 году. Возможно, не менее примечательно, что ее результат в первом раунде голосования был немного выше, чем у Жан-Люка Меланшона из набирающей влияние популистской левой группы "Непокоренная Франция". В Нидерландах антиисламская "Партия Свободы" Герта Вилдерса стала второй по величине парламентской силой.

Восток Европы

Самых больших успехов удалось достичь в Центральной и Восточной Европе. Все четыре страны так называемого Вышеграда управляются популистскими партиями, в том числе "Фидес" Виктора Орбана в Венгрии, — где популистские партии получили 63% голосов на выборах в этом году, — и "Закон и справедливость" Ярослава Качиньского в Польше.

Обе партии после того, как они были впервые избраны, только начали демонстрировать свои истинные цвета — популистские, культурно консервативные, авторитарные. В настоящее время они на языке, напоминающем о 1930-х годах, атакуют основные либеральные институты, такие как независимая судебная система и свободная пресса, все больше определяя национальную идентичность с точки зрения этнической и религиозной принадлежности и демонизируя противников, таких как родившийся в Венгрии еврейский финансист Джордж Сорос.

Север Европы

Даже в известной своим либерализмом Скандинавии за последнее десятилетие националистические антииммиграционные популисты нашли сторонников. Ультраправые "Шведские демократы", партия, вышедшая из неонацистского движения, получившая всего 0,4% голосов в 1998 году, на последних выборах достигла рекордного результата в 17,6%. Датская "Народная партия" с 2015 года входит в состав правоцентристского правительства меньшинства.

Основные скандинавские партии долгое время сопротивлялись формированию коалиционных правительств с правыми популистами, но затем были вынуждены уступить. В Норвегии в состав правительственных коалиций с 2013 года входит "Партия прогресса". В Финляндии небольшая партия "Синяя реформа" — представитель финских популистов — также является частью коалиции.

***

По всей Европе правые популистские партии также преуспели в том, чтобы влиять на политику, даже когда они не находятся в правительстве, а такие партии, как Ukip в Великобритании, "Шведские демократы", датская "Народная партия", "Партия Свободы" и АдГ, перетягивают вправо дискурс доминирующих правоцентристских партий своих стран на такие темы, как иммиграция.

Прогресс популистов почти повсеместно сопровождается глубокой перекройкой послевоенного политического ландшафта Европы и продолжающейся фрагментацией результатов голосования на национальном уровне. В то время как сфера влияния больших мейнстримовых партий сужается, более мелкие политические силы — некоторые из них популистские, но не все — демонстрируют постоянный рост.

Хотя этот процесс затронул как правоцентристские, так и левоцентристские партии, больше всего пострадали традиционные социал-демократические партии Европы, в результате чего голоса радикально правых и левых были потеряны. Похоже, что эту тенденцию трудно будет повернуть вспять: согласно данным опросов, некогда могучая Социал-демократическая партия Германии ютится на 14%, французская "Социалистическая партия" набрала всего 7,4% на прошлогодних парламентских выборах, и лишь 5,7% получила в прошлом году голландская "Лейбористская партия".

Чешские социал-демократы Кавана живут немного лучше. Еще в 2006 году левоцентристская партия получила почти треть голосов избирателей; в прошлом году она набрала 7,3% голосов и получила всего 15 мест в парламенте, по сравнению с 50-ю в 2013 году. Вместо этого почти треть чешских избирателей проголосовала за шестилетнюю партию ANO.

Слово "ano" означает по-чешски "да", но здесь также представляет собой аббревиатуру, которая расшифровывается как "Akce nespokojených občanů", то есть "Акция недовольных граждан". Партию основал и до сих пор возглавляет Андрей Бабиш, второй в списке богатейших граждан Чешской Республики, с состоянием около 2,7 миллиарда фунтов стерлингов, который владеет двумя крупнейшими газетами страны и был министром финансов в предыдущем коалиционном правительстве.

Что же убедило чешских избирателей стать частью волны популизма в Европе? Подчеркивая многочисленные национальные особенности и вариации популизма, Бабиш, несмотря на выдвижение против него серьезных обвинений в коррупции, являет собой пример успешного аутсайдера, бизнесмена, который способен сделать то, что не под силу профессиональным политикам.

По словам политолога из Университета Масарика в Брно Властимила Гавлика, заслуга Бабиша в том, что он построил "большую, очень успешную корпорацию; что он бизнесмен, не запятнанный долгой карьерой в политике; и что он может просто лучше всем этим управлять — сделать для людей лучше, чем коррумпированные, закоренелые политики".

Вдобавок к популистской привлекательности Бабиш является хорошим коммуникатором и не имеет никакой очевидной идеологии за исключением национальной эффективности — а заодно и поддержания собственной популярности. "Он не должен быть лучшим менеджером, а просто восприниматься лучше своих соперников", — сказал Гавлик.

"Сначала все было так: „Эти ребята — воры, они украли у вас страну", — говорит молодой правоцентристский мэр шестого района Праги Ондржей Коларж. — Теперь так: „Вы можете доверять мне, я позабочусь о ваших проблемах". А поскольку экономика растет, он может позволить себе повышать зарплаты учителям, а пенсионерам давать скидки на проезд в общественном транспорте".

Чехи также отдали 10,6% своих голосов непримиримо оппортунистической "Партии Свободы и прямой демократии", которая проводила кампанию исключительно на антииммиграционной платформе. Также в этом году страна с трудом переизбрала президента Милоша Земана, бывшего премьер-министра социал-демократа, который в 2013 году вернулся в политику спустя десятилетие, что позволило ему также позиционировать себя как "аутсайдера". Земан не скрывал своих связей с Россией и, похоже, упивается шокирующей и откровенной антиисламской, антимигрантской, расистской и ксенофобной риторикой.

Но Чешская Республика далека от того, чтобы стать еще одной Венгрией или Польшей, популистские лидеры которых наращивают усилия по превращению судов в продолжение исполнительной власти, общественных радиостанций в подразделения государственной пропаганды.

Эти две страны представляют собой мрачное предупреждение о том, что может произойти, когда к власти придут националистические популисты определенного толка. Однако в настоящее время в Праге Каван остается оптимистом. "Это правда, что популизм в какой-то мере побеждает на выборах", — сказал он.

"Но если эти чистые популисты не сочетают это с чем-то другим, с чем-то реальным… Послушайте, ведь, недостаточно просто дать людям почувствовать, что вы на их стороне. В долгосрочной перспективе, как вы понимаете, нужно предлагать реальные решения".

Джон Хенли

Перевод ИноСМИ

Редакция может не соглашаться с мнением автора. Если вы хотите написать в рубрику "Мнение", ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на blog@112.ua.

видео по теме

Новости партнеров

Загрузка...

Виджет партнеров