Фото из открытых источников

Оригинал на сайте International Man

Уже много лет я пишу о том, что черный рынок — это не угроза для экономики, как считают правительства, а предсказуемая и разумная реакция на чрезмерную зарегулированность официальных рынков. Черные рынки появляются, когда в результате вмешательства правительства официальный рынок становится слишком регулируемым или вовсе невозможным, и процветают прямо пропорционально несвободе своих "белых" собратьев.

Черный рынок — это одновременно барометр и балансир для легальной торговли.

Еще в 2008 году я комментировал рост черного рынка в Зимбабве — тогда инфляция в этой стране превратилась в гиперинфляцию, поэтому валютой на черном рынке стали деньги других стран, и прежде всего американские доллары.

Правительство отчаянно пыталось принудить население использовать умирающий зимбабвийский доллар, и даже запретило доллар США, но это не помогало — торговля не остановилась, запрет привел лишь к ее вытеснению в нелегальное поле.

Новости по теме: Уроки истории: К чему приводит гиперинфляция

Добиться удалось лишь одного: теперь правительство не контролировало денежный оборот. Здесь важно, что по мере того как правительство делает неработоспособной официальную торговлю, ее замещает черный рынок, свободный от госрегулирования в силу подпольного статуса.

В 2008 году в результате гиперинфляции зимбабвийский доллар обесценился. В какой-то момент максимальный номинал банкноты составлял 100 трлн долларов, и даже эта сумма вскоре перестала что-либо значить с точки зрения покупательной способности.

Правительство предприняло ряд мер, которые, как и следовало ожидать, не помогли исправить созданную экономическую проблему. Чтобы справиться с бегством капитала, были выпущены долларовые бонды, привязанные к доллару США, но остановить кризис это не помогло — клиент банка может месяц ждать обработки денежного перевода, и в результате он может быть отправлен обратно.

Недавно The Standard, ведущая воскресная газета Зимбабве, опубликовала статью под названием "Банки опустели, а черный рынок процветает" (Black market thrives, as banks run dry).

Вот некоторые моменты из этой статьи: "Неофициальным банком стал автовокзал в Хараре — здесь нет проблем с наличностью, нет очередей, и принимают любые валюты. Валютный рынок на этом оживленном автобусном терминале заменил официальный банковский сектор — как будто в насмешку над Резервным банком Зимбабве (RBZ)".

Таковы черные рынки — они возникают как ответ на потребность, не считаясь с государственным контролем. Если "белый" рынок не может обеспечить оказание каких-то услуг, черный приходит на помощь: "За процветанием черного рынка, не испытывающего никаких проблем с наличностью, стоят высокопоставленные правительственные чиновники, владельцы супермаркетов и автосервисы".

Самые важные товары — это еда и топливо, именно в таком порядке. Таким образом, когда официальный рынок перестает справляться, подпольно начинают торговать именно ими. Чтобы обеспечить едой семью и купить топливо, на нелегальные операции пойдет даже самый законопослушный гражданин.

Из этой цитаты также видно, как так выходит, что черный рынок полностью замещает нефункциональный официальный оборот: в итоге к нему присоединяются и сами высшие должностные лица, понимая, что еду и топливо проще получить подпольно. Например, министр сельского хозяйства в какой-то момент обнаруживает, что его повар регулярно закупается на черном рынке, и что в противном случае ему нечего было бы есть, и в какой-то момент приходится признать, что единственный путь — легализация черного рынка.

Сегодня дело зашло так далеко, что министры покупают на черном рынке дорогие автомобили и электронику — в магазинах этого не купить: "После 17 часов в деловом центре Хараре заправки отказываются принимать банковские карты, заставляя автомобилистов платить наличными, которые, предположительно, питают черный рынок".

Это реплика — к вопросу об идущей сегодня по всему миру "войне с наличными". Зимбабве сделала все возможное, чтобы жители не могли использовать для ежедневных расчетов иную валюту, кроме официальной. Не помогло: люди используют американский доллар, южноафриканский ранд, ботсванскую пулу и даже бартер — все для обхода запрета.

Банки неохотно расстаются с деньгами, поэтому карты перестают принимать и обращаются к наличным — в любой форме, — продолжая заниматься торговлей. И в основе этого не мужество или патриотизм, а удобство и простота. Таким образом, участники рынка начинают все больше избегать участия банков и правительства, поскольку, принимая кредитную карту, ты зависишь от того, вернет ли банк деньги.

Многие в западном мире — бывшем "свободном" мире — опасаются, что в результате войны с наличными их счета в банках будут заморожены и, возможно, конфискованы. Также они волнуются за сохранность своих банковских ячеек.

Наконец, их не устраивает невозможность совершать транзакции без посредничества банка. Эти страхи вполне оправданны, поскольку все к тому идет. Впрочем, как показывает история, люди по-прежнему изобретательны, особенно когда банки или правительство посягают на их кошелек.

Чем меньше банки и политики учитывают интересы населения, тем больше вероятность, что граждане обойдутся без них.

На первом этапе черные рынки формируют преступники, которые и так используют теневую экономику. Но, когда под угрозой оказываются вышеупомянутые базовые ценности, еда и топливо, к черному рынку присоединяются и обыватели, и вскоре он расширяется, приобретает повсеместный характер, а иногда, как это произошло в Зимбабве, даже замещает первичный рынок.

Правительства всегда будут притеснять своих подданных, но чем сильнее будет давление, тем скорее подданные создадут альтернативу.

Джефф Томас

Перевод INSIDER pro

Редакция может не соглашаться с мнением автора. Если вы хотите написать в рубрику "Мнение", ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на blog@112.ua.