Зачем Нацбанк играет с "монетарной гранатой"?

Все понимают, что ничего позитивного от подобного применения "монетарной гранаты" не будет, а вот осколками задеть может многих

Зачем Нацбанк играет с "монетарной гранатой"?
Пресс-слжуба НБУ

Алексей Кущ

экономист

Все понимают, что ничего позитивного от подобного применения "монетарной гранаты" не будет, а вот осколками задеть может многих

Потребительские цены в январе текущего года увеличились на 1,5% по сравнению с предыдущим месяцем. Годом ранее данный показатель находился на отметке 1,1%. Если оценить индекс потребительских цен в годовом исчислении, то он составил 14,1%. Не трудно заметить, что темпы инфляции существенно ускорились по сравнению с прошлым годом. Еще печальнее выглядит динамика промышленных цен. Тут вообще беда: увеличение ценовых показателей в 2018 году составило уже 4,4%, хотя в прошлом году промышленные цены даже дефлировали - минус 0,3%. Следует также отметить, что это своеобразный рекорд, если сравнивать с показателями 2017-го: в прошлом году максимальный показатель промышленной инфляции был зафиксирован в марте и составил 3,5%.

Это лирическое вступление нам необходимо для того, чтобы понять вполне очевидную истину: повышение учетной ставки НБУ до отметки 16%, которое было "освящено" на Институтской 26 января сего года, далеко не последнее.

В общем все самое хорошее в новейшей истории экономики (если называть таковой последние четыре года) уже было. Как в известной экранизации "щупальца русского мира", повести Михаила Булгакова "Собачье сердце". Помните, на вопрос Шарикова о самом главном событии в его жизни "медиум" ответила: "Самое лучшее событие у вас впереди". Применительно к украинской экономике этот ответ звучал бы примерно так: "самые лучшие времена уже позади". И речь не о пресловутом 2013-м, с которым теперь эксперты сравнивают все статистические показатели, начиная от рождаемости и заканчивая параметрами ВВП, как некогда молодая страна советов сравнивала свой рост с периодом царизма в 1913-м накануне Первой мировой. Речь идет о 2016-2017 годах, когда и динамика курса гривны к доллару, и показатели инфляции были вполне терпимыми. Но в этом нет никакой заслуги действующих органов государственной власти, точнее заслуга есть, но лишь в том, что народ так и не почувствовал на себе этот "оживляж". Просто так "стали звезды" на мировых сырьевых рынках: относительно дешевая нефть на фоне растущих цен на товары традиционного украинского импорта (руду, металл, зерно и подсолнечное масло). Эту благоприятную ценовую конъюнктуру очень хорошо прочувствовали наши украинские финансово-промышленные группы, которые положили себе в карман не один миллиард долларов. Да, при этом не забыли и про 120 млрд грн возмещения по налогу на добавленную стоимость. Выплаченного, естественно, за счет государственного бюджета. Уподобившись при этом хамовитому парвеню, который после сытного обеда положил себе в потайной кармашек еще и ресторанную серебряную ложечку.

Хотя нет. Народ тоже почувствовал этот рост – в виде инфляции. Ведь увеличение цен на энергоносители и необработанное сырье в конечном итоге привело к росту цен на продукты с более высоким уровнем добавочной стоимости. Так что каждый получил свое: олигархи – прибыль, народ – инфляцию.

А что же Нацбанк, который должен был выровнять это несправедливое ценовое перераспределение общественных доходов?

На заседании комитета по монетарной политике, которое прошло 24 января сего года, подавляющая часть его членов высказалась за повышение учетной ставки на 1,5% — до 16%, что стало своеобразным рекордом: за последнее время базовую ставку повышали менее агрессивно – на 1%, правда, через достаточно короткие интервалы.

Новости по теме

То, что в Нацбанке решили перейти к агрессивному монетарному влиянию на инфляцию, говорит о том, что минимальное желание что-то делать в этом ведомстве присутствует. Вот только регулятор упорно продолжает играть роль однорукого боксера, не понимая очевидного: в условиях роста цен на топливо и необработанные продукты сельского хозяйства контролировать инфляцию исключительно монетарными инструментами невозможно. Необходимо подключать новую курсовую политику, и речь не идет о примитивной модели фиксированного курса. Нужны валютный коридор по методу "курсовой змеи" (Snake in the Tunnel) и максимальное использование любых содействующих факторов для укрепления гривны. Без ревальвации национальной валюты остановить ценовое цунами будет невозможно. Для эффективной борьбы с инфляцией НБУ нужны обе руки: монетарная и курсовая политика.

Среди неприятных звонков можно отметить и рост базовой инфляции до 9,5%. Как известно, в показатель широкой базовой инфляции включают цены на продовольственные товары с высоким уровнем обработки, цены на непродовольственные товары за исключением топлива, стоимость услуг, кроме административно регулируемых. А это уже тот фундаментальный ценовой шок, который целиком и полностью лежит на совести регулятора: если в 2017 году в основном росли не базовая инфляция, то есть топливо, административно регулируемые услуги и тарифы, а также цены на необработанные сельскохозяйственные товары, то в начале нынешнего года эта ценовая динамика как опасный вирус перешла на "этаж выше" — в структуру базовой инфляции. Таким образом, увеличенные в прошлом году цены на необработанные товары были включены уже в этом году в структуру себестоимости товаров с высокой добавочной стоимостью. Как мы уже отмечали, избежать этого можно было лишь с помощью более смелой ревальвации курса гривны летом прошлого года.

В 2018 году НБУ все еще ожидает макроэкономический ответ на комплекс примененных им мер воздействия. Например, уровень инфляции в размере 8,9% (хотя в конце прошлого года прогноз ценовой динамики был значительно меньше – 7,3%), при этом базовая инфляция должна составить 8,2%. Учитывая, что в годовом измерении инфляция уже разогналась до отметки выше 14%, сделать это будет крайне сложно: это как если на скорости более 100 км/ч в автомобиле переключить пятую передачу сразу на третью, порвется приводной ремень, а в случае с экономикой все может закончиться более плачевно – полным уничтожением появившихся ростков вялого экономического роста.

Нынешний рост учетной ставки косвенно подтверждает эти негативные сигналы, которые поступают от реальной экономики. В начале года резко упали показатели экспорта и поступления валютной выручки на внутренний рынок. Первые статистические данные касательно роста ВВП, промышленного производства и индекса производителей сельскохозяйственной продукции могут слегка ошеломить.

Кстати, в комитете по монетарной политике НБУ был "один, который не стрелял", то есть проголосовал против. Хотя это громко сказано: монетарный "инсургент" просто предложил увеличить учетную ставку как обычно, на один процент. По причине того, что столь радикальные решения НБУ будут неправильно интерпретированы бизнесом, который этого никак не ожидает. Подобную оппозиционность можно сравнить разве что с бунтом против короля в известном фильме Марка Захарова "Обыкновенное чудо", когда один из подданных так осмелел, что без обиняков заявил в лицо своему монарху: "Я взбунтовался! И вы вовсе не величайший из королей! А всего лишь выдающийся, да и только! И вы вовсе не по заслугам именуетесь почетным святым, вы всего лишь отшельник, подвижник, но не святой... нет".

Кстати, большинство участников комитета по монетарной политике единогласно пришли к выводу, что есть вероятность дальнейшего увеличения учетной ставки в ближайшей перспективе. Между строк как бы читалось: бесконечность — не предел, и новые высоты в виде учетной ставки в размере 17-18% не за горами. При этом функционеры Нацбанка все время делали акцент на продолжении сотрудничества с МВФ как ключевом элементе смягчения/ужесточения монетарной политики: в случае срыва программы кредитования – более жесткая монетарная политика, а при возобновлении – вариант лайт. Хотя транши МВФ имеют такое же отношение к нашей инфляции, как снегопад в США.

Выглядело это как неприкрытый шантаж правительства и непосредственно премьера Владимира Гройсмана, для которого показатели экономического роста в 2018 году сродни гамлетовскому "быть или не быть".

Ведь в случае если рост ВВП в текущем году превысит обещанные 3,5% это будет расценено дежурными "говорящими головами" как великую победу, не уступающую по своему историческому значению Конотопской битве, у которой, правда, оного не было. Но не важно – экономический рост, самый высокий за послереволюционный период – это тот бекгрануд, с которым можно идти в 2019-м на выборы и выцарапывать у бюджетного электората хоть какие-то проценты. Если этого роста не будет, то выцарапывать придется разве что доброе послание в адрес НБУ на стене.

Именно поэтому в пресс-релизе заседания комитета по монетарной политике и прозвучала скрытая угроза – ужесточить монетарную политику "более существенно". Вероятность смягчения была оценена на очень низком уровне. Учитывая степень влияния внешних сил на управленческие решения нашего регулятора, получается неплохая корреляция причинно-следственных связей. Примите требования МВФ и получите снижение учетной ставки, не примите – будем ужесточать.    

Премьер не мог не прореагировать на подобную монетарную фронду. Уже 31 января он заявил о необходимости снижения учетной ставки для возобновления кредитования экономики. Кстати, в этом вопросе он вряд ли найдет понимание у Якова Смолия. Ведь в Нацбанке уверены, что монетарное воздействие на экономику вследствие повышения базовой ставки будет иметь ограниченный характер по причине крайне низких показателей новых кредитов, выданных субъектам реального сектора экономики. И в этом есть своя сермяжная правда: если в 2013 году отношение размера чистых кредитов к ВВП составляло 40%, то в 2017-м уже 15%, что является крайне низким показателем, характеризующим полное затухание кредитной активности. Но истина заключена и в том, что с этим кредитным коллапсом необходимо что-то делать, ведь предприятия не могут уже пятый год развиваться исключительно на своей "оборотке" и запасах собственников. А делать "что-то", когда у тебя учетная ставка 16%, весьма сложно: 99% кредитных агентов будут кредитовать либо государство через покупку ОВГЗ, либо НБУ, покупая его депозитные сертификаты.

Правда, премьера поддержал глава совета НБУ Богдан Данилишин, который давно продвигает идею кейнсианской модели стимулирования экономического роста, некий вариант монетарного "украиноцентризма". Но его голос так и остался гласом вопиющего на Институтской.

Кстати, а много это, 16%, для учетной ставки? Достаточно сказать, что в 2009-м после глобального финансового кризиса она не превышала 11%, зато в 2014-2015 годах достигала и 30%. А теперь можно сравнить показатели инфляции в те годы и скорость восстановления экономики, и сравнение это будет не в пользу нынешних функционеров. Что еще раз говорит о том, что учетная ставка в арсенале НБУ – это, скорее, граната в руках сами знаете у кого, чем эффективный инструмент сдерживания инфляции или стимулирования экономического роста. Уже это сравнение дает нам возможность понять: ничего позитивного от подобного применения "монетарной гранаты" не будет, а вот осколками задеть может многих.

Возможно, Украине нужен отдельный орган, некий Treasury (структура, отвечающая за операции на открытом рынке), который смог бы наконец скоординировать политику правительства и НБУ касательно курсовой и ценовой динамики, наиболее способствующей экономическому росту, притоку прямых иностранных инвестиций, стимулирующей внутренние капиталовложения. И, главное, такая политика должна быть направлена на постепенное устранение социального неравенства в обществе за счет роста показателей реального дохода населения. Может, тогда мы бы наконец перестали вечно блуждать по "ленте Мебиуса" своих ошибок и вышли из этой заколдованной замкнутой кривой.

Алексей Кущ

Редакция может не соглашаться с мнением автора. Если вы хотите написать в рубрику "Мнение", ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на blog@112.ua.

видео по теме

Новости партнеров

Загрузка...