Заместитель главы ВР Оксана Сыроид в эфире "112 Украина"
112.ua

Дело в том, что солдаты действительно выполнили свой конституционный долг, к солдатам нет вопросов, так же и к добровольцам или регулярным силам Украины, потому что они выполнили свой конституционный долг – защитить народ, свою территорию. Но существует другая обязанность – обязанность государства защитить этих солдат. Самая большая проблема по последствиям любой войны – это когда солдата через 10-15-30 лет спрашивают "а что ты там делал?" Мне солдаты сегодня не раз говорили: "Вот мы понимаем, у нас есть верховный главнокомандующий, это наш начальник. Он должен принять решение о том, что мы должны что-то делать или не делать. Мы здесь, указа нет. На каком основании мы здесь? Что мы будем отвечать, когда нас спросят, что мы здесь делали?"

Когда на заседании комитета председатель комитета кричит, что это "я их туда послал", а солдат, когда его спросят, что должен сказать? Что его Пашинский туда послал? Поэтому существует конституционная процедура, там написано в статье 106, что президент принимает решение о применении Вооруженных сил, обращается к ВР, а ВР одобряет это решение касательно применения ВСУ. Поэтому данное решение является критическим и по сегодняшний день, для того чтобы каждого нашего солдата защитить.

Когда ссылаются на закон об АТО как на основание применения ВСУ, то закон о борьбе с терроризмом позволяет лишь использовать ВСУ во время проведения АТО. АТО не бывает с тяжелым вооружением. Это первое. Второе, даже во время АТО должно быть решение верховного главнокомандующего ВСУ о применении ВСУ. Никто другой не командует ВСУ. СБУ не командует ВСУ, Нацгвардия не командует. Один человек есть, один единственный, мы для этого такого человека выбирали, верховного главнокомандующего.

Хорошо это или плохо – это другой вопрос. Но сегодня у нас нет террористических организаций. "ДНР" и "ЛНР" не признаны террористическими организациями. Об этом имеются официальные ответы и председателя комитета по вопросам правоохранительной организации, и председателя комитета по вопросам нацбезопасности и обороны, и Администрации президента. Так опять же, когда через 10-15 лет этих солдат спросят, что они там делали, чем мы их защитим?! Большинства людей, которые сейчас в парламенте, не будет. Неизвестно, будем ли мы вообще к тому времени живы. А те солдаты, которые воевали, к ним придут.

Новости по теме: Сыроид: Законодательное признание оккупированных территорий важно, чтобы привлечь к ответственности РФ

Наша задача, моя задача, но прежде всего обязанность президента - думать о каждом солдате. Примером является преследование Виталия Маркива в Италии. Когда за ним пришли, то пришли преследовать его по законам мирного времени, а не военного времени. Государство молчит, государство ни разу не сказало, что он не может обвиняться в убийстве, потому что он принимал участие в боевой операции в соответствии с законом, потому как закона нет. Вот в чем проблема. И комитет, который рассматривал закон о признании оккупированных Россией территорий, мне кажется, что их истерика - и председателя, и других депутатов - была обусловлена тем, что они сознательно не хотят юридически закрепить статус этой военной операции. Существуют, наверное, какие-то договоренности, я только этим могу объяснить данную агрессию. Но я очень рада, что наконец этот вопрос стали честно обсуждать. Выход очень простой - принять закон о временно оккупированной Россией территории Украины. Там четко указано, что Россия – агрессор и оккупант, оккупация началась 20 февраля 2014 года, с этого времени наши ВСУ имеют основания привлекаться к обороне, а после должен быть указ президента о применении оружия ВСУ, одобренных ВР. Тогда наши солдаты будут защищены на века. Пока будет жить последний солдат, он будет защищен.

Если председатель комитета кричит, что это он послал солдат, значит, это его ответственность. Более того, это люди, которые умышленно избегают принятия решения, которые защитят солдат. Этот комитет, который саботирует уже 2,5 года принятие закона о признании организаций террористическими - это тот самый комитет, который саботирует другие очень важные законы, в том числе который отклонил закон о признании территорий оккупированными. Люди, которые с трибуны кричат, что у нас Россия агрессор, но при этом председатель комитета говорит, что никогда не признает эти территории оккупированными... Тогда людям не врите! Не говорите, что вы боретесь с оккупантом! Какой он вам тогда оккупант? Он вам "фашистушка", понимаете?

Данная ситуация лучше всего показала, кто есть кто, кто что обо мне говорит, время все расставит на свои места. Для меня самое главное – защитить в будущем безопасность каждого солдата.

Новости по теме: Вице-спикер Верховной Рады Сыроид заявила, что вопрос ее отставки пусть рассматривает сессионный зал

Вы поймите, когда последует несколько случаев преследования украинских солдат, кто пойдет в ВСУ, о какой боеспособности можно будет говорить? Или мы думаем, если мы закроем глаза и скажем, что проблемы нет, что она решится? Нет! Просто ее честно надо признать и решать. Решение есть, оно очевидное и простое, только его не надо избегать.

Есть объективное состояние войны, оно существует или не существует. Если приходит другое государство, пересекает границу с тяжелым оружием, убивает твоих людей, то это война. Вот она есть, она сегодня у нас есть. Обычная агрессивная война с ВС РФ.

Другое есть, то, что называется объявлением войны или мира. Это часть юридической системы. Этим вообще за тысячелетия пользовались раз десять. Никто никому войны не объявляет, и, может, потом, в конце войны, объявляют мир. Но войны никто никому не объявляет.

Есть третья вещь - военное положение. Оно не имеет ничего общего с состоянием войны или с объявлением войны. Это исключительно об упрощении процесса принятия решений. Условно говоря, в законе о военном положении написано, что в случае объявления военного положения солдаты могут расквартировываться в тех помещениях, которые им необходимы для ведения обороны или использовать частную собственность для нужд обороны. Для чего это делается? Например, когда надо было обороняться, поставили зенитную установку в чьем-то огороде, в соответствии с условиями мирного времени за это надо платить. Понимаете? И уже существуют решения украинских судов, которые могут заставлять вооруженные силы это компенсировать. А если есть условия военного времени, то там работает уже другая процедура. Но это не имеет ничего общего с объявлением войны.

Новости по теме: Сыроид предлагает Раде создать ВСК по проверке фактов препятствования расследованию преступлений против Майдана

И есть четвертая часть - это применение ВСУ, у которой нет ничего общего ни со второй, ни с третьей, но которая имеет прямое отношение к первой, ибо написано императив, то есть существует императив конституции – в случае вооруженной агрессии президент принимает решение о применении ВСУ. Там не написано, что может принимать решение. Там написано "принимает решение"! И если он с трибуны кричит о том, что это вооруженная агрессия, то где решение? Если есть вооруженная агрессия, значит, есть решение. Если нет решения, то что это тогда в понимании президента Украины, если нет решения о применении ВСУ?

Оксана Сыроед

Редакция может не разделять мнение автора. Если вы хотите написать в рубрику "Мнение", ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на blog@112.ua.