Фото из открытых источников

Когда-то было в Украине так: бьет – значит, заслуженно. Отныне будет так: бьет – значит, накажут. Подписанный президентом Петром Порошенко закон "О предотвращении и противодействии домашнему насилию" предполагает виновным в совершении этого нарушения общественные работы, шесть месяцев ареста, а если вина очень сильная – три года заключения. Имея в целом правильное звучание, на практике пункты действительно нужного закона вряд ли будут применены. Ведь мы живем в Украине, где принятие закона не означает его соблюдение.

Новости по теме: Порошенко подписал закон о создании Единого реестра случаев домашнего насилия

Свежий пример – введенное с 1 января 2018 года в действие ограничение скорости для автомобилей до 50 км/ч. Уже 2 января социальные сети и эксперты в выпусках телевизионных новостей сокрушались: есть достаточно большое количество украинцев, которые против такого ограничения и, что интересно, не видят проблем в нарушении этого закона. Более древняя история – с ограничением для курильщиков в общественных местах. Те сразу заявили о нарушении своих прав, ведь криминала в публичном курении не видят. И не было озвучено ни одного факта наказания злостных нарушителей соответствующим штрафом.

На фоне несоблюдения этих и многих других распоряжений властей очень странным, даже забавным выглядит добросовестное исполнение закона, который ограничивает продажу спиртного в ночное время. Лично сталкивался с этим не раз. Продавцы занимали принципиальную позицию, не поддаваясь на уговоры и даже мольбы. Видимо, здесь нарушителям несколько раз сильно ущемляли хвосты. Иначе на эти правила все давно закрыли бы глаза.

Новости по теме: Журнал Time назвал человеком года участников интернет-флешмоба против насилия #metoo

Но, кажется, реальное действие ограничений на ночной алкоголь – единственная законотворческая победа в нашей стране. И закон о предотвращении и противодействии домашнему насилию останется только бумажкой с президентской подписью. Хотя бы потому, что рукоприкладство в украинских семьях – такая же норма, как бытовая коррупция. Это когда в маршрутках уставшие пассажиры обвиняют во всем коррумпированную власть, а выйдя из транспорта, думают, как бы отблагодарить чиновника за выполнение его обязанностей, которое он считает платной услугой.

К открытому обществу нашему еще далеко. Длительное отсутствие институциональных практик приводит к манипуляциям. Например, на Западе домашнее насилие как одна из проблем открыто обсуждается и освещается в художественной литературе. Только за несколько последних лет почти одновременно эту проблему положили за сюжетную основу польский автор Зигмунд Милошевский в романе "Гнев", норвежец Крис Тведт в "Опасности рецидива", шведка Мари Юнгстедт в драме "Четвертая жертва". Классик американской контркультуры Чарльз Буковски еще в середине 1980-х подробно описал семейную жестокость в "Хлебе с ветчиной". А что у нас? Инициированный два года назад в Facebook флешмоб #Я не боюсь сказать, участники которого делились печальными практиками пережитого насилия, в том числе – семейного. Однако вскоре откровения натолкнулись на не менее агрессивное неприятие других обитателей соцсетей, что выявило как неготовность слышать о таком, так и манипулятивный характер части исповедей. Если конкретно: часть "жертв" на самом деле подхватила идею, потому что увидела выгоду в том, чтобы назвать себя несчастными.

Новости по теме: ООН: Каждая третья женщина в мире страдает от насилия

Невозможность применить такой закон на практике в Украине связана с прямой зависимостью членов каждой семьи друг от друга. Женщина, которую лупит и насилует муж, не имеет возможности уйти от него и жить отдельно, потому что преимущественно не может сама себя должным образом обеспечить. Или же она себя в этом убеждает, боясь реальных изменений. С другой стороны, семейные скандалы под сопровождение звуков ударов, которые мы слышим за тонкими стенами наших квартир, дальше остаются частным делом каждого. Заявив в полицию, мы рискуем нажить врагов среди соседей, которые справедливо требуют не лезть в их дела. Наконец, закон может стать не средством обуздания семейной агрессии, а методом давления и шантажа. Мол, не будешь делать, как скажу, – заявлю, что бьешь, скажет один член семьи другому. Чтобы избежать бесконечной волокиты, правоохранители просто будут педалировать подобные заявления. Следовательно, закон и домашнее насилие у нас пока что не будут пересекаться.

Андрей Кокотюха

Редакция может не соглашаться с мнением автора. Если вы хотите написать в рубрику "Мнение", ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на blog@112.ua.