Антимедиа: Какие сюрпризы приготовили журналистам в Зе-команде?

Антимедиа: Какие сюрпризы приготовили журналистам в Зе-команде?
112.ua

Наталья Лебедь

Журналист

В команде президента Зеленского не знают или не хотят знать, как выстраивать отношения со средствами массовой информации. В течение непродолжительной (пока) каденции шестого президента имел место уже с десяток медийных скандалов. Ряд претензий предъявлено пресс-секретарю Зеленского Юлии Мендель, мешавшей представителям СМИ выполнять свою работу. Дважды в поле зрения попадал глава его офиса Андрей Богдан (впервые с утверждением о том, что журналисты власти не нужны, а вторично – из-за "розыгрыша" медийщиков своей отставкой). Следующим был "слуга народа" Сергей Швец, который решил поучить акул пера "глоссарию войны", дабы те правильно освещали военную тематику. Отдельная новелла связана с нардепом Максимом Бужанским, который хамством отреагировал на слова журналистки.

Из последнего можно вспомнить и секс-переписку депутата Богдана Яременко. Собственно, в этом контексте интересуют не столько запутанные отношения парламентария с женщинами, сколько то, кого он сделал виновным в развенчании своих шаловливых похождений. "В этой стране существует закон, который защищает мою и каждого из вас личную переписку. Обнародование переписки является уголовным преступлением. И тот, кто сделал это, заработал от трех до семи лет (...) У меня украли мою переписку. Но еще хуже - пользоваться краденым, перепродавать его", - пожаловался нардеп, который занимался "личными" делами прямо посреди пленарного заседания. В ответ на полузавуалированные угрозы совладелица издания "Буквы", которое первым опубликовало смски Яременко, отметила, что она готова к судам, ​​и к европейским в частности.

Новости по теме

Идея с судами и наказанием журналистов президентской и кабминовской вертикали пришлась, очевидно, по вкусу. Вместо того чтобы дружить с прессой, власть решила отстреливать по одному и целые медиа, и отдельных их представителей. Медийную тему не обошли министр культуры Владимир Бородянский и парламентарий Александр Ткаченко. А говорили они о следующем.

Заставят приносить доход

Ткаченко отыграл бенефис на парламентских слушаниях о безопасности журналистской деятельности. Выступая с трибуны, бывший гендиректор "плюсов" сказал следующее: "Украина не единственная страна в Европе, где большинство частных СМИ являются убыточными. Это создает подозрения относительно того, что владельцы влияют на журналистов (...). Если, например, в течение трех лет СМИ являются постоянно убыточными, наверное, есть шанс применения определенных санкций. Да, возможно, в результате у нас станет меньше ярких шоу, многочисленных сериалов множества информационных каналов. Но это будет честный бизнес. Так же честно все журналисты будут получать зарплату не в конвертах и ​​платить налоги. В новом законе о СМИ, который мы собираемся вынести комитетом уже до конца этого года, эта идея найдет свое отражение".

Что ж, проблема с убыточностью будет решена легко, говорит гендиректор "Интерфакс-Украина" Александр Мартыненко. "Остается только догадываться, как с этим будет в Украине, учитывая то, что законы у нас никто не соблюдает. То есть все очень просто: поддержку СМИ учредители станут оформлять по-другому. Вот и все. Если такой закон примут, то убыточных СМИ в Украине не будет вообще. Все будут показывать "плюс", - считает Мартыненко.

Слова Ткаченко возмутили и редактора "Левого берега" Соню Кошкину. "Это говорит человек опытный, отлично знающий, как работает рынок рекламы для СМИ в Украине. Знающий, сколько денег нужно на дотирование, например, крупного канала (спойлер: от 30 до 100 лямов в год. "Зелени", разумеется). Понимающий, как из предложенной "вилки" выйти "крупнякам" и как ею заколоть "середнячков" и региональные СМИ", - отметила Кошкина в соцсети.

Иными словами, тяготение к финансовой прозрачности обернется ее антиподом: крупные игроки медиарынка найдут способ показать "правильную" доходность своего СМИ. А против совсем неугодных выдвинут как тяжелую артиллерию фискальные органы. Кстати, именно налоговая была инструментом борьбы с журналистами во время Кучмы, напоминает Кошкина. Но это не единственная новация, которая коснется СМИ.

Операция "Манипуляция"

А тем временем пока нардепы разрабатывают новый медийный кодекс, с инициативой ввести "ответственность за сознательное искажение общественного мнения СМИ" выступает вышеупомянутый министр культуры Владимир Бородянский. Но что такое искажение общественного мнения? По Бородянскому, это управление ботофермами, искажение информации и распространение различных фейков.

Сначала министр был очень категоричен и говорил об ответственности уголовной, но впоследствии несколько сбавил обороты и заверил журналистов, что не настаивает на таком виде наказания. "Смотрите, я не уперся рогом в уголовную ответственность? Почему вообще возникла мысль об уголовной ответственности в информационной войне? Потому что я глубоко убежден, что дезинформация и вот такие отношения между журналистом и, например, заказчиком фейков являются угрозой национальной безопасности страны. Я считаю это преступление сопоставимым с государственной изменой, условно говоря. Или близко к этому", - отметил Бородянский в интервью "Новому времени".

Защитить информационное пространство страны от вброса ложной информации - намерение, конечно, похвально. Однако реализовывать его так, как это может быть сделано в Украине, довольно опасно. Для журналистов, конечно же. Почему? Прежде всего из-за отсутствия многих четких дефиниций.

Тот же Бородянский, реагируя на просьбу собеседника дать определение "информационной манипуляции", отвечает так: "Это очень сложный вопрос". Здесь "нет одного простого ответа", - добавляет он в интервью НВ позже. Вообще этот лейтмотив - об отсутствии у него готовых решений - министр повторяет неоднократно. "Это сложная конструкция. Нужно описать все элементы этой конструкции, сбалансировать ее, но это явление, которое есть", - говорит он о дезинформации.

Одним словом, есть желание наказывать прессу, но нет четкого представления, за что именно.

"Что касается инициативы введения ответственности для журналистов, то очень хочется, чтобы она прошла не один круг публичной дискуссии. Чтобы ее участники ответили на вопрос: как мы будем отличать сознательные манипуляции в медиа от случайных ошибок, возникающих в работе? Каких экспертов будут к этому привлекать? Я понимаю желание власти формализовать все сложные вопросы и дать на них ответы в законодательном поле. Но поскольку речь идет о медиа, сделать это трудно. Потому что очень много пограничных моментов", - говорит цитируемый выше Мартыненко.

"Господину Бородянскому, как опытному практику, многолетнему топ-менеджеру телевизионных каналов, принадлежащих Виктору Пинчуку, точно известна граница между информационной диверсией и свободомыслием работников пера и микрофона. Почему же он заговорил об ужесточении наказания? Возможно, потому что почувствовал тренд, который заключается в выставлении журналистов лишним звеном в общении власти с народом", - пишет в авторской колонке эксперт Международного центра перспективных исследований Игорь Петренко.

А между тем и Владимир Зеленский, чьи ставленники предлагают сейчас жестче наказывать СМИ, знает толк в манипуляциях. "Ведь он сам нещадно манипулировал общественным мнением в своем сериале и в своих выступлениях. СМИ не могут не раздражать Владимира Зеленского и вследствие его собственного непрофессионализма. Ведь источником многочисленных скандалов последних месяцев является словесный понос именно его назначенцев и депутатов, которые были набраны из говна, палок и олигархических групп, не обладающих пониманием того, что такое политика Зеленского", - жестко замечает бывший депутат и бывший журналист Сергей Высоцкий в разговоре с изданием "Буквы".

Следует заметить, что идея привлечь журналиста к ответственности за недостоверную информацию соблазняет умы каждого депутатского созыва. Ее не включают в предвыборные обещания, но тем не менее исподволь пытаются реализовать. Единственное отличие, что в нынешней кампании инициаторы законотворческих изменений оперируют словами "манипуляция" и "фейк", тогда как ранее предпочитали говорить о "клевете". Понятийное содержание несколько разнится, но тенденция к усилению давления на СМИ та же.

Клевета как обсессия

Усилить ответственность за клевету (вплоть до уголовной) пытались еще при Кучме. В 2004-м этим занимался Леонид Черновецкий, в 2005-м - Владимир Анищук. Дважды с инициативой криминализировать клевету выступал Василий Киселев (2006 и 2010 гг.), а также Антон Яценко (2008 год) и Виталий Журавский (2012-й).

При этом каждый раз подобные законодательные инициативы вызвали широкое осуждение не только со стороны украинских и международных правозащитных и медийных организаций, но и институций уровня ОБСЕ, Совета Европы, Комитета ООН по правам человека. Казалось бы, на этих граблях уже довольно натанцовано, но нет. Попытки криминализировать клевету имели место и в предыдущем созыве парламента. В 2016 году нардеп Евгений Мураев внес в Верховную Раду проект изменений в УК с соответствующими правками. Его документ, правда, даже не был вынесен на рассмотрение парламента.

Вслед за Мураевым тогдашние члены группы "Возрождение" Дмитрий Святаш, Валерий Писаренко, Владимир Мисик, а также внефракционный Анатолий Денисенко и член "Оппоблока" Дмитрий Шенцев представили законопроект № 8270-2, где речь - опять-таки - шла об усилении ответственности за клевету. Правда, административной ответственности, а не уголовной. Такой себе "лайт-вариант".

К тогдашней оппозиции присоединились и представители большинства Верховной Рады VIII созыва. 18 апреля 2018 года экс-глава комитета Верховной Рады по вопросам нацбезопасности и обороны Сергей Пашинский попросил комитет разработать законодательные изменения об уголовной ответственности за распространение ложной информации, подрывающей обороноспособность Украины.

В случае с Пашинским все началось с публикации в журнале "Новое время" под названием "Служили два товарища", где речь шла о коррупционных схемах должностных лиц в оборонной сфере. Главный редактор медиа заявлял об угрозах со стороны Пашинского. Кроме того, последний подал иск "о защите чести, достоинства и опровержения недостоверной информации" против ООО "Издательский дом Медиа-ДК".

Интересный факт: во времена Советского Союза ответственность за клевету была криминализирована, хотя в условиях тогдашней цензуры трудно представить условия, при которых возникла бы необходимость применить соответствующую статью. И тем не менее в уголовном кодексе, принятом в 1960 году и действовавшем вплоть до распада СССР, такая статья была. Независимая Украина не знает наказания подобного рода, хотя наши западные партнеры его применяют.

В США за клевету придется уплатить штраф в размере 250 тыс. долл. или длительное время провести за решеткой. Во Франции за клевету можно поплатиться не только штрафом до 45 тыс. евро или тюремным сроком до пяти лет, но и запретом заниматься определенными видами профессиональной деятельности. В Германии есть такое понятие, как "клевета против действующей власти, ее оскорбление или призывы к нарушению целостности республики". Наказать за это могут большим штрафом или лишением свободы до пяти лет.

Но есть один важный нюанс: правоприменительная практика в США, Великобритании или Франции практически исключает попытки использовать закон не по назначению. Особенно тщательно там заботятся о правах и возможностях масс-медиа. Это означает, что защищенными являются обе стороны потенциального конфликта: и журналисты, и герои их публикаций. В Украине же перейти грань ничего не стоит как "обвиняемым", так и "обвинителям". Наше правовое поле является, скорее, минным, и "подрывы" на нем в нашей практике - вещь обычная.

P.S.

Сейчас с проектом закона о медиа ознакомлены только избранные. 21 ноября на закрытой встрече с представителями СМИ документ представили заместитель министра культуры Анатолий Максимчук и нардеп Александр Ткаченко. Среди ключевых моментов - регуляция виртуального информпространства и регистрация онлайн-СМИ; налогообложение провайдеров общего доступа - Facebook, YouTube, Instagram и других; вероятно приравнивание блогеров к средствам массовой информации; мониторинг контента и внедрение должности медиа-омбудсмана; мониторинг дохода СМИ, который должен быть не менее объема денежной поддержки владельцем.

Не обойдена вниманием и любимая новелла власти - дезинформация. Вопрос с наказанием за нее решили решить так: на первый раз - административная, а за систематическое распространение дезинформации - уголовная. При этом ни оценочные суждения, ни критику к дезинформации якобы приравнивать не станут и, соответственно, за это не наказывать. Но все же понимают, что когда дойдет до дела - наши суды любую информацию признают "дезой". В этом и кроется опасность подобного закона.

Что касается проекта медийного кодекса, то власти не сдержали своего слова дважды. Первый раз, когда законодатели не уложились в заявленные сроки, ведь говорилось, что дедлайн по этому законопроекту - середина ноября. И второй раз, когда было обещано его публичное обсуждение. Публичность обернулась узким кругом единомышленников - по крайней мере, по состоянию на сейчас. Все это не слишком вдохновляет на оптимизм, впрочем, окончательные выводы будут сделаны после попадания законопроекта на рассмотрение народных депутатов. Когда именно ждать битвы (а она будет) между властью и медийщиками - пока неизвестно.

"Новая власть рассматривает медиа как зону угрозы", - резюмирует Бортник. И похоже, что он совершенно прав. Впрочем, некоторые президенты уже пытались ограничить свободу СМИ и в итоге неизменно проигрывали.

Наталья Лебедь

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>