Дорогой в оккупированный Крым: Как люди пересекают админграницу

С марта 2016 года сообщение между материковой Украиной и оккупированным Крымом происходит через три пункта пропуска: "Каланчак", "Чаплынка" и "Чонгар". Чтобы понять, как люди попадают на полуостров, корреспондент 112.ua прошел весь путь от КПВВ "Каланчак" до МАПП "Армянск". Пограничники с украинской стороны несут службу с "калашами" , укомплектованными четырьмя полными магазинами, МАПП "Армянск" оборудован пуленепробиваемыми бронированными конструкциями, оба пункта пропуска уже имеют все признаки, присущие полноценным таможенным пунктам, а вся админграница с оккупированным Крымом заминирована. Следует признать, что все выглядит так, словно положение вещей изменится нескоро. И как бы ужасно это ни звучало, некоторые к этому начинают привыкать

Дорогой в оккупированный Крым: Как люди пересекают админграницу
112.ua

Елена Голубева

Журналист, 112.ua

С марта 2016 года сообщение между материковой Украиной и оккупированным Крымом происходит через три пункта пропуска: "Каланчак", "Чаплынка" и "Чонгар". Чтобы понять, как люди попадают на полуостров, корреспондент 112.ua прошел весь путь от КПВВ "Каланчак" до МАПП "Армянск". Пограничники с украинской стороны несут службу с "калашами" , укомплектованными четырьмя полными магазинами, МАПП "Армянск" оборудован пуленепробиваемыми бронированными конструкциями, оба пункта пропуска уже имеют все признаки, присущие полноценным таможенным пунктам, а вся админграница с оккупированным Крымом заминирована. Следует признать, что все выглядит так, словно положение вещей изменится нескоро. И как бы ужасно это ни звучало, некоторые к этому начинают привыкать

КПВВ "Каланчак" и МАПП "Армянск" отделяют друг от друга примерно 500 м. "Я считал: всегда выходит 600-650 шагов", - говорит мне водитель маршрутки, который возит людей с "Каланчака" в Херсон и обратно. Я достаю паспорт и сворачиваю на отделенную металлическим ограждением пешеходную дорожку, по которой вдоль покрашенных в цвета флага Украины модулей движутся люди в оккупированный Крым. Как только я это делаю, моментально теряю все привилегии, которые имела еще минуту назад, передвигаясь со стайкой коллег-журналистов, организованно посещающих пункты пропуска на административной границе с Крымом вместе с представителями Госпогранслужбы, Министерства по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц, представителями Херсонской обладминистрации.

112.ua

С этого момента на меня распространяются нормы и правила, актуальные для обычных людей, ежедневно сотнями пересекающих админграницу. "Спрячьте телефон! На КПВВ запрещены фото- и видеосъемка! Цель визита в оккупированный Крым?" – жестко и четко спрашивает украинский пограничник. Я протягиваю в окошко загранпаспорт: "Я - журналист, хочу пройти весь путь, который проходят граждане, пересекающие админграницу". Пограничник в окошке несколько секунд смотрит на меня обескураженно. Затем кладет в паспорт вкладыш красного цвета и возвращает мне его обратно. Буквально через десять метров у меня его забирают рослые парни в теплых камуфляжах, вооруженные "калашами". На пунктах пропуска с оккупированным Крымом пограничники выходят на дежурство с четырьмя полными магазинами по 30 патронов в каждом и с сигнальным пистолетом.

Слегка обшарпанного вида билборд с надписью "До зустрічі на Херсонщині", мотки колючей проволоки, обтянутое камуфляжной маскировочной сеткой укрытие, бетонные блоки с нанесенной на них в форме елочки красной разметкой, вышка, в окошке которой виден человек в бушлате, – так выглядит обстановка на месте. На вопрос журналистов о том, является ли этот человек снайпером, пограничники отвечают, что на вышках несут службу представители Госпогранслужбы, а информация о снайперах засекречена.

112.ua

Впереди два флага – Украины и РФ. Расстояние между ними примерно несколько метров. Это "ноль". После него начинается то, что на местном жаргоне принято называть "нейтралкой". Те 500 м, или 650 шагов, до МАПП "Армянск", за которым начинается территория оккупированного Крыма.

112.ua

Передо мной по асфальтированной нейтралке идут люди, тянут сумки, тюки, некоторые катят груженные "кравчучки". Проезжает несколько автомобилей. Дорога на МАПП "Армянск" – это шесть полос движения: три на въезд и три на выезд. Кроме того, есть пешеходный переход. Из сюжета на российском канале я узнала, что на въездном направлении пункта пропуска около шлагбаума есть бронекапсула. Еще одна - на выездном. Как рассказывал в сюжете представитель "Росгранстроя", "пятый класс пулестойкости в случае чрезвычайной ситуации позволяет укрыться наряду и вести ответный огонь". По его словам, все блок-модули на пункте пропуска защищены бронелистами 5 мм, окна защищены бронепленкой, 4 бронированных модуля, в которых в случае опасности может укрыться личный состав и лица, пересекающие "границу". В сюжете также говорилось, что по периметру МАПП установлены специальные прожекторы, которые позволяют осветить территорию в 50 м за КПП.

112.ua

К слову, о тюках и сумках. Через КПВВ "Каланчак" (также на "Чаплынке" и "Чонгаре") можно перемещать суммы в иностранной валюте до 10 тыс. евро или российские рубли в эквиваленте до 10 тыс. грн. Товары и материальные ценности – на сумму до 10 тыс. евро.

112.ua

Иностранцы, которые на законных основаниях выезжают на оккупированный полуостров, по возращении должны прикладывать большой палец правой руки к сканеру (отпечаток пальцев) для подтверждения личности. К слову, на оккупированный полуостров они могут пройти только через МАПП "Армянск" (напротив КПВВ "Каланчак") и МАПП "Джанкой" (напротив КПВВ "Чонгар"). Через ДАПП "Перекоп", который находится напротив КПВВ "Чаплынка", иностранцев не пропускают. Выехать на оккупированный полуостров или въехать с него на автомобиле с транзитными (так называемыми "литовскими") номерами невозможно: не пропустит ни один из трех КПВВ на украинской административной границе.

112.ua

* * *

Иду по "нейтралке". Передо мной новенькая табличка: предупреждение о том, что "при следовании от государственной границы Российской Федерации до пункта пропуска запрещается следовать вне автодороги (прилегающих обочин), осуществлять высадку людей, выгрузку грузов, товаров и животных. Нарушители порядка следования на территорию Российской Федерации привлекаются к ответственности в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации".

112.ua

К слову, сходить с обочин здесь опасно: украинские пограничники не скрывают, что "вся админграница с оккупированным Крымом заминирована".

Идти на пропускной пункт оккупационных властей я решила одна из всей группы. Понимала ли я, что это риск? Видимо, не в полной мере. Ведь в обычной жизни в Украине…

Впрочем, еще перед тем, как мы отъезжали от Херсонской ОГА с коллегами, представитель Министерства по вопросам временно оккупированных территорий, выслушав о моем намерении "пройти весь путь", сказал: "Не стоит. Могут задержать или посадить. Я вот, например, не хожу на ту сторону, потому что меня точно посадят в тюрьму. Но там никто не может быть уверен, что его не посадят в тюрьму". Говоря это, чиновник нервно крутил в пальцах привязанную к мобильному телефону фенечку, сплетенную из синей и желтой ленточек. Из новостей я также знала, что президент Петр Порошенко подписал законопроект о реинтеграции оккупированных районов Донбасса, в котором Россия была квалифицирована как государство-агрессор. Но мне было важно пройти весь путь и полноценно его показать. Признаюсь, не ожидала, что будет так тяжело. В первую очередь психологически.

* * *

Впереди уже отчетливо виден облицованный серыми плитами комплекс. Надпись: "Россия. МАПП "Армянск". Справа от дороги билборд: "Добро пожаловать в Крым". Надпись сделана на фоне двух развернутых в разные стороны триколоров и российского герба посередине. Слева – полутораметровая примерно статуя грифона с раковиной в лапе, у подножия надпись "Крым". Перед входом в пункт пропуска дежурят двое вооруженных мужчин в форме российских пограничников. "Какая прописка?" - спрашивает у меня один из них. Отвечаю честно: "Я журналист, хочу пройти весь путь между пунктами пропуска". Пограничник смотрит на меня в недоумении. "Где вы прописаны?". "В Киеве, но я журналист". "Ясно, вы границу будете переходить?".

Чтобы передвигаться дальше, здесь нужно заполнить декларацию. "Фамилия, имя, отчество, дата въезда, дата выезда, серия и номер паспорта, число заполнения, цель визита, подпись". "А как указать цель визита, если я журналист? Подчеркнуть опцию "Работа?". "С частной целью", - подсказывает пограничник.

Также нужно было указать тип багажа. У меня с собой крошечный рюкзак. "Ручная кладь" пишите". "Могу сфотографировать, как выглядит декларация для репортажа?" - говорю я, доставая из кармана телефон. "Спрячьте телефон, фото и видеосъемка в пункте пропуска запрещена", - сухо отрезает он.

После этого я попадаю в довольно длинный и узкий коридор, образованный зеленым металлическим забором. Напротив, параллельно ему, еще один такой же зеленый коридор – на выход. Странно, но в этот момент приходит очень подавляющая мысль, что, пожалуй, перелезть не удастся: стена коридора высокая. И еще мелькнула предательская мыслишка о том, что будет, если пуститься бегом назад, к нейтралке? Обреченно плетусь вперед. Через несколько поворотов коридор заканчивается двориком. Справа две пластиковые двери, за ними - облицованные кафелем кабинки с напольными туалетами. Перед металлопластиковой дверью несколько человек: в помещении две стойки регистрации, туда нужно подходить по одному. Стойки пока заняты. Пожилая женщина, которая проходила передо мной процедуры на КПВВ "Каланчак", говорит по мобильному: "Максим, я тут на российской границе... Ага, мы уже выходим".

Ожидая, читаю свод правил, написанных большими буквами на стенде. Из того, что запомнилось: нельзя пересекать пункт пропуска по поддельным документам, оскорблять нецензурной лексикой и непристойными жестами сотрудников.

Захожу в помещение. На стойке регистрации предъявляю два паспорта: внутренний и загран, также удостоверение журналиста 112.ua. В обложку паспорта также вложены права на вождение и карточка аккредитации в Верховную Раду. Честно говорю, что журналист, хочу выйти с пункта пропуска в направлении Армянска и вернуться.

- Снимите обложку с паспорта! – девушка-пограничник начинает явно нервничать. - Скажите цель вашего визита!

Я повторяю.

Она поворачивается к стоящему у нее за спиной парню в форме пограничника, я понимаю, что ей нужна помощь: ситуация внештатная. Парень просит меня подождать и выходит. Вернувшись, он ждет, когда мне отдадут паспорт, и предлагает следовать за ним. Отвел в крошечную комнатку щитового домика. Несколько стульев и столов, на одном из них два монитора: в тот момент неработающих. Кулер с водой, на этикетке надпись "Крымская". На стене портрет президента РФ Владимира Путина.

В комнате за столом мужчина в синей форме российского пограничника. Вежлив, приветлив. Смотрит документы.

- Как я могу к вам обращаться?

- Алена… Просто Алена.

Он смущенно: "Простите, я так не могу".

Открывает первую страницу внутреннего паспорта.

- Елена…

- Николаевна, - прихожу ему на помощь.

- Елена Николаевна. Хорошо.

Он называет свои имя и отчество, не называя фамилию и должность.

Уточняет, имею ли я аппаратуру для фото-, видео- или звуковой фиксации. Достаю из кармана телефон. Мой собеседник просит его отключить и положить на стол. Я это делаю. Терпеливо объясняю цель визита, а также то, что у меня всего двадцать минут на то, чтобы выяснить все, что мне необходимо, об особенностях пересечения МАПП "Армянск". Вскоре мне стало ясно, что двадцатью минутами ограничиться не удастся. Все то же самое мне пришлось повторить еще нескольким собеседникам, одетым в камуфляжную форму без опознавательных знаков.

Нужно отметить, что вели они себя очень вежливо и спокойно, однако напряжение просто висело в воздухе. Нет, это сложно понимать в Украине, в привычной реальности. А там вот кожей чувствуешь, как в крайнем напряжении контролируешь каждое слово, как боишься сказать лишнее, навредить себе же или не дай бог совершить что-то противозаконное. И в таком же крайнем напряжении, как мне виделось, находились мои собеседники. Сложилось ощущение, что они тянут время. Думала о том, что, видимо, вопрос решался в другом месте, и они попросту ждали решения: ситуация-то нештатная.

Меня вежливо попросили показать содержимое сумки. Уточнили, что за ручка? С собой была обыкновенная шариковая ручка с какой-то презентации. Я предложила им подарить ее. Отказались. Спрашивали, какие вопросы меня интересуют как журналиста на МАПП "Армянск", на какие темы пишу, с какой целью приехала на КПВВ "Каланчак", проживаю ли по прописке, связаны ли родственники со спецслужбами в Украине. Я попросила воды – принесли. И чем более вежливыми и приветливыми были мои собеседники, тем сильнее и отчетливее было ощущение моей собственной беспомощности, понимания, что я нахожусь в чужой юрисдикции. И еще осознания, что мы – представители стран, воюющих друг с другом. Это осознание становится таким отчетливым. И это так непонятно, больно. Понимаешь, что нет опыта, нет знаний, как вести себя. Что правильно, а что - нет? Что морально, а что - нет? Что можно? Что нельзя? На многие вопросы ответов нет, потому что нет прецедентов в прошлом.

В возможности завершить процедуру и выйти с пункта пропуска в сторону Армянска мне отказывают. Извиняются за то, что отняли много времени. Поясняют, что если бы я перемещалась как гражданка Украины без цели сделать материал для СМИ, вся процедура заняла бы не более нескольких минут. Говорят, что нужно обратиться с запросом в пресс-службу Пограничной службы РФ. С правилами прохождения пункта пропуска и требованиями в отношении перемещаемых товаров и материальных ценностей советуют ознакомиться в открытых официальных источниках в интернете. После этого проводят в пункт пропуска, где вновь проверяют мои документы. Ставят отметку на декларации. После этого мне позволяют выйти через коридор, ведущий обратно к "нейтралке". Декларацию забирает пограничник, проводивший до коридора, ведущего к выходу с МАПП "Армянск".  

Пробыла на МАПП я полтора часа. За это время журналисты и представители Херсонской ОГА, не дождавшись меня, уехали. В автобусе остался рюкзак с ноутбуком и вещами. Также я узнаю о том, что издание 0552.ua разместило новость о том, что пресс-тур Херсонской ОГА на КПВВ "Каланчак" завершился задержанием киевской журналистки.

112.ua

* * *

Итак, "ноль". Табличка "Пешеходная дорожка" на трех языках, слева - массивный металлический "еж". Меня пропускают, а с девушкой, которая несет в руках паспорт в красной обложке с двуглавым орлом, начинают о чем-то беседовать. Содержания разговора я не слышу. "С российским паспортом, выданным в оккупированном Крыму, пересечь административную границу в пунктах пропуска невозможно. Документы, выданные оккупационными властями, мы не признаем. Можно въехать с российским паспортом, выданным на легитимной территории РФ, через действующие пункты пропуска на других участках границы, в действующих пунктах пропуска", - пояснил помощник председателя Госпогранслужбы Олег Слободян, которого попросила прокомментировать ситуацию с пересечением КПВВ по российским паспортам.

Прохожу к окошку в модуле в цветах флага. "Снимите обложку с паспорта!". Через секунду: "Давайте ваш загранпаспорт, он же без обложки". Листаем оба. Я растерянно ищу, где отметка о посещении МАПП "Армянск". "Видимо, вас оформляли по внутреннему паспорту, в него отметки не ставятся", - поясняет мне пограничник, вкладывая в паспорт зеленый корешок. Через пару метров его заберут. Сопровождавшие нас в пресс-туре сотрудники Госпогранслужбы не скрывали, что все без исключения перемещения на оккупированный полуостров фиксируются в базе, в том числе и повторные. Смею предположить, что аналогичная ситуация на пунктах пропуска оккупационных властей. Все номера автомобилей, которые перемещаются с оккупированного полуострова, вносятся в базу АСАУР (программно-информационные комплексы, обеспечивающие функционирование системы управления рисками во время таможенного контроля и оформления товаров, транспортных средств).

До поезда остается немного времени, и я начинаю решать проблему, как же добраться в Херсон. Таксист просит за поездку тысячу гривен. Увидев выражение на моем лице, скидывает до 250 грн, если найдем еще троих. Говорят, с МАПП "Армянск" таксисты до Армянска берут 50 российских рублей, также ходит автобус (20-30 рублей). До города оттуда 2,5 км. До оккупированного Симферополя - 140 км.

Ожидая попутчиков, решаю отправить в редакцию фотографию, которую сделала (незаконно), отойдя метров на сто от пункта пропуска оккупационных властей. Хотела похвастаться! И понимаю, что зря я, собственно, пыталась нарушить правила, установленные россиянами: не фотографировать на нейтральной полосе. Фотография получилась очень плохая. Это фиаско! Я хочу вернуться и сделать хотя бы несколько новых фотографий. Для этого нужно снова пройти процедуру оформления пересечения КПВВ "Каланчак". В это время пункт пропуска уже совсем опустел. Дует сильный ветер, садится солнце. Один из пограничников пошел со мной. "Смогу с тобой дойти до "нуля", дальше сама. Но помни – безопасность. Ты хорошо бегаешь? Сфоткала и бегом назад. Иначе на этот раз тебя точно задержат", - инструктировал меня он. "Ну, с Богом?", – говорю. "С Богом".

Где-то вдали Крым... 112.ua

Я прошла не более 50 м и, сделав несколько фотографий "нейтралки", вернулась назад. Ребята ждали меня у "нуля". "Слушайте, а как бы они с такого расстояния увидели, что я фотографирую?" - спрашиваю у пограничников. "А вот, погляди", - показывают они мне. Да… В метрах десяти от того места, где мы стоим, висят видеокамеры "той стороны". "А раньше у них еще на "ноле" стояли три-четыре пограничника, теперь их сняли".

Мне также пояснили, что у меня теперь "двойное пересечение", и я должна пройти обязательную процедуру заполнения таможенной декларации. Представители Госпогранслужбы всегда информируют таможенников о двойном пересечении и к лицу, его совершившего, проявляют особенное внимание. Примечательно, в графе "Из какой страны прибыл" в пояснении в скобках сказано, что указывается страна отправления. Я даже подскочила: "Это что, провокация?". Нет, говорит сотрудник, пишите: "Свободная экономическая зона Крым".

После этого была беседа с прибывшим на пункт пропуска в связи с моим посещением МАПП "Армянск" представителем СБУ. Ее деталей раскрывать не буду.

* * *

Мне повезло. В Херсон как раз отправлялась маршрутка – 200 грн с человека. Ехать час двадцать. Маршрутка пустая – всего пару человек. Мои попутчики сравнивали цены на мясо на оккупированной территории и в Украине, размеры пенсий, вспоминали различные курьезы с пунктов пропуска. Я их слушала и никак не могла отогнать назойливую мысль о том, что все выглядит так, что некоторые люди начинают, не побоюсь этого слова, привыкать. Говорят не "оккупационные власти", "оккупированный полуостров", а "та сторона", "россияне", "российская сторона". Пункты пропуска приобретают все больше признаков полноценных таможен. В частности, как рассказали на КПВВ "Чаплынка", в их распоряжении есть уже сканеры пустот, смотровые зеркала.

112.ua

Да и, собственно, сам пресс-тур. Как рассказали нам организаторы, одной из его целей было привлечь внимание к проблеме с обустройством двух КПВВ, через которые проходит наибольший поток людей: "Каланчак" и "Чонгар". В обе стороны пункты пропуска пересекают около 1,5 млн человек в год. На "Чаплынке" - не более 5 тыс. в год. Особенностью этого пункта пропуска является то, что ДАПП "Перекоп" находится намного дальше, чем переходы в остальных двух пунктах пропуска.

Недавно у первого вице-премьер министра Степана Кубива прошло совещание. Обсуждалась необходимость выделения 107,2 млн грн на обустройство сервисной зоны на "Каланчаке" и "Чонгаре". Якобы средства пообещали выделить из резервного фонда, потому что в бюджете не предусмотрено ни копейки. Они нужны для обустройства помещений для личного состава, "так как сейчас там через 2-3 месяца люди ловят простуду". Кроме того, нет нормальной и комфортной зоны для пересекающих административную границу. На "Каланчаке" единственное кафе выглядит хуже некуда, но цены кусаются: растворимый кофе из пакетика – 10 грн, джин-тоник – 35 грн, пиво – 25 грн.

112.ua

С туалетами и вовсе беда. Бывалые коллеги в пресс-туре вспоминали, что на "Каланчаке" он был наполовину завален мусором, а на "Чонгаре" однажды даже и "не мусором".

112.ua

В марте 2016 года КПВВ на административной границе открывались как временные. С 2015 года в прилегающем к КПВВ "Каланчак" районе был установлен режим: "Контролируемый пограничный район". "Это территория, определенная в пределах района, поселка или села, прилегающего к государственной границе или к морскому побережью, и которая охраняется Государственной пограничной службой Украины. В этом районе могут устанавливаться дополнительные правила с целью охраны государственной границы. В частности, у водителей транспортных средств пограничники могут проверять документы, осматривать автомобили, уточнять  у иностранцев цель пребывания в контролируемом пограничном районе. По требованию сотрудников Госпогранслужбы находящиеся в районе водители автомобилей должны предоставлять свои транспортные средства к осмотру. Граждане, находящиеся в контролируемом пограничном районе, должны быть готовы по требованию предъявлять паспорта. В противном случае они могут быть задержаны для выяснения личности", - сказал 112.ua Олег Слободян.

Глядя на КПВВ "Чаплынка", один из участников пресс-тура, а он из Херсона, с грустью вспомнил: "Здесь же раньше дорога была, обычная дорога на полуостров, ничего этого, никаких сооружений не было". Теперь есть, и неизвестно, когда все исчезнет.

Елена Голубева

видео по теме

Новости партнеров

Загрузка...

Виджет партнеров