The New York Times

Оригинал на сайте The New York Times

К утру трое новорожденных были уже мертвы.

День начался с обычных проблем: хронический дефицит антибиотиков, внутривенных растворов, даже продуктов питания. Тогда по всему городу отключили свет, отключились респираторы в родильном отделении.

Врачи пытались спасти больных младенцев путем закачки воздуха в легкие вручную в течение нескольких часов. С наступлением темноты умер четвертый новорожденный.

"Новорожденные дети умирают ежедневно", - говорит хирург одной из больниц столицы страны Каракаса Ослейди Камехо, ссылаясь на разрушающиеся больницы Венесуэлы.

Экономический кризис в этой стране перерос в чрезвычайную ситуацию в области общественного здравоохранения, унося неисчислимое число жизней венесуэльцев. Это лишь часть более масштабного упадка здесь, который стал настолько серьезным, что это побудило президента Николаса Мадуро ввести чрезвычайное положение и вызвало опасения правительственного коллапса.

Больничные палаты напоминают сущую катастрофу. Перчатки и мыло исчезли из некоторых больниц. Часто лекарства от рака встречаются только на "черном" рынке. Электроэнергии так мало, что правительство работает только два дня в неделю в целях экономии.

Новости по теме: В Венесуэле из-за кризиса рабочую неделю для госслужащих сократили до двух дней

В больнице второго старейшего вуза страны - Андского университета - в горном городе Мерида нечем смыть кровь с операционных столов, а хирурги перед операцией вынуждены мыть руки газированной водой.

"Это как будто в 19 веке", - сказал местный хирург Кристиан Пино.

Цифры просто ужасающие. Уровень смертности среди детей в возрасте до одного месяца увеличился более чем в 100 раз в государственных больницах, находящихся в ведении Министерства здравоохранения. Согласно отчету правительства, предоставленному законодателям, если в 2012 году показатель составлял 0,02%, то в 2015 году – уже 2%.

Уровень смертности среди молодых матерей в этих больницах увеличился почти в пять раз за тот же период, согласно отчету.

The New York Times

Здесь в карибском порту города Барселоны двое недоношенных детей умерли в пути к главной государственной клинике, так как в машине скорой помощи не было кислородных баллонов. Больница не имеет функционирующих машин для рентгеновского исследования и почечного диализа, потому что они давно сломались. А потому что не хватает кроватей, некоторые пациенты лежат на полу в лужах крови.

Клиника - это словно поле битвы. И это в стране, где нет никакой войны.

Новости по теме: В Венесуэле убили главу оппозиционной партии Маваре

"Некоторые приходят сюда здоровыми, а уходят мертвыми", - говорит доктор Леандро Переса, стоя в отделении неотложной помощи больницы им. Луиса Рацетти, которая обслуживает город.

Эта страна имеет самые большие запасы нефти в мире, но правительство отложило мало денег на трудные времена, когда цены на нефть были высокими. Теперь, когда цены рухнули – сейчас они около трети от тех, какими были в 2014 году, - последствия бросают деструктивную тень по всей стране. Очереди за продуктами питания, давно ставшие особенностью жизни в Венесуэле, теперь переросли в мародерство. Боливар, валюта страны, почти ничего не стоит.

Кризис усугубляется политической враждой между левыми силами Венесуэлы, которые контролируют пост президента, и их соперниками в Конгрессе. Противники президента объявили гуманитарный кризис в январе, и в том же месяце был принят закон, который позволил бы Венесуэле принять международную помощь, чтобы поддержать систему здравоохранения.

"Это преступление, что мы сидим в стране с таким большим количеством нефти, а люди умирают из-за отсутствия антибиотиков", - говорит Онейда Гуайпе, законодатель и бывший лидер профсоюза больницы.

Но Николас Мадуро, который сменил Уго Чавеса, выступил по телевидению и отверг все эти усилия, характеризуя это движение как попытку подорвать его власть и приватизировать систему больниц.

Новости по теме: В разведке США рассказали о возможном "дворцовом перевороте" в Венесуэле

"Я сомневаюсь, что где-нибудь в мире, за исключением разве что Кубы, существует более совершенная система здравоохранения, чем наша", - сказал Мадуро.

В конце прошлой осени устаревшие насосы, которые поставляли воду в больницу Андского университета, сломались. Они не ремонтировались в течение нескольких месяцев.

В таких вот условиях, без воды, хирургических перчаток, антибиотиков группа хирургов готовится удалить аппендицит, который вот-вот лопнет. При этом операционный зал все еще в крови другого пациента.

Даже в столице, в детской больнице им. Де лос Риоса, функционируют только два из девяти операционных залов.

The New York Times

"Люди умирают из-за отсутствия лекарств, дети умирают от недоедания, а другие умирают, потому что не хватает медицинского персонала", - говорит доктор Ямила Батальини, хирург в больнице.

Тем не менее даже среди ужасных больниц Венесуэлы клиника им. Луиса Рацетти в Барселоне сумела выделиться.

В апреле власти арестовали ее директора Аквилеса Мартинеса, затем он был уволен с поста. Местные СМИ сообщили, что он был обвинен в краже оборудования, предназначенного для больницы, в том числе аппаратов для лечения людей с заболеваниями дыхательных путей, а также внутривенных растворов и 127 аптечек.

Около 10 ночи доктор Фредди Диас шел по коридору туда, где устроили импровизированное отделение для пациентов, которым не хватило кроватей. Некоторые сжимали бинты, пропитанные кровью, и взывали с пола о помощи. Один из пациентов, которого привезла полиция, был прикован наручниками к каталке. Как только распахнулась дверь столовой, оттуда выбежали тараканы.

Доктор Диас написал медицинские данные пациента на обороте какой-то выписки из банка, которую он нашел в мусорном контейнере.

"Бумага уже закончилась", - сказал он.

Новости по теме: Венесуэле нечем расплатиться за печать собственной валюты, - источник

На четвертом этаже одна из его пациенток, 68-летняя Роза Паручо, стала одной из немногих, кто сумел получить кровать, хотя гниющий матрас привел к образованию язв на ее спине.

Но то были наименьшие ее проблемы: госпожа Паручо – диабетик. Ей не смогли сделать диализ почек, потому что аппараты сломаны. Инфекция распространилась на ноги, которые в ту ночь почернели. Она впала в септический шок.

Госпоже Паручо нужен кислород, но баллонов просто нет. Ее руки дрогнули, а ее глаза закатились.

"Бактерии не умирают, они растут", - сказал доктор Диас, отметив, что трех антибиотиков, которые нужны госпоже Паручо, нет уже несколько месяцев.

Он сделал паузу. "Нам придется ампутировать ее ноги", - тихо сказал он.

Три родственника сидели, читая Ветхий Завет перед бессознательной женщиной. Она приехала сюда шесть дней назад, но поскольку аппарат был сломан, прошло несколько дней, прежде чем была обнаружена опухоль, занимающая четверть ее лобной доли.

The New York Times

21-летний Самуэль Кастильо прибыл в отделение неотложной помощи, он нуждался в крови. Но запасы закончились. Выходной был объявлен правительством для экономии электроэнергии, а банк крови принимал пожертвования только в рабочие дни. Господин Кастильо умер в ту ночь.

Последние два с половиной месяца больница живет без оборудования для печати рентгеновских снимков. Таким образом, пациенты вынуждены использовать смартфон, чтобы сфотографировать их снимок и показать его соответствующему врачу.

"Похоже на туберкулез, - сказал врач скорой помощи, глядя на снимок легкого на экране сотового телефона. - Но я не могу точно сказать. Качество плохое".

Поиск лекарств – это, пожалуй, самая сложная задача.

Аптека здесь с голыми полками из-за нехватки импорта, который правительство больше не может себе позволить. Когда пациенты нуждаются в лечении, врачи дают родственникам перечень лекарственных средств, рецепт и другие предметы, необходимые для стабилизации пациента или для проведения операции. Близких затем отправляют на черный рынок, на поиски продавцов, которые имеют товар.

То же самое относится и к почти всему остальному, что может понадобиться в больнице.

Новости по теме: В Венесуэле студенты перекрыли несколько улиц и подожгли покрышки из-за отсутствия еды в столовых

"Вы должны принести ей пеленки", - сказала медсестра Алехандро Руису, чья мать была доставлена ​​в отделение неотложной помощи.

"Что еще?" - спросил он, сжимая большие мешки для мусора, в которых он принес одеяла, простыни, подушки и туалетную бумагу.

Николас Эспиноса сидел рядом со своей крошечной дочерью, которая провела два из своих пяти лет с раком. У него кончаются деньги, чтобы заплатить за внутривенные растворы. Инфляция повысила цену в 16 раз.

Он пролистал список лекарств, которые пытался найти в Барселоне и в соседнем городе. Некоторые из препаратов предназначены для защиты организма во время химиотерапии. Но лечение девочки закончилось, когда онкологическое отделение использовало все необходимые лекарства полтора месяца назад.

Рядом с ним написанное от руки объявление "Мы продаем антибиотики. Торг". Номер продавца с "черного" рынка ниже.

36-летняя Бисенья Перес бегает по залам в поисках тех, кто может ее выслушать. "Может ли кто-нибудь помочь моему отцу?" - спрашивает она.

The New York Times

Ее отец, 61-летний Хосе Кальво, заразился болезнью Шагаса, вызванной паразитом. Но препарат, который был прописан господину Кальво, закончился в его части Венесуэлы, и он начал страдать сердечной недостаточностью.

Через шесть часов после мольбы мисс Перес в комнате экстренной помощи раздался душераздирающий крик. Это была сестра мистера Кальво. "Моя дорогая, моя дорогая", - простонала она. Господин Кальво был мертв.

Его дочь ходила по залу в одиночку, не зная, что делать. Руками она закрыла лицо, а затем сжала кулаки.

"Почему директор этой больницы украл это оборудование? - все, что она могла сказать. - Скажи мне, по чьей вине это?".

Девятый этаж больницы, родильное отделение, где за день до этого умерли семь детей. Комната в конце зала заполнена сломанными инкубаторами. На одном нет стекла. С другого свисают красные, желтые и синие провода.

"Не использовать - нефункциональные", - гласит записка от ноября прошлого года.

Доктор Амалия Родригес стояла в коридоре. "У меня был пациент, который нуждался в искусственном дыхании, а у меня не было ни одного баллона, - сказала доктор Родригес. - Ребенок. Что мы можем сделать?".

В день отключения электропитания, говорит доктор Родригес, сотрудники больницы пытались включить генераторы, но не получилось.

Врачи делали все возможное, чтобы поддерживать дыхание младенцев, делали откачку воздуха вручную, пока не истощились настолько, что едва могли видеть, сказала она. А сколько детей умерло из-за отключения электроэнергии, нельзя даже сосчитать, не говоря уже о других проблемах больницы.

"Что мы можем сделать здесь? - сокрушается доктор Родригес. - Каждый день я прохожу инкубатор, который не нагревается, который холодный, который сломан".

Николас Кейси