На питание пациентам киевской психбольницы выделяют 22 грн/день. Но они не голодают

"По возможности исследовать нервную систему равных нашей по оснащению в Украине психиатрических больниц нет", - говорит директор больницы

На питание пациентам киевской психбольницы выделяют 22 грн/день. Но они не голодают
"Городской чудик", скульптура на территории ТМО "Психиатрия" 112.ua

Татьяна Святенко

Журналист

"По возможности исследовать нервную систему равных нашей по оснащению в Украине психиатрических больниц нет", - говорит директор больницы

Территориальное медицинское объединение "Психиатрия" или киевская психиатрическая больница, а в народе до сих пор больница имени Павлова – некий бренд украинской психиатрии. И если среди медицинского сообщества больница известна высоким уровнем оказания психиатрической помощи, то народ активно продолжает передавать из уст в уста мифы о пытках и ужасах, которые происходят за стенами "Павловки". О том, что из этого правда, как живут пациенты больницы и что самое страшное для персонала и администрации, 112.ua рассказал директор ТМО "Психиатрия", главный психиатр Киева Вячеслав Мишиев.  

Справка: Киевской психиатрической больнице более 200 лет. Территория больницы – около 17 га, 1,5 из которых – заповедник "София Киевская". Больница является базой для пяти научно-исследовательских и педагогических психиатрических учреждений. В больнице по штатному расписанию 1714 ставок, физически лиц меньше – порядка 1600 человек. Коечность больницы на сегодняшний день составляет 1375. Порядка 75% врачей – врачи высшей и первой категории. В больнице есть компьютерный томограф, приобрели МРТ, цифровой флюорограф.

"То есть по возможности исследовать нервную систему равных нашей по оснащению в Украине психиатрических больниц нет", - говорит Мишиев.

112.ua: Расскажите о больнице

Количество коек в больнице постоянно сокращается, это такой динамический процесс во всем мире. Все больше переходят к внебольничной помощи, все более эффективные появляются препараты. Пациенты уже не нуждаются в долгосрочном пребывании. Лет 10-15 назад коек было в 2-2,5 раза больше.

В структуру больницы входит поликлиника, в которой представлены все врачи – терапевт, хирург, гинеколог, ЛОР-врач, кожвенеролог и т. д. У нас пациенты со всего города, и если им нужна еще какая-либо помощь, кроме психиатрической, они могут получить ее тут же. К психически больным особое отношение в обществе. Больница скомпонована так, что помощь психически больные получают любой направленности. Есть инфекционное отделение: в случае, если у больного есть инфекционное заболевание, он не поступает в общее психиатрическое отделение – он поступает в локализованное инфекционное отделение, ему оказывается и инфекционная помощь, и психиатрическая. У нас есть детское отделение, подростковое отделение, есть реанимационное отделение, особенно тяжелые больные в состоянии, которое требует интенсивной терапии, поступают в отделение реанимации. У нас есть геронтопсихиатрическое отделение, отделение эпилепсии. Отделение первого психиатрического эпизода: это современная тенденция, когда впервые заболевшие пациенты поступают не в общее хроническое отделение – несколько тяжеловатое отделение, – они поступают в отделение первого психиатрического эпизода, которое усилено психологами, психотерапевтами. Идеологией этого отделения является максимальная помощь именно на этапе первого приступа заболевания, с тем, чтобы остановить заболевание, добиться максимальной ремиссии, максимально препятствовать появлению обусловленных самой сутью заболевания дефектных состояний и максимально вернуть индивида в общество. 

112.ua: Сокращение количества коек – положительная тенденция?

Это явление, предуготовленное этапом развития общества и психиатрии. Сказать, плохо это или хорошо, нельзя. С другой стороны – это проблема для общества. Фактически ответ на вопрос в том, что, сокращая сегодня койки, общество не решило вопрос, куда девать этого больного. Сегодня к нам скорые привозят бездомных, которые не могут себя обслуживать. Конечно, формально у бездомных есть и явления деменции, и другие расстройства поведения, воли, эмоции. Но "Психиатрия" в таком случае, клиническое учреждение, решает социальные вопросы. Сейчас от 50 до 100 человек мы можем одномоментно перевезти в дома-интернаты. Но там нет мест, таких бездомных не берут, не готовы.

С этим же моментом связан вопрос отношения части общества к своим родственникам. Есть категория людей, которым только бы "засунуть" своего пожилого родственника в больницу. Пишут кляузы, жалуются на горячую линию, и мы вынуждены госпитализировать. А после того, как мы его положим, выписать не можем. Но мы больница – к нам поступает больной, проходит курс лечения, а курс лечения имеет конечные границы, от 3 недель до 1,5-2 месяцев. Куда мы только письма не пишем, мол, господин Иванов уже не забирает свою мать из больницы более полугода, но механизма воздействия на господина Иванова нет.

112.uaНо насильно положить человека в психиатрическую больницу нельзя, верно?  

Предположим, у больного есть расстройство. Что такое расстройство – это тонкая грань, которая подразумевает ответ на вопрос: а должен ли человек с таким расстройством, больной, лечиться в стационаре или ему нужен просто уход и все? И начинается: "Он бегает с ножом! Он прыгает возле окна!" А в результате, когда начинаешь выяснять, оказывается, что человек находится в реанимации в такой-то соматической больнице. "Хорошо, везите, мы его посмотрим" – "А как я его везти буду, если он лежачий?" В итоге оказалось, что человек сам передвигаться не может, хотя изначально речь шла о том, что он бегает с ножом и готов прыгнуть с крыши. Это выдавливание. И поверьте, чиновник или какой-то вышестоящий орган встанет на сторону заявителя.

Вопрос алгоритма госпитализации пациента. Есть закон, который работает с 2000 года, мы его строго выполняем. Суть закона в том, что госпитализироваться в больницу пациент может только на добровольных основаниях. Если пациент (мы говорим о человеке с заболеванием, о здоровом речь не идет), даже с галлюцинациями, даже с симптомами, которые видны не только доктору, но и окружающим, говорит: "Нет, я лечиться не буду", мы его не имеем права госпитализировать.

Вот здесь начинаются семейные трагедии. Возьмем среднестатистическую украинскую семью. Заболел ребенок. По словам родителей, стал закрываться в комнате, перестал ходить в институт, неряшлив, не моется уже три месяца, перестал общаться с друзьями, собирает на улице какие-то железки, которыми завалил всю квартиру. Мы работаем с этим ребенком. Уговариваем его дать согласие на обследование, на лечение, он отказывается и так несколько раз по кругу. В итоге мы ничего сделать не можем, а родители теряют ребенка.  

Один из корпусов ТМО "Психиатрия", Киев 112.ua

В то же время есть подпункт в этом законе, который говорит, что вопреки воле психически больного, вопреки воле пациента может быть организовано принудительное лечение в случае выявления в его действиях опасности для себя или для окружающих. Что такое опасность для себя? Мы начинаем выяснять, чем он опасен. Например "Я дал ему бумаги, он порвал их. Открывает окно и кричит" – такого рода вещи не подпадают под критерий опасности. Под критерий опасности подпадают конкретные вещи – подготовил кислоту и говорит, что сосед с 5-го этажа действует на него лучами, и "когда он будет идти, я оболью его кислотой". Только такого рода вещи являются признаками опасности. Но самое главное – это то, что окончательное решение по поводу принудительного лечения принимает не врач – принимает суд. Мы готовим документы в течение 24-х часов, передаем их в суд. И уже суд пишет. Или "ваши действия носят чрезмерный характер, нет оснований" – мы тут же выпускаем больного. Либо пишут, что принимают решение о проведении принудительного лечения. В день у нас от 3 до 7 случаев, когда принимается решение о принудительном лечении. То есть фактически мы добились – мы, общество – того, что соблюдаются права человека.

Но что такое подготовить документы в суд? Это врач (машинисток у нас нет) либо санитарки помогают или только врач, психолог, завотделением частично. То есть команда из пяти человек на три-четыре часа выпадает, а остальными 30 больными кто будет заниматься? Вот это реальность.

112.uaКакие в основном диагнозы? Каковы их причины?

Раньше психиатры очень любили говорить об обусловленности заболевания. Были понятия "обусловленность биохимическими поломками", "генетическими особенностями", обусловленность конфликтами в семье, на работе, образом жизни и т. д. Сегодня эта обусловленность меньше фигурирует в разговорах психиатров. Общим местом является то, что предполагается, что все, и тяжелые, и легкие заболевания, они все вроде "запрограммированы", некая матрица уже заложена. Но то, реализуется эта матрица или нет, зависит от внешних факторов, образа жизни, эмоциональной формы поведения, окружения. Все заложено изначально, либо оно проявляется, реализуется в зависимости от возможности самой жизни вскрыть это предуготовленное, либо нет.

112.ua: Это теоретически может быть заложено у каждого?

Нет. У большинства как раз таки ничего не заложено. У меньшинства оно есть. Оно может проявиться, а может не проявиться, или в таком объеме, или в ином формате. Множество примеров: люди доживают до 80 или 85 лет, у них светлый ум, никогда ничем не болели, ноги не ходят – а голова работает. А есть такое: уже 45 лет, а эмоции уже не держит, не держит память, появляется какая-то беззащитность, не может сопоставить явления и проявляется расстройство.

В силу самой логики заболевания, его рецидивов, обострений психиатрические больницы являются больницами для лечения шизофрении. Я думаю, что около 60%, которые находятся на лечении, – в основном это шизофренические койки. Но это не потому, что шизофрения занимает первое место по распространенности, а потому что шизофрения требует повторности лечения, надзора, контроля над эмоциональным статусом, профилактики противоправных действий. Шизофрения по распространенности занимает всего 1%. Аффективные расстройства – не меньше 3-5%, эпилепсия тоже где-то 1%.

112.uaКак лечат пациентов психиатрической больницы?

Психофарматерапия развивается динамически. С тех времен, когда в конце 50-х –начале 60-х открыли действенные препараты для лечения психических расстройств, психофарматерапия последние 10-15 лет очень сильно прогрессирует, и препараты все с менее и менее побочными действиями и все более прицельны и эффективны. Сегодня эффективность даже при таком фатальном заболевании как шизофрения – это ремиссия в 10-15% случаев, к сожалению, не 50-60, но как есть. Это тоже должно радовать – уже отвоевали 15%.

Украина и Киев – это не забытое богом местечко. Мы ездим на конференции, мы приглашаем сюда международных лекторов, обмен информацией идет интенсивный. Препарат, который вчера открыли в Америке, наутро будет здесь. Это коммерческая составляющая. То есть нет такого, что в Швейцарии чем-то лечат, а мы и не знаем. Разве что у нас он может называться иначе, а действующее вещество то же.

112.uaМы можем говорить о том, что карательная психиатрия исчезла у нас в стране?

Карательная психиатрия – это миф. Им пугают всех, кто готов испугаться. На самом деле вопрос госпитализации, оценки психического статуса, необходимости лечения, вида лечения (стационар или амбулатория) – это все очень сложные вещи.

Во время решения вопроса госпитализации вокруг пациента находится несколько сторон. И все они сводятся к вопросу – да или нет. Одни говорят "да", другие – "нет". Если мы не госпитализируем пациента, сторона, которая настаивает на госпитализации, обвиняет нас в злоупотреблениях, неисполнении своего профессионального долга. Если госпитализируем, другая сторона: "а, вы вошли в сговор, у вас финансовые интересы". И тоже недовольны. Я думаю, что большинство случаев "карательности" с этим и были связаны.

112.uaА как же нарушения прав человека в больнице в Днепре?

Что касается днепропетровской больницы. Сегодня в больнице в Днепре находятся психически больные убийцы, которые совершили жутчайшие преступления – множественные, самые ужасные по своим характеристикам.

В Украине создана ступенчатая система охраны таких психиатрических учреждений: общий тип, усиленный тип и строгого режима. Там фактически конвойная система. В Глевахе, например, усиленное наблюдение. Да, там тоже государственная служба охраны, там тоже работают подготовленные люди, но там другие стены, другие пульты слежения.

Исходя из общей концепции судебной системы мы говорим, что это не преступник, а больной человек. Мы его не считаем преступником, но по потенциалу готовности совершать какие-то действия он кто? Преступник! Апологеты закрытия этой больницы говорят, что не надо держать таких больных 5-7 лет, достаточно 3-4 месяца – курс лечения прошел и хватит. И давайте этих больных переведем в больницы общего режима или усиленного режима.

Больница усиленного режима есть практически в каждой области, но эти больницы не будут готовы, не смогут оказывать помощь такого рода пациентам. Это все эмоции, все основано исключительно на эмоциональной стороне без глубокого знания сути вопроса.

  • Отделение первого психатрического эпизода, ТМО
    Отделение первого психатрического эпизода, ТМО "Психиатрия", Киев 112.ua
  • Отделение первого психиатрического эпизода ТМО
    Отделение первого психиатрического эпизода ТМО "Психиатрия", Киев 112.ua

112.uaПосле ЧП во Львове, когда пациент психиатрической больницы взял в заложники других пациентов, усилили меры безопасности?

В УПК есть ст. 508. Она работает более четырех лет. За это время нами были написаны тонны бумаг – обращений в Минюст, ГПУ, МОЗ, комитет по защите прав человека. Суть этого вопроса в том, что если у человека, совершившего уголовное правонарушение, на досудебном этапе есть данные о том, что он страдает психическим заболеванием, или есть основания предполагать, что он будет проходить судебно-психиатрическую экспертизу, он помещается не в СИЗО, потому что нет решения суда о том, что он преступник, – это гуманно, это по-европейски – он помещается в психиатрическую больницу общего типа. Не усиленного, а общего типа.

А больные разные: хорошо, что если он украл банку консервы в "Ашане", но есть больные, которые совершили убийство, убийство с расчленением одного или нескольких родственников. Во исполнение этой статьи 508 УПК такой больной помещается к нам в психиатрическое отделение. Это потенциальный больной, даже если он совершил преступление месяц назад, он еще в горячке, он представляет опасность для других пациентов, для медперсонала.

Эта ситуация – пороховая бочка. Это взорвется когда-нибудь так, что львовские события покажутся цветочками. Мы писали везде, где только можно. Никакого вменяемого ответа мы так и не получили: как правило, подобные обращения возвращаются к нам с резолюцией "Мишиеву разобраться и подготовить ответ". И все. В Киеве осуществляется строжайший прокурорский надзор. В областях чуть иначе. Там, я подозреваю, такого рода пациентов кладут в отделение усиленного режима. Это нарушение. В законе сказано: психиатрическое отделение общего типа. В областях договариваются: меньше надзора, меньше формальностей. Больше каких-то эмоциональных отношений. В Киеве мы не пойдем на это.

112.ua: А почему так прописано в законе?

Это исходя из концепции того, что он еще не осужден. Он психически больной и не преступник, преступником его назовет суд. Досудебный этап может длиться до полугода – восьми месяцев. У нас был случай: крепкий здоровый мужчина, чуть за 30 лет и 140 килограммов веса, будучи зафиксированным, поднимался и с койкой ходил. А у меня персонал: одна санитарка – бабулечка из Белой Церкви, а вторая, такая же, из Глевахи. Потому что крепкие здоровые мужики работать тут не хотят. Да и зарплаты небольшие.

Коллектив часто меняется – я не говорю о врачах, я говорю о санитарках и медсестрах, – текучка огромная, зарплаты средние. Средняя зарплата медсестры – около 4,5 тыс. гривен. Это насчитанная зарплата, чистыми будет -20%. У санитарки – 3-3,5 тыс. гривен. Вот и получается: кого берешь – не знаешь, берешь не от радости, а чтобы хотя бы кто-то был. Как этот человек поведет себя на смене, будет ли он выражать психопатические свои эмоции в адрес больного – неясно. Понятно, что у больного и отношение, и поведение разное может быть, но если профессионал – успокоит, пригладит, вызовет дежурного врача. Тут может и с криками, всем же не докажешь, что кричать на больных бесполезно, что бы ни случилось.

112.uaБольные хорошо питаются?

По питанию. У нас были разные годы, было и хорошее питание, а в 2010-2011 годы, когда питание было 70 коп. или 1,5 грн, были катастрофические времена. Сейчас мы считаем, что питание относительно неплохое.

Наше питание сейчас составляет около 20 гривен в сутки на больного. Конечно, если разделим на три, получится 6-7 гривен, и мы понимаем, что такое накормить на 6 гривен пациента. Но поверьте, когда есть комплексная закупка – тонны картошки, тонны муки, тонны мяса и т. д., – в целом питание нормальное. Конечно, инфляция часть денег съедает и те 15-20 гривен, которые были год назад, уже не 15-20 гривен. Сейчас подтянули – уже 20-22 гривны. Сказать, что наши пациенты голодают, я не могу.

112.uaМного пациентов с депрессией?

3-5% населения.

112.ua: Кто больше подвержен психиатрическим заболеваниям – мужчины или женщины?

Если шизофрения, то поровну, если эпилепсия – то больше мужчины, если аффективные расстройства – чаще женщины. Причем значительно чаще – 3 к 1. 

Беседовала Татьяна Святенко, 112.ua

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>