banner banner banner

"Ничья": Как эксперты оценивают переговоры в Париже

"Ничья": Как эксперты оценивают переговоры в Париже
112.ua

Наталья Лебедь

Журналист

Уинстон Черчилль когда-то сказал: "Если бы Гитлер вторгся в ад, я бы замолвил перед парламентом слово за дьявола". Заменим Гитлера на Путина, и получим актуальное на сегодня высказывание. Мы можем по-разному относиться к политике Европы, а конкретнее – Франции и Германии, но не можем отрицать, что два флагманские государства Европы прилагают усилия для того, чтобы помочь завершению российско-украинской войны. Не без учета собственных интересов, разумеется. То же касается и Соединенных Штатов. Поэтому доброй вестью на сегодня является прежде всего то, что "нормандская четверка" смогла собраться 9 декабря в Париже после трех лет простоя. Но получится ли у лидеров "четверки" конвертировать эти посиделки в реальный мир на Донбассе?

Важно быть дипломатом

Представители оппозиционных к президенту Зеленскому политсил - "Батькивщины", "Европейской солидарности", "Голоса" - успели раскритиковать главу государства за результаты "нормандских" переговоров. Хотя, как говорит в комментариях 112.ua руководитель центра "Третий сектор" Андрей Золотарев, "зрады" не произошло, капитуляции тоже. Капитуляция касается предыдущего президента, оставившего нам в наследство минские соглашения. А Зеленскому удалось пройти между капельками".

В то же время нельзя не согласиться и с экспертом-международником Антоном Кучухидзе, который подчеркивает: ситуация, в которой действовал президент Порошенко, отличается от нынешней – той, что пришлась на каденцию Владимира Зеленского. Поэтому сравнивать пятого и шестого президента в разрезе войны и непродуктивно, и некорректно.

И все же нельзя не отметить: Зеленский озвучил в Париже те же тезисы, на которых всегда настаивал и Порошенко: 1. Крым и Донбасс – это Украина, и федерализации не будет. 2. Уступок по газу и обнуления победы Украины в судах над "Газпромом" не будет также. 3. Сначала – контроль над границей, а уже потом – выборы. 4. Неизменное требование – вывод из ОРДЛО всех иностранных военных формирований. 5. Украина не будет вести переговоров с фейковыми республиками и не обещать их предводителям амнистию.

Одним словом, внешнеполитический курс Украины в отношении России остается неизменным, а "красные линии", в отношении которых Зеленского предупреждали перед парижским вояжем, остались нетронутыми. Итак, все хорошо?

И да, и нет. Хорошо – в том смысле, что итоги парижского саммита могли бы быть хуже. Плохо – что продвижение вперед является минимальным. Почему так произошло – пояснил сам Зеленский. Почти нулевая результативность переговоров упиралась в ментальные, или же "психополитические" особенности его главного собеседника.

"Сложно договариваться, очень. Но были моменты, когда мы в чем-то договорились, в некоторых вещах. Потому что он (Путин) каждый вопрос разбирает на детали, и мы начинаем даже каждое слово регулировать. То есть я – другой человек, я быстрый человек, я думаю: "раз-раз – и договорились". Нет. Здесь другая природная биомеханика", - охарактеризовал Зеленский президента России.

А на вопрос: "Так кто кого?" Зеленский ответил так: "Сейчас правильно быть дипломатом. Давайте говорить так: ничья".

Политэксперт Денис Богуш с ничьей не соглашается. "Зрады" не случилось. Есть три маркера, по которым мы могли отслеживать, как пойдет политика Зеленского. Это лишь три слова: Крым, газ и Донбасс. Крым, по словам Зеленского, он упоминал, но не успел развить эту тему в полноценный разговор. О газе они поговорили, как и о Донбассе. По Донбассу якобы продвинулись: много говорили о границе, и это было очень важным моментом – позиция Зеленского по контролю над границей. Здесь президент не пошел ни на одну уступку, и красные линии ни были пересечены. Здесь не ничья, а 0:0,1 в нашу пользу", - говорит Богуш.

Крым: почему разговора не получилось

Отталкиваясь от реперных точек, обозначенных Богушем, проанализируем последний "нормандский формат" с точки зрения отсутствия / наличия договоренностей по трем блокам вопросов. И сначала коснемся Крыма.

По словам самого Владимира Зеленского, вопрос оккупированного полуострова был им затронут, но вскользь. "Если бы Зеленский начал переговоры по вопросу Крыма, то этим бы они и закончились. Здесь слишком жесткая позиция российской стороны", - комментирует руководитель центра "Третий сектор" Андрей Золотарев.

А заместитель директора Украинского института исследования экстремизма Богдан Петренко дает другое объяснение. Дело не в жесткости российской позиции, а в том, что Крым и Донбасс – взаимосвязанные вещи. Стоит Кремлю дать слабину в одном вопросе, как тут же помянут второй. "Без Крыма не будет и решение проблемы Донбасса. Война на Донбассе будет продолжаться до тех пор, пока нерешенным останется вопрос Крыма. Здесь или Украина смирится с его потерей, или Россия полуостров неожиданно "вернет". А как только мы решим вопрос Донбасса, следующим на повестке дня встанет Крым", - убежден Петренко.

А поскольку невозможен ни один, ни второй сценарий (то есть и Украина от своей территории не отречется, и Россия ее не отдаст), война на востоке имеет все шансы продолжаться бесконечно долго. "Было с самого начала понятно, что вопрос Крыма вынесен за скобки договоренностей. О нем нет упоминаний в коммюнике, на чем изначально настаивал Путин. Но, вероятно, Крым вспоминали во время тет-а-тета, потому что на пресс-конференции Зеленский подчеркнул, что Украина не пойдет ни на какие территориальные уступки", - говорит Петренко.

Совсем другое дело – газ. О нем говорили открыто, но газовый вопрос также не попал в итоговое коммюнике.

Газ: в игру вступает Трамп

"Меня крайне беспокоит аспект газовых переговоров, - отмечает директор компании персонального и стратегического консалтинга "Berta Communications" Тарас Березовец. - Именно сегодня стало известно о том, что проект двух американских сенаторов от обеих партий – республиканца Теда Круза и демократки Джоан Шахин – о санкциях в отношении компаний и лиц, причастных к строительству "Северного потока - 2", будет включен в законопроект о национальной обороне. А это значит, что "Северный поток" может быть остановлен или серьезно заторможен в финальной стадии".

"И когда я вижу в составе делегации фамилию этого дуболома Алексея Оржеля и вспоминаю озвученную им же идею о прямой закупке газа у Газпрома, становится не по себе", - эмоционально добавляет Березовец.

По этому поводу заметим три вещи. Во-первых, ситуация с газом действительно сложная.

Во-вторых, присутствие Оржеля или кого-либо еще в составе украинской делегации не повлияло на окончательное решение нашего государства. Газовой капитуляции не произошло – по крайней мере, пока. Украина держит оборону и отбивается от невыгодных предложений России. Последняя настаивает на краткосрочном контракте, тогда как Украине нужно долгое соглашение по европейским правилам игры.

"Очень сложно, когда одна сторона настаивает на одном годе, а мы настаиваем на десяти. Я думаю, что-то мы найдем. Что-то посередине", - надеется Владимир Зеленский.

В-третьих, на мировой газовой шахматной доске, возможно, действительно будет иметь место новая расстановка фигур. Это то, о чем говорил Тарас Березовец. 10 декабря стало известно о том, что Конгресс США заложил в бюджет на 2020 год введение санкций в отношении российской энергетики. Санкции США могут заставить европейские компании отказаться от участия в проектах "Северный поток - 2" из-за больших расходов, сообщило издание The New York Times.

Политолог Кирилл Сазонов настроен, правда, довольно скептически относительно этой информации. "Трамп опоздал со своими санкциями. Потому что "Северный поток - 2" будет запущен в следующем году. Америка ведет свою собственную игру с Германией", - отмечает он.

И не только с Германией, добавляет Андрей Золотарев. "К чему нас толкают США? К тому, чтобы мы покупали в Польше сжиженный газ, который будет поставляться из США", - говорит он.

Очень хорошо анализирует ситуацию с газом Богдан Петренко. Он справедливо замечает, что "Украина не является государством, диктующим повестку дня. Она должна подыграть одному из двух игроков. Сманипулировать существующей повесткой, чтобы в конце концов отстоять свои интересы".

"Понятно, что сейчас мы – на перекрестке двух интересов: Соединенных Штатов, пытающихся продать Европе свой сжиженный газ, и России с ее собственным топливом", - добавляет Петренко.

Выбор того, на чьей стороне лучше играть, для эксперта очевиден. Ставку лучше делать на Америку, говорит он. "Решение США по санкциям отрывает перед Украиной большее пространство для маневра. Так же, как и решения судов в споре между Газпромом и Нафтогазом, и польское лобби, настаивающее на том, чтобы Северный поток-2 был наполнен не более чем на 50%".

В то же время еще ничего не решено, напоминает Петренко, и ближайшие события покажут, куда именно движется Украина.

Донбасс: проблемы с контролем над границей

Однако "нормандский формат" собирался не ради газа. Четверка мировых лидеров прибыла в Париж для того, чтобы в очередной раз попытаться остановить кровопролитие на востоке Украины. По крайней мере, трое из них точно преследовали именно эту цель. "Насколько я понимаю позиционирование Зеленского, ему экономика не слишком интересна. У него личная амбиция – это мир. У меня такое ощущение, что больше всего он занимается именно Донбассом, и действительно хочет достичь мира", - отмечает Антон Кучухидзе.

Что же по этому поводу решили в Париже? Создать в рамках минского формата еще одну группу, которая будет заниматься исключительно вопросом поэтапного контроля украинской границы. "Этот этап должен закончиться до выборов. У президента РФ позиция с Минском предрешена, к сожалению. Главный проигрыш для Украины в Минске – это граница", - отметил Владимир Зеленский.

И добавил, что вопрос украинской границы для Украины – вопрос безопасности, а для России – политики. Осознавая это, Зеленский прежде всего настаивал на восстановлении украинского контроля над границей. "По главному вопросу мирного урегулирования – что раньше "выборы или граница"? – общей позиции сторон (и прогресса) нет, хотя все и согласовали "формулу Штайнмайера", - отмечает директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник.

"Формула Штайнмайера" позже будет вписана в тело или в заключительные положения закона об особом статусе Донбасса. И эксперт Богдан Петренко уже предчувствует, мягко говоря, непростую реакцию части социума на эту законодательную новацию. Но это будет потом, поскольку сейчас действие закона об особом статусе пролонгировано еще на год.

"Я, конечно, в шоке от того, что украинский Фейсбук пишет – не все так плохо. Такое впечатление, что "гипноз" начал действовать и на адекватную часть. Произошло то, что и должно было произойти – первый этап впаривания Донбасса на условиях Путина. Сам разговор о каких-то выборах и Штайнмайере – это не "зрада", а "зрадище". Нас ведут по русской логике", - возмущается политолог Евгений Булавка.

А вот Руслан Бортник не видит "зрады", а вместо этого перечисляет плюсы от встречи "нормандской четверки". "Размороженный / перезапущенный нормандский переговорный формат и работа над реализацией "окаменелых" Минских соглашений. Рубикон этого цикла разрядки наступит в марте-апреле 2020 – когда стороны соберутся на вторую встречу", - отмечает он.

Кроме этого, "ключевыми тактическими договоренностями стали: обязательство о полном прекращении огня, обмен захваченными лицами, попытка разведения сил на трех новых участках, установление новых пунктов пропуска на линии разграничения, расширение миссии ОБСЕ в формате "24/7", имплементация формулы Штайнмайера в украинское законодательство", - напоминает Бортник.

В то же время он отмечает, что "полноценного мира в ближайшее время не будет – ситуация скатывается к политическому "замораживанию" в зоне противостояния".

Подобный сценарий рассматривает и Кирилл Сазонов. "В Париже не произошло ни "зрады", ни "перемогы". Все идет к замораживанию - к приднестровскому сценарию. Вариантов того, как можно выйти из этой ситуации, договорившись о чем-то, не существует. Замораживание - единственный вариант", - констатирует он.

"У меня и до встречи, и после нее был и остался умеренный оптимизм. В принципе, Зеленский что обещал, то и выполнил: он ехал за результатом, и есть определенный итог. Плюс он ехал за конкретными сроками, и эти сроки были озвучены всей нормандской четверкой. Обмен пленных - до конца года, прекращение огня и разведение сил - здесь сроки тоже обозначены, пусть даже соблюсти эти решения будет непросто", - говорит Антон Кучухидзе.

И добавляет: "Понятно, что колоссального прорыва не произошло, и ожидать его не стоило. Из сказанного четверкой было понятно, что все спорные вопросы Украина и Россия решили оставить на потом. Украине нужен мир, а России – снятие санкций. Макрон, которого у нас так много критикуют, на самом деле говорил о том, что смягчение отношений с Россией возможно в обмен на ее определенные шаги".

Но в любом случае "важно, что Франция и Германия признали: Зеленскому удалось перезапустить нормандский процесс, и после трехлетней паузы дело снова пошло", - резюмирует эксперт.

Что дальше?

Пойти-то дело пошло, но как далеко оно зайдет? Предположим, что война в Донбассе будет действительно заморожена по приднестровскому сценарию. Что, между прочим, не является таким уж плохим вариантом - хотя бы ввиду того, что на Приднестровье не идут боевые действия, и сам конфликт давно вышел из горячей фазы.

Однако это не единственная перспектива на ближайшие годы или десятилетия. С течением времени "поддержка со стороны Франции и Германии будет падать. В Германии вверх возьмут бизнес-интересы, а что касается Франции, то, по большому счету, эта часть Европы ей никогда не была интересна. Франция традиционно больше интересуется Ближним Востоком", - говорит Кирилл Сазонов.

Что же касается самого Зеленского, то "Владимира Александровича можно поздравить, но дело в том, что его тактическая победа несет угрозу стратегического плана. А именно – потерю Зеленским его базового электората, который голосовал за него как за "президента мира", - отмечает Андрей Золотарев.

Но действующий президент еще в начале своей каденции говорил о том, что он идет только на один срок. Следовательно, потеря электората не должна его беспокоить.

Между прочим, социальный психолог Светлана Чунихина дает интересную характеристику Владимиру Зеленскому. Она считает, что его делает уязвимым желание сохранить своего рода чистоту и нравственность. "Слушайте, но ведь действительно в КГБ на нынешнего президента ничего нет. Он не шел долгим путем к власти, по крайней мере не традиционным путем (через неизбежные соглашения и предательства), – пишет она в своем Фейсбуке. – И получается, что из всех доступных Путину методов прижимания к ногтю для Зеленского есть: 1. Вяжущие переговоры, когда партнера топят в бесконечных деталях ("Зе" признал, что это было сложно). 2. Игра на чувстве стыда".

Относительно игры на чувстве стыда Чунихина имеет в виду следующее: "Путин, видимо, мастерски умеет стыдить людей, которым важно быть для мира хорошими (сам то он злой гений и исчадие ада, ему важно внушать ужас). Пока получается, что самое уязвимое место Зеленского в переговорах с врагом – это то, как важно ему остаться порядочным человеком".

С этим можно соглашаться или нет, но Антон Кучухидзе обращает внимание на то, что Владимир Зеленский – в отличие от значительной части своей фракции – пока находится над всеми коррупционными и прочими скандалами. К нему есть свой набор претензий, но действующий президент еще не утоплен с головой в политическую грязь. А все потому, что, несмотря на несколько неоднозначный бекгранд, Зеленский остается идеалистом. И искренне лелея эту идею – идею мира – он сохраняет шанс хотя бы частично ее воплотить.

Но – чтобы не увлечься чрезмерной комплиментарностью – заметим, что таково положение дел по состоянию на данный момент. Что будет дальше – покажет время.

Наталья Лебедь

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>