Фото из открытых источников

Почему по прошествии трех лет действия соглашения о ЗСТ между Украиной и ЕС наши западные области так и не покрылись промышленными полигонами по производству тысяч наименований продукции, поставляемой на европейский рынок? В чем причина того, что модель ЗСТ не принесла нашей стране десятки миллиардов прямых иностранных инвестиций из Китая и арабского мира, ведь проникновение на рынок ЕС – первостепенная задача и для китайцев, и для "нефтеносных" арабов? Ответ на эти "почему", как это ни парадоксально, дадут соседняя Беларусь и ее "вечно молодой, вечно батька".

Начнем с предисловия, или Что определяет политику в современном мире

Как говорил классик политической экономии Карл Маркс, "политика – квинтэссенция экономики". А еще ему приписывают и такое высказывание: "любая идея умирает, если утрачивает экономический интерес". Идея европейской интеграции для незначительного числа интеллектуалов может быть интересна исключительно в контексте поиска общей культурной идентичности, расшифровке национального кода. Но для большинства населения эта идея будет мертва, если она не принесет практический секуляризованный интерес.

Политические технологии по разделению Украины на несколько "сортов", примененные на прошлых выборах, — на самом деле не плод болезненного воображения руководителей избирательных штабов после многодневного "недосыпа". И это не отражение неких культурных отличий между регионами страны, как это пытаются доказать представители крайне правых и левых направлений. Это квинтэссенция экономики, созданной во времена УССР, а другой у нас, к сожалению или счастью, пока нет и в ближайшее время не предвидится.

В 1813 году швейцарский ботаник Огюстен Декандоль придумал термин "таксономия", который применялся им в биологии для классификации растений. При чем здесь ботаник, да еще и швейцарский, подумаете вы. Дело в том, что данный термин в дальнейшем перешагнул границы между отдельными науками и стал применяться для классификации и систематизации сложных систем, к каковым следует отнести и такой подраздел экономики, как распределение производительных сил. Так вот, таксономическая сетка экономического районирования Украины состояла из трех экономических районов: донецко-приднепровского (голубой цвет на карте), юго-западного (оранжевый цвет) и южного (желтый цвет). Данные экономические районы удивительным образом совпадают не только с динамикой голосования на выборах, но и с политическими пристрастиями местных элит.

112.ua

Соглашение о создании зоны свободной торговли с ЕС вызвало опасения представителей таких отраслей украинской экономики, как тяжелая промышленность и машиностроение, которые базировались главным образом в донецко-приднепровском и южном экономических районах. В то же время для юго-западного экономического района с созданием ЗСТ Украина – ЕС открывались поистине уникальные возможности.

С точки зрения футуристических прогнозов и предсказаний, необходимое условно ментальное объединение страны более успешно и безболезненно может быть осуществлено не путем поиска некоего общего кода идентичности, а лишь с помощью нового экономического кодирования. "Экономические" мозги в Украине нужно "прошить" новой программой, которая позволит перестроить трехчленное деление страны, заложенное во времена УССР. На выходе мы должны были получить некий синтез "азиатской Польши" или "европейского Китая", в общем прототип страны, которая за счет "факторных" конкурентных преимуществ смогла бы превратиться в промышленный и торговый хаб ЕС, особенно в сегменте товаров народного потребления, как это в свое время сделала Поднебесная, причем без всяких торговых преференций и географической близости к Европе. Самое удивительное, что Китай не стал бы особо сопротивляться. Как говорил один киногерой, "тот, кто нам мешает, тот нам и поможет". В ближайшие пятилетние циклы развития КНР перейдет к созданию самодостаточной экономической системы, для чего ей необходимо подогреть внутренний рынок потребления и сократить уровень экспортной зависимости. Если раньше Китай делал ставку на экспорт товаров, то в ближайшее время он сосредоточится на экспорте инвестиций. То же самое следует ожидать и от стран Ближнего Востока. Открывать новые производства в ЕС они не станут – слишком дорогой входной билет. Зато освоить географическую ойкумену в виде Украины вполне реально. Тем более что условия ЗСТ создают поистине уникальные стартовые возможности для этого. Не стоит забывать, что ЕС – это в первую очередь экономический проект, который при утрачивании экономических преимуществ для участников теряет и свое сакральное значение. Если Великобритании членство в ЕС стало не выгодным, то никакие мантры об общих ценностях и совместном культурном пространстве ее не остановят.  

ЗСТ есть, но эффекта нет

Параметрические данные модели ЗСТ должны были обеспечить запуск украинского спутника на орбиту европейской экономики. Заметим, не "прилунение" на ней, а именно "орбитальный" полет. В течение примерно пяти лет экономика Украины должна была стать неким прототипом "сборочного цеха Европы", ведь для этого были все необходимые ингредиенты: относительно дешевая и квалифицированная рабочая сила, возможность через определенный срок экспортировать в ЕС товары с минимальной или нулевой пошлиной, достаточные мощности по обеспечению электроэнергией, доступные транспортные коммуникации и прочая инфраструктура.  

Система квот, установленных в приложении к соглашению о создании ЗСТ, подтверждает сказанное. Если по таким группам товаров, как рыба (карп), птица (курятина), молоко, сыры, яйца, овощи, фрукты, сахар, к украинским производителям применялись заградительные меры в виде пошлин и квот на экспорт на европейский рынок (базовые ставки от 5 до 15), то по таким видам товарной классификации, как химия, фармацевтика, удобрения, лаки, краски, мыло, смазочные материалы, резина/каучук (изделия из них), пиломатериалы, мебель, изделия из кожи, текстиль, хлопок, синтетические ткани (изделия из указанных тканей и пряжа), стройматериалы, машины и оборудование, станки, оптика и даже "хендмейд" народных умельцев, уровень пошлин был установлен на минимально допустимых уровнях (от 0 до 3%). Лучшего европейцы не смогли бы дать даже ушедшей восвояси Великобритании. Кроме всего прочего рецепция Украины в единое торговое пространство с ЕС должна была привести к необратимым институциональным и рыночным изменениям в Украине: титулы права собственности и права кредиторов/инвесторов, как внутренних, так и внешних, должны были быть надежно защищены, рыночная среда избавилась бы от монопольной плиты и перешла к конкурентному эффективному развитию.

Что же произошло с украинской экономикой не так, или, как говаривал первый президент: "хотели как лучше, а получилось как всегда".

Природная трансформация – это когда гусеница превращается в красивую бабочку, желательно махаона. Нечто подобное должно было случиться и с украинской экономикой.  

По прошествии трех лет можно констатировать удивительный факт: украинская экономика "закуклилась", но из нее ничего не вылупилось…

112.ua

За прошедшие годы наш экспорт сократился не только в страны Таможенного союза (что было прогнозируемо), но и в ЕС: с 14 млрд долл. в 2014 году до 10-11 млрд долл. в 2015-2016 годах.

112.ua

Если сравнивать товарную структуру экспорта Украины в ЕС (2016 год с 2013-м), то мы увидим, что сокращение поставок коснулось основных групп товаров: продовольствия (- 359 млн долл.), минеральных продуктов (- 1478 млн долл.), химии (- 297 млн долл.), металлов (- 1352 млн долл.), машин и оборудования (- 123 млн долл.). Увеличились лишь поставки древесины (+ 191 млн долл.) и промышленных товаров (+ 75 млн долл.).

С точки зрения накопления чистой добавочной стоимости по секторам экономики, за последние годы произошло увеличение доли государственного сектора (с 15% до 17%) и финансовых компаний (с 4% до 5%), в то время как удельный вес домохозяйств снизился с 25% до 24%, а нефинансового сегмента — с 56% до 53%.

112.ua

Уровень затрат и накоплений населения сократился со 194 млрд долл. (в 2013-м) до 72 млрд долл. в 2015 году. То есть на данный момент у нас существенно сократились потенциальные возможности по развитию внутреннего рынка, который перестал играть роль драйвера экономического роста, и система внутренних накоплений, которая исчезла вместе с национальным банковским сектором. Уровень имеющегося дохода у населения упал со 152 млрд долл. (2013 год) до 55 млрд долл. (2015 год), то есть до 1,3 тыс. долл. на душу населения.  

А теперь попробуем перейти ко второй части "марлезонского балета", или Почему у Беларуси получилось лучше

Учитывая, что у нас уже не осталось возможностей для обеспечения высоких темпов роста ВВП в среднем по стране (от 10% и выше), единственный путь – это применение так называемого кластерного подхода роста экономики, когда за счет создания высокопродуктивных свободных экономических зон создаются динамичные территориально-экономические кластеры, которые могут обеспечивать ежегодное увеличение объемов товарной продукции и услуг на уровне 10-15%. В то же время в Украине реализуется диаметрально противоположная политика по выравниванию региональных доходов, когда у наиболее эффективных регионов часть доходов забирается в центральный бюджет в виде реверсной дотации, а затем перечисляется в отсталые регионы, но уже в виде прямой бюджетной дотации. С такой тактикой "средней температуры по больнице" можно расти на 2-3% в год, но нельзя обеспечить системный экономический скачок. И вот тут приходится выбирать: либо внутренняя миграция по стране из отсталых регионов в высокоразвитые, либо трудовая миграция за пределы страны, в основном в ЕС. Как ни крути, первый вариант выглядит предпочтительнее. Кстати, по данному пути развития в свое время пошел и Китай, где наряду с депрессивными провинциями существуют мультифункциональные и инновационные свободные экономические зоны, где уровень дохода существенно выше, чем в среднем по стране.

Как могла бы выглядеть эффективно функционирующая модель ЗСТ Украины и ЕС для иностранных инвесторов, можно увидеть на примере создания в Беларуси с помощью китайских инвестиций мультимодального сборочного полигона и логистического центра дистрибуции товаров в СЭЗ "Гродноинвест". Данный проект в ближайшем будущем должен стать глобальным хабом на пути движения товаров из стран Центральной и Юго-Восточной Азии на рынок ЕС. Как мы уже отмечали, Беларусь не подписала соглашения о ЗСТ с Евросоюзом. Тем не менее низкий уровень официальных налогов в СЭЗ, упрощенные и прозрачные таможенные процедуры, быстрый процесс выделения земель под проект и отсутствие коррупционного взноса за вхождение в него делают предложение белорусов конкурентным даже на фоне тех пошлин, которые придется заплатить инвесторам при пересечении их товаром границы с Польшей.

Уровень белорусско-китайских отношений по своей интенсивности уступает лишь белорусско-российским. Достаточно сказать, что уже созданы наднациональные органы управления совместными проектами и приняты все необходимые нормативно-правовые документы по защите взаимных инвестиций. Китайско-белорусский индустриальный парк "Великий камень" предполагает создание в 25 км от Минска промышленного полигона по размещению высокотехнологических производств с экспортным целевым назначением (в основном на рынки ЕС). Акценты планируется сделать на электронике, биотехнологиях, инновационной химии, машиностроении и разработке новых материалов. Налоговый режим предусматривает подоходный налог для физических лиц в размере 9%, отмену для нерезидентов таких налогов, как налог на прибыль, земельный и налог на имущество. Для резидентов будут отменены таможенные пошлины на импорт производственного оборудования и введены льготы по налогу на добавленную стоимость. Права пользования земельными участками передаются инвесторам СЭЗ на 99 лет.

Подобные проекты в других странах разрабатываются в Китае Китайской корпорацией инжиниринга (CAMCE). СЭЗ "Великий камень" создается как прототип китайско-сингапурского индустриального парка в Сучжоу. В белорусский проект китайцы планируют привлечь компанию ZTE CORPORATION (вторая китайская компания по производству телекоммуникационного оборудования и мобильных телефонов) и Китайскую национальную корпорацию Sinomach.

Фото из открытых источников

Почему Беларусь может осуществлять подобные масштабные проекты, а Украина – нет? Проблема заключена в целом комплексе факторов, среди которых: отсутствие преемственности в решениях власти, когда проекты политических конкурентов безжалостно уничтожаются либо реквизируются; неэффективная судебная система; низкий уровень защиты прав инвесторов; нестабильность налогового законодательства и многое другое. Нельзя сказать, что в Беларуси с этим "полный фонтан", но там данные условия действуют "кластерно", во всяком случае, они обеспечиваются для иностранных инвесторов в течение длительного горизонта планирования. Что касается нашей страны, то достаточно вспомнить историю с "зерновым" кредитом, выделенным Украине Китаем, чтобы понять уровень доверия к нам китайских инвесторов.

СЭЗ - это временно, но у нас нет и этого

Развитие подобных СЭЗ – это не панацея для успешного развития экономики. В конечном счете лишь высокоразвитый внутренний рынок и платежеспособный спрос населения могут стать гарантиями от внешних кризисов. В свое время Мексика после вступления в Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА) также создала целый пояс сборочных предприятий вдоль мексикано-американской границы, так называемые "макиладора". Их конкурентное преимущество определялось полным отсутствием экологических требований, правил охраны труда и социальной защиты работников. Один час работы мексиканского рабочего стоил один доллар по сравнению с 6-7 баксами в Штатах. Тем не менее на эти заводы потянулись тысячи внутренних мигрантов, в основном из бедных южных и центральных мексиканских районов. Готовая продукция шла на рынки Канады и США, которые также являлись участниками НАФТА.

В 1995-2000 годах "макиладора" генерировали 25% ВВП Мексики и давали работу 17% экономически активного населения. В начале нулевых данная форма бизнеса была помножена на ноль конкурентами из азиатских стран, в первую очередь Китая и Южной Кореи.

Все это говорит о том, что стартовый импульс, получаемый от зон свободной торговли и СЭЗ, дает максимальный экономический эффект на временной дистанции в 10-15 лет. Затем факторы конкурентного преимущества исчерпываются: льготный налоговый режим заканчивается, зарплаты растут, и рабочая сила уже не такая "дешевая", базовые ресурсы в стране базирования в виде земли, недвижимости капитализируются ускоренными темпами. При этом появляются новые торговые фавориты. Через 10-15 лет таковыми могут стать страны Северной Африки и Ближнего Востока (Сирия, Ирак), ведь прекращение потока мигрантов из этих регионов – ключевая задача для ЕС, а этого можно достичь, лишь дав местным жителям условную "удочку" для самостоятельной "рыбалки".

Самое парадоксальное, что сеть СЭЗ, наиболее адаптивная для западной части Украины, у нас так и не появилась. Причем ее появление не было инициировано ни со стороны центральных органов власти, ни на местном уровне. Примерно три года из десяти, отведенных для развития сети свободных экономических зон, мы уже потеряли. СЭЗ, которые создаются европейским бизнесом в РФ и китайским – в Беларуси, в ближайшее время займут свою нишу на рынке Европы, и подвинуть их будет крайне сложно. А еще через несколько лет у нас могут появиться квазирегиональные конкуренты в виде целой вереницы арабских стран, с которыми европейцы также заключили соглашения о создании ЗСТ. И это не считая Турции и стран Центральной Европы, которые нас "безнадежно" обогнали. В таком варианте потенциал зоны свободной торговли между Украиной и ЕС может закрыться, не раскрывшись. Как вариант, мы получим примитивную модель экономики с доминированием первичного и вторичного секторов и перейдем на простые сырьевые циклы и экспорт полезных ископаемых: посеял, собрал, экспортировал.

"Не спеши, а то успеешь" - похоже, именно эта фраза стала "стержневым" принципом нашей государственной политики, особенно в области экономики. Сетка коррупционного государственного менеджмента не заинтересована в появлении в стране сильных иностранных инвесторов, ведь им придется отдать часть экономической, а значит, и политической власти в стране. "Политика – квинтэссенция личного благосостояния" - пожалуй, именно так отныне звучит постулат Маркса в Украине, "правильно" понятый бывшими номенклатурщиками, дружно одевшими "вышиванки"…

Алексей Кущ