Пять подсказок НАБУ о "Роттердам плюс"

При внимательном изучении вопроса становится очевидным, что формулу "Роттердам плюс" сделали символом коррупции искусственно.

Пять подсказок НАБУ о "Роттердам плюс"
Из открытых источников

Игорь Смолов

журналист, экономист

При внимательном изучении вопроса становится очевидным, что формулу "Роттердам плюс" сделали символом коррупции искусственно.

НАБУ активизировало расследование по делу о действовавшей ранее формуле расчета цены на энергетический уголь – "Роттердам плюс", изрядно подогрев интерес к теме. В информационное пространство вбрасываются шокирующие данные: например, что благодаря "Роттердам плюс" энергокомпании получили сверхприбыли, а потребители потеряли 18,87 млрд грн. Усилившийся вал негатива вокруг формульного ценообразования еще раз заставил задуматься, есть ли повод ставить знак равенства между "Роттердам плюс" и масштабной коррупционной схемой? И что будет, если отбросить спекуляции на жареных фактах и проанализировать, почему был выбран именно такой ценовой ориентир и что в результате реально получили потребители и государство? Давайте разбираться

Зачем нужна была формула

Итак, начнем с того, что "Роттердам плюс" впервые в истории энергетики внедрил рыночный индикатор цены на энергетический уголь, и это был прозрачный  метод ценообразования. Почему это действительно было очень важно на тот момент и какое отношение имеет стоимость угля к тарифу на электроэнергию? Дело в том, что основным потребителем энергетических углей в Украине являются тепловые электростанции (ТЭС). Соответственно, за уголь они рассчитывались по цене, определенной НКРЭКУ. И до появления "Роттердам плюс" эта цена фактически бралась "с потолка", то есть регулятор не был ограничен в выборе, что как раз и порождало злоупотребления.

И если бы стояла цель сохранить статус-кво, при котором было поле для коррупции, как при любом "ручном регулировании", то и внедрять новый подход не потребовалось бы. Но в 2015 году Антимонопольный комитет Украины дал рекомендации НКРЭКУ разработать прозрачный механизм расчета оптово-розничной цены на электроэнергию. А так как эта цена определяется стоимостью угля, то и появилась методика "Роттердам плюс". Именно благодаря внедрению "Роттердам плюс" был положен конец подковерным играм вокруг цен на уголь. Заложенный в формуле принцип импортного паритета соответствует тому, по которому формируются цены на энергоносители в Европе для конечных потребителей.

И, к слову, именно поэтому за все время действия "Роттердам плюс" в ее адрес не последовало ни слова критики ни со стороны ЕС и США, ни со стороны основных кредиторов Украины - МВФ, Всемирного банка и ЕБРР. Что вполне объяснимо: именно импортный паритет ликвидировал ужасную коррупцию в энергосекторе, которая существовала до этого все годы независимости. Более того, секретариат Европейского энергосообщества и МВФ требовали от Украины определять тариф на энергоносители на базе методики импортного паритета.

Что касается повышения цен на электроэнергию, которое якобы спровоцировало внедрение "Роттердам плюс", то это вообще можно отнести к чистейшей воды манипуляции. Рост тарифа ТЭС в Украине в 2015-2018 гг. не превышал уровень промышленной инфляции в стране. А что было бы, если бы не импортный паритет? Тогда, согласно экономической логике, в условиях дефицита угля ценообразующей была бы некая наша шахта, "замыкающая" спрос. И в этом случае как минимум на 25-30% эта цена была бы выше "формульной", а в отдельные периоды она могла бы быть выше даже в разы.

Почему Роттердам?

Теперь о самой формуле. Ее идея заключалась в привязке цены угольной составляющей для тепловой генерации к мировому рынку, а именно к крупнейшему европейскому угольному индексу API2 (цена в портах Амстердама, Роттердама, Антверпена) + доставка в Украину (до порта "Южный"). Почему был выбран европейский индекс в качестве базовой цены? На сегодня в Европе практически нет стран, которые бы не использовали API2 как ориентир цен на уголь. Это наиболее показательный индекс цен, на базе которого заключается львиная доля контрактов на поставку угля в Европе. За год в мире с использованием этого индекса продается 3 млрд тонн угля. Получается, что для 3 млрд тонн в мире эта методика является приемлемой, а если следовать "логике" НАБУ, для украинского рынка с емкостью в 30 млн тонн она не подходит. Не странно ли?

Однако у детективов НАБУ своя "логика": антикоррупционеры считают подозрительным, что  стоимость доставки считается из портов Амстердама, хотя по факту Украина доставляет импортный уголь из других регионов: США, Канады, Колумбии и ЮАР. И уже на основании этого несоответствия детективы усматривают возможность искажения цены. Но ведь безграмотно отождествлять индикатор цены с собственно импортными поставками. Это понимает даже стажер - аналитик любой трейдинговой компании. Но, похоже, не понимают в НАБУ. Или понимают, но сознательно "передергивают".

В реальности же все очень просто: манипуляция и подмена понятий, потому что внедрение импортного паритета, который используется в формуле, и собственно импорт – разные понятия. Введение формулы не имело целью закупать импортный уголь. Еще раз повторимся: импортный паритет призван был установить ценовой ориентир и ликвидировать саму возможность манипулировать ценой в отсутствии свободного рынка. 

А вот вообще не включать в формулу стоимость доставки в Украину было бы в корне неверным. Ведь цена угля основана на импортной альтернативе. Соответственно, изъятие из формулы цены доставки дискриминировало бы производителей электроэнергии, работающих на импортном топливе, поскольку в этом случае доставку импортного угля им в расчет тарифа не включат, и они понесут убытки, в отличие от производителей, работающих на угле украинского производства. И наоборот, если отечественные шахтеры продавали бы свой уголь без учета доставки, а импортеры — по более высокой цене, то государство таким образом сознательно дискриминировало бы своих производителей по отношению к импортерам.

Сколько заработали энергокомпании на "Роттердам плюс"

Не менее активно культивируемый миф - это что внедрение "Роттердам плюс" якобы позволило энергокомпаниям получить сверхприбыли. И эти сверхприбыли как раз и были обеспечены благодаря включению в формулу стоимости доставки угля до Украины. Хотя в реальности ТЭС потребляли украинский уголь. Но, например, в эту теорию совсем не укладывается такой факт: в 2016-2017 гг. цены на импортный антрацит превышали формульное значение. Поэтому компании были вынуждены покрывать отрицательную разницу за свой счет. То есть тут не о прибыли речь идет, а об убытках.

Говорить о полученных энергокомпаниями сверхприбылях вообще не приходится. Средние показатели доходности угольной отрасли в Украине в период действия "Роттердам плюс" были существенно ниже мировых. Все украинские государственные предприятия убыточны, частные добытчики показывают рентабельность на уровне 15%, которую для отрасли нельзя назвать чрезмерной. Точно так же не вяжется со "сверхприбылью" и доходность предприятий тепловой генерации, которые показывают чистую прибыль в пределах 5%. Действительно, доходность украинских шахт и ТЭС в 2016 году выросла по сравнению с кризисным 2015-м. Но причина тому банальна: низкая сравнительная база (в 2015 году доходность ТЭС ушла в минус на 20%). А вот если сравнивать доходность шахт и ТЭС с периодом до 2013 года, то она практически не изменилась. И, наконец, еще один аргумент, развенчивающий миф баснословных прибылях, которые энергетикам принесла формула "Роттердам плюс": средняя доходность украинских шахт и ТЭС находится далеко позади других отраслей.

Наконец, что такое сверхприбыль, о которой постоянно говорят в НАБУ? Этот термин методологически не описан, следовательно допускает вольные трактовки. Очень метко по этому поводу высказался академик НАНУ В.Геец: "Что касается сверхприбылей, то это вопрос как теоретический, так и практический. Что зачислять в сверхприбыль? Здесь надо привлекать серьезных, знающих людей, давать доступ к огромному количеству информации, год-полтора копаться. В США даже дебаты идут по таким вопросам".

Почему формула защитила "своих"

Формула "Роттердам плюс" создала более благоприятные условия работы для угольщиков. Но эти преференции способствуют не получению сверхприбылей, а всего лишь выравнивают условия работы отечественных производителей в сравнении с импортерами угля, ведь формула устанавливает одинаковый расчет стоимости для привозного угля и топлива местной добычи.

Кстати, благодаря использованию принципа импортного паритета при ценообразовании внутреннюю угледобычу защищают многие страны. Euracoal приводит примеры двух основных подходов к ценообразованию на уголь. С одной стороны, Великобритания в свое время отказалась от импортного паритета, и это привело к банкротству местной угольной отрасли. С другой стороны, есть Турция и Китай, где действует импортный паритет, и это позволило запустить систему поддержки отечественной угольной отрасли. Кстати, сами британцы уже тоже вернули импортный паритет, чтобы обеспечить объективное ценообразование на уголь.

Те же Китай и Турция пошли еще дальше: там не просто действует импортный паритет, но и существует система поддержки отечественной угольной отрасли. Например, китайские власти ограничивают импорт угля путем ужесточения проверок его качества. В свою очередь турецкие генерирующие компании, которые использовали отечественный уголь, получали субсидии от правительства Турции для поддержки национальной промышленности.

Зачем цену привязали к импорту

Сейчас Украина также зависит от импортных поставок угля, и наш рынок является дефицитным. Однако такая зависимость гораздо меньше, чем в некоторых других странах, которые используют принцип импортного паритета для формирования цены на уголь. Например, доля импортного угля для ТЭС составляет около 20%. Зачем в формуле делать привязку именно к мировым ценам? Ответ простой: импортный паритет выбран потому, что рассчитываемая на его основе цена ниже, чем та, которая была бы получена при привязке к внутренним ориентирам. Импортный уголь сегодня обходится в 1800 грн за тонну, а государственные шахты продают его по 2800 грн. При этом, по расчетам Минтопэнерго, в этом году средняя себестоимость тонны угольной продукции на государственных угледобывающих предприятиях вырастет на 36% - с 3135 грн до 4258 грн за тонну. Таким образом, "Роттердам плюс" предложил потребителям комфортные ценовые условия. При внимательном изучении вопроса становится очевидным, что формулу "Роттердам плюс" сделали символом коррупции искусственно. 

Снова приведем мнение академика Гееца: “Нужно иметь макроэкономическую оценку, высчитать влияние на экономику и иметь детализированный межотраслевой баланс, где энергетика выделена отдельной строчкой: электроэнергия, газ, вода". Можно ли предположить, что детективы НАБУ это могли сделать? Риторический вопрос. А всю "серьезность" своих "исследований" руководители этого органа засветили на пресс-конференции 9 августа. Оказывается, выводы следствия сделаны на основе мнения некоего одного эксперта, имя которого названо не было. Может быть потому, что неловко это имя было приводить?

Новый этап расследования НАБУ дела о "Роттердам плюс" снова всколыхнул интерес общественности к теме. Но вместо того чтобы в очередной раз кормить общественность сомнительными фактами и голословными заявлениями, сейчас стоило бы уйти от популизма и сфокусироваться на экономических интересах государства. А для этого нужно проводить открытую и профессиональную дискуссию по вопросам и темам, которые поднимаются детективами НАБУ в ходе следствия. Ведь критически важно, чтобы такое чувствительное и раскрученное в стране дело не превратить в охоту на ведьм при смене политической конъюнктуры. Пока же складывается впечатление, что антикоррупционные органы создают вокруг себя шумный информационный фон с целью показать новой власти свою важность. Ведь та уже анонсировала уменьшение количества министерств и комитетов в Раде. Как бы не сократили и НАБУ.

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>