Сотрудник ЧАЭС, уходя в отпуск, сдай дозиметр

Говорят, многих облучившихся в первые дни пожара на Чернобыльской АЭС (ЧАЭС) в 1986 году хоронили на большей глубине, нежели было положено, и в свинцовых гробах. Как бы ни было, но похоронить человека, даже получившего сильную дозу облучения, - дело нескольких дней, а вот похоронить атомную электростанцию, авария на которой унесла тысячи жизней, оказалось делом непростым. На это уйдет не один десяток лет и понадобятся усилия тысяч людей. Если смотреть поверхностно, работа на ЧАЭС не особо отличается от других работ, требующих крепких рук и профессиональных знаний. Но это пока… Многотонные залежи радиационной пыли и топливных сборок под контролем. Если же ситуация из-под него выйдет, нужно быть готовым не оставить пост. Как не оставили свои рабочие места те, кто, несмотря на тошноту, темноту в глазах, с полным пониманием масштабов угрозы, оставался на станции, когда случилась катастрофа в 1986-м. И это, пожалуй, главное отличие работы на станции. 112.ua изучал, как устроены жизнь и быт сотрудников Чернобыльской атомной станции спустя 18 лет после ее полной остановки

Сотрудник ЧАЭС, уходя в отпуск, сдай дозиметр
112.ua

Елена Голубева

Журналист, 112.ua

Говорят, многих облучившихся в первые дни пожара на Чернобыльской АЭС (ЧАЭС) в 1986 году хоронили на большей глубине, нежели было положено, и в свинцовых гробах. Как бы ни было, но похоронить человека, даже получившего сильную дозу облучения, - дело нескольких дней, а вот похоронить атомную электростанцию, авария на которой унесла тысячи жизней, оказалось делом непростым. На это уйдет не один десяток лет и понадобятся усилия тысяч людей. Если смотреть поверхностно, работа на ЧАЭС не особо отличается от других работ, требующих крепких рук и профессиональных знаний. Но это пока… Многотонные залежи радиационной пыли и топливных сборок под контролем. Если же ситуация из-под него выйдет, нужно быть готовым не оставить пост. Как не оставили свои рабочие места те, кто, несмотря на тошноту, темноту в глазах, с полным пониманием масштабов угрозы, оставался на станции, когда случилась катастрофа в 1986-м. И это, пожалуй, главное отличие работы на станции. 112.ua изучал, как устроены жизнь и быт сотрудников Чернобыльской атомной станции спустя 18 лет после ее полной остановки

Путь служебной электрички, на которой сотрудники Чернобыльской атомной электростанции добираются на работу из Славутича, лежит через таможенную территорию Белоруссии. За окном пролетают живописные болота, леса Полесья. Поезд следует без остановок. Время в пути – 57 минут. Еще часть сотрудников живет в режимном Чернобыле, а некоторые в Иванково – в этом случае въезд в зону со стороны КПП "Дитятки". Станция, на которую прибывает электричка, называется Семиходы – по имени села, которое было на месте нынешней Чернобыльской АЭС до того, как партия и правительство приняли решение его снести, освободив территорию для промышленного гиганта – четырехблокового колосса, производящего электричество из энергии радиоактивных урановых сборок.

Электричка ходит из Славутича каждое утро пять дней в неделю, возвращая персонал, работающий 7 часов в день, домой к 18:00. Еще часть сотрудников ЧАЭС работает в 12-часовую смену. Их называют сменным персоналом. В электричке у каждого сотрудника станции свое место – это негласное правило, люди привыкают садиться на одно и то же сиденье, не меняя его по много лет, как парковочное место. Пожалуй, если кто-то заболеет, уволится или не дай Бог умрет, это сразу станет заметно всему вагону, место будет пустовать.

Спецэлектричка приходит в закрытый модуль, который для снижения радиационного фона в первые годы после аварии был обшит еще и свинцовыми листами – затем их сняли. Чтобы попасть внутрь модуля, сотрудники проходят КПП. Над одним из них плакат: "Выходя из отпуска, получи дозиметр". С обратной стороны есть плакат с призывом: "Уходя в отпуск, сдай дозиметр". Речь о так называемом накопителе, он есть у каждого сотрудника станции и носится как бейдж на веревочке на шее. Дозиметр измеряет уровень накопления дозы облучения каждого из сотрудников. Вопреки распространяемому мифу, он не "пищит" в особо загрязненных местах. "Мы не видим показатели накопителей – они сдаются каждый месяц в ответственное подразделение, которое фиксирует показатели в индивидуальных картах сотрудников", - говорит сотрудница ЧАЭС Юлия Марусич.

112.ua

Музейного вида радиоточка на КПП передает зарядку: "вдох-выдох, вдох-выдох" бодро несется из динамика по удручающего вида сумрачному коридору. От агитплаката "Умей действовать при пожаре" тут, в нескольких километрах от разрушенного 4-го энергоблока, пробирает, конечно, до костей. В модуле несколько этажей, на которых расположены раздевалки для персонала. Сотни однообразных рядов серых шкафчиков со сменной одеждой. В каждой раздевалке туалет. Тут переодеваются и административные сотрудники, и те, кто работает непосредственно внутри блоков. На местном жаргоне это называется "санприемник". Правда, сотрудники, работающие непосредственно в блоке, переодеваются дважды: здесь и в санприемнике на самой ЧАЭС. Это необходимо, так как обратно они возвращаются вместе со всем персоналом и нужно исключить риск присутствия одежды, которая может быть загрязнена радиацией. От санприемника до административного корпуса ЧАЭС людей возят автобусы.

За окнами автобуса проплывает еще один гигант высотой с 30-этажный дом. Это окруженная замершими заржавевшими кранами остановленная в 1986 году стройка 5-го и 6-го энергоблоков. Ядерное топливо в эти блоки тогда еще не было загружено, но на момент аварии там работала смена из 285 строителей и инженеров… Отсюда до 4-го блока рукой подать. Плывет за окнами гигантская градирня, тоже недостроенная. Каналы водоема охладителя. Сейчас в них уровень воды снизился на несколько метров – станция ведь не производит электроэнергию, ядерное топливо из всех блоков уже выгружено, нечего охлаждать.

112.ua

На ЧАЭС сейчас работают 2,3 тысячи человек, для сравнения, на конец 2000 года, на момент остановки станции, было около 10 тысяч сотрудников. Но это только штатные сотрудники. Жизнь АЭС, которая и после фактической смерти остается колоссом – практически городом, занимающим несколько квадратных километров, – обслуживают еще и тысячи сотрудников подрядных организаций. Они занимаются уборкой помещений, готовят еду для столовых (именно так – их на территории три), дезактивируют служебную одежду. Больше всего подрядчиков работает на строительстве арки – безопасного конфайнмента, который в ноябре 2016 года был надвинут на закрывающий разрушенный 4-й энергоблок объект "Укрытие". Тут работают до 500 человек в день одновременно. В пик строительства, перед тем как арка была надвинута, число людей достигало 1,5 тысячи, говорят сотрудники станции. Сотрудники площадки "новарки", как называют проект на местном жаргоне – по имени компании генподрядчика строительства, французской NOVARCO, как правило, работают вахтами по 15 дней (15 выходных). У них своя отдельная столовая – на малой стройбазе, как тут говорят.

Арка имеет исключительную важность. Она и объект "Укрытие" скрывают 1300 тонн топливосодержащих радиоактивных материалов: лавовые массы, топливные сборки, фрагменты активной зоны, графитовую кладку, мелкодисперсную радиоактивную пыль, воду. Внутри объекта, по оценкам, до 4 млн т радиоактивной пыли. Ее утечка происходила постоянно все эти годы, как контролируемо – через вентиляцию, так и неконтролируемо – через щели в кровле, отверстия конструкции. Ведь как строили "Саркофаг"? А строили – как могли: тогда, в 1986 году, радиационный фон зашкаливал. К излучающему смертельные дозы разрушенному блоку подгоняли краны, сбрасывали строительные конструкции на его крышу с вертолета. В результате получилось много щелей – конструкция не была монолитной. Уже через 20 лет, после введения в эксплуатацию "Укрытия", специалисты заговорили об угрозе его разрушения. Хотя изначально ожидалось, что он простоит минимум 30 лет.

Через щели в разрушенный блок с дождями и тающим снегом попадала вода. Ее опасность в том, что вода мигрирует и может выносить радиоактивные материалы. И хотя практически на всей площади внутри разрушенного блока встроены приборы для замеров излучения, там есть и помещения, в которые и до настоящего момента люди не имеют доступа, а соответственно, не знают, какие там могут быть элементы, насколько они радиоактивны. Туда, куда не могут добраться люди, без проблем добирается вода. По оценкам, после установки арки поступления воды уменьшились в 3-4 раза.

Новости по теме

Сейчас конфайнмент еще не введен в эксплуатацию – он не до конца герметичен. В этом направлении ведутся работы. "Но он уже работает, когда арочное сооружение находилось на площадке монтажа – 300 метров от нынешнего положения, в этой же точке уровень радиации был в 5-7 раз выше. Сейчас арка даже не полностью загерметизирована, эти работы на финальной линии, сейчас идет герметизация. После того как арка была установлена в проектное положение, мы стали мерить, 100, 200, 300 метров на различной высоте, так вот, в среднем уровень радиации упал в 10 раз. После герметизации, ожидаемо, уровень излучения еще больше снизится", - рассказала 112.ua сотрудница ЧАЭС Юлия Марусич.

По ее словам, выбросы пыли, на профессиональном языке – газоаэрозольные выбросы, снизились в 3-4 раза по сравнению с аналогичным периодом 2016 года. На датчике, расположенном в здании смотровой площадки, фон составляет 133 микрорентгена в час (в Киеве около 30). Сам датчик находится на уровне кровли, поэтому в помещении фон ниже.

Несмотря на то, что ядерное топливо из блоков уже выгружено, работы у сотрудников ЧАЭС достаточно. "Блоки разгружены – но это не означает, что мы замок на дверь повесили. В частности, мы используем оборудование для транзита электроэнергии в единой энергосистеме Украины". Кроме того, идет демонтаж оборудования. Сейчас демонтируется турбинный зал 1 и 2 энергоблоков. Превратить ЧАЭС в лужайку не так уж просто, через 18 лет после остановки планово завершились лишь подготовительные работы, станция переходит непосредственно к процессу снятия с эксплуатации и консервации. По плану, лужайкой здание станции может стать не ранее 2065 года.

Новости по теме

Но это далеко не означает, что тогда станция перестанет быть представляющим серьезную опасность объектом. На ее территории все еще остается 21 тысяча выгруженных из реакторов топливных сборок, которые будут храниться до полного распада в них радиоактивных частиц – не менее ста лет. Сейчас завершаются испытания в хранилище отработанного ядерного топлива ХОЯТ-2. После этого в него будут перегружать сборки из старого хранилища – процесс, предположительно, продлится 10 лет. Только перегрузки. ХОЯТ-2 предполагает использование более современной и менее затратной сухой технологии хранения.

Востребованные профессии на станции нынче – операторы щитов, слесари-наладчики, инженеры, специалисты, контролирующие системы наблюдения, и контроля радиационной обстановки. Разумеется, охрана. Есть и ночные смены, но в отличии от прежних времен, в них задействовано совсем мало сотрудников.

112.ua

Питаются сотрудники по карточкам в столовой. На карточки им кладутся деньги из расчета примерно 25 грн в день. Говорят, что на бесхитростный обед – салат, первое, второе, компот – хватает. На второе – бывают котлеты, отбивные, случается, печень, говорят сотрудники. На стене в столовой прикреплено объявление о том, что нормы и правила выдачи лечебно-профилактического питания на работах с особо вредными условиями регламентируются Постановлением Государственного комитета Совета министров СССР по труду и социальным вопросам от 7 января 1977 года.

Одна столовая на ЧАЭС работает с 11:00 до 15:00. В столовой же, расположенной в административном корпусе, сменные сотрудники могут съесть завтрак, обед и ужин.

112.ua

На пережившей трагическую аварию станции сегодня работается спокойно, порой рутинно. Сотрудники беспокоятся о том, что пора переносить комнатные цветы. Неторопливо курят перед зданием смотровой площадки, в сотне метров от 4-го энергоблока и в нескольких километрах от хранилища с радиоактивными топливными сборками. По виду обычная жизнь. Но они все помнят и понимают. И в этом, пожалуй, их главное отличие от всех занятых на других работах и в других местах людей. Помнят о том, что на следующий день после аварии смена на станцию прибыла в 7 утра в полном составе. О том, что товарищи Валерия Ходемчука, тело которого до сих пор не найдено, получая смертельные дозы, искали его до последнего. Помнят, что Валерий Топтунов, нажавший кнопку аварийной защиты реактора, из зала не сбежал. "После нажатия кнопки защиты, система ее управления могла сработать не ранее, чем за 18 секунд", - говорит Юлия Марусич.

Новости по теме

  

На щитах управления отсутствовало оборудование, которое бы показывало оператору, какова мощность в настоящий момент… визуально на тот момент операторы этого видеть не могли. Если бы видели, Топтунов, конечно же, нажал бы кнопку значительно раньше. А тогда трагедию уже никто не мог предотвратить. Силой взрыва крышку реактора сорвало, она взлетела под потолок зала и, грохнувшись, встала вертикально.

При этом 3 и 4 энергоблоки имели общее оборудование. "Поэтому одна из задач персонала в первые минуты после аварии заключалась в том, чтобы отделить технически, технологически 3 и 4 блоки друг от друга. Не допустить того, чтобы аварийные процессы перекинулись и на третий энергоблок", - говорит Марусич. В краеведческом музее Славутича и Чернобыльской АЭС экскурсоводы описывают этот процесс как "рвали, резали, пока могли, понимая, что делают и чем рискуют".

Модель внутренностей 4-го блока ЧАЭС 112.ua

В ту ночь на роковой смене были 176 сотрудников станции и 285 рабочих на строительстве пятого-шестого энергоблоков. 130 официально подтвержденных диагнозов – лучевая болезнь, в первые же дни.

И сотрудники станции, и пожарные легендарной шеренги № 1 в первые минуты сделали все возможное, чтобы остановить катастрофу.

На стене между третьим и четвертым энергоблоками был открыт мемориал в память о Валерие Ходемчуке. К нему каждый год приезжают его взрослые дети, жена. Недавно она оставила на мемориале отпечаток и своей руки.

Обычная работа, если смотреть очень поверхностно. А если глубоко – в глазах сотрудников ЧАЭС можно видеть эти память и понимание, что если случится беда, они тоже не оставят свои рабочие места, не сбегут, не уедут, как и те, о ком они помнят.

А пока все хорошо, электричка с ЧАЭС уйдет строго по расписанию. Когда окончится рабочая смена.

Елена Голубева

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров

d="M296.296,512H200.36V256h-64v-88.225l64-0.029l-0.104-51.976C200.256,43.794,219.773,0,304.556,0h70.588v88.242h-44.115 c-33.016,0-34.604,12.328-34.604,35.342l-0.131,44.162h79.346l-9.354,88.225L296.36,256L296.296,512z"/>