Гренландия в центре нового спора: переговоры США с Данией и позиция Европы.

Переговоры в Вашингтоне

Как сообщает TSN.ua: 14 января 2026 года в Белом доме состоялась встреча вице-президента США Джей Ди Венса и госсекретаря Марко Рубио с министрами иностранных дел Дании и Гренландии — Ларсом Лёкке Расмуссеном и Вивиан Мотсфельдт соответственно. Ключевой темой дискуссии стал вопрос контроля над Гренландией, вновь поднятый в связи с недавними заявлениями Дональда Трампа о её покупке. Обсуждение осложнилось на фоне военных действий США в Венесуэле и вызвало ответную реакцию европейских государств.

Геополитическое противостояние за остров

США размещают свои военные базы на острове с 1951 года, что подчеркивает его стратегическую ценность. Гренландия, где проживает около 56 тысяч человек, находится под официальным контролем Дании с 1814 года. Интерес к её приобретению Дональд Трамп, занимавший пост президента США с 2017 по 2021 год, выражал ещё во время своего первого срока. В 2019 году он даже отменил государственный визит в Данию после того, как та отвергла его идею.

Гренландия занимает восьмое место в мире по запасам редкоземельных элементов, что усиливает её привлекательность для мировых держав. К 15 января 2025 года пять стран — Германия, Франция, Великобритания, Норвегия и Швеция — уже объявили о намерении направить свои войска в этот регион. Премьер-министр Гренландии Муте Боруп Эгеде дал на это четкий ответ:

Гренландия наша. Мы не продаемся и никогда не будем. - Муте Буруп Эгеде

Президент Франции Эммануэль Макрон также предупредил, что 'посягательство на суверенитет европейской страны будет иметь серьезные негативные последствия'.

Новая вспышка интереса к Гренландии указывает на обострение геополитической конкуренции в Арктике, которая становится все более важным регионом. Значимость острова как стратегической территории с огромными ресурсами может привести к новым конфликтам. Реакция европейских государств на возможные попытки США усилить влияние демонстрирует их готовность защищать суверенитет Гренландии и её населения, что делает этот вопрос крайне чувствительным для трансатлантических отношений.